Алая Корона - Карина Халле

— Интересно, — снова сказал Випунен. — Любопытно узнать, как долго это продлиться.

Я округлила глаза.

— Что ты со мной сделал?

— Я ничего с тобой не делал. Это делаешь ты сама.

— Что за чёрт?

Я провела руками по своему телу, и свет распространился повсюду.

— Теперь людям понадобятся солнечные очки, чтобы смотреть на меня!

Но как только я это сказала, свечение начало исчезать, словно кто-то покрутил переключатель яркости на моём теле. Моя спина охладилась.

Хвала небесам.

— Тебе пора, Ханна, — сказал Випунен теперь уже устало. — Уверен, что ты хочешь поделиться новостями с Туони.

Я продолжила смотреть на свою кожу, пока она снова не начала выглядеть нормально.

— Так он, и правда, не знает?

Я приподняла одну бровь и посмотрела на свет.

— Он лишь предполагает.

Хм-м-м. Это было чертовски круто, что у меня наконец-то появились хорошие новости, которыми я могла с ним поделиться. Не сказать, что быть дочерью какой-то неизвестной Богини было так уж круто…

Ой, да кого я обманываю?

Это было, мать его, невероятно!

СУМЕРЕЧНАЯ СУЩНОСТЬ

Ханна

Я выскочила из пещер, словно ребёнок, который налопался именинного торта и теперь собирался покататься на пони. Ловия, как всегда, ждала меня снаружи, сидя на своём коне и держа Холодного месяца за узду. Иногда я задавалась вопросом — что она делала тут, пока ждала меня? Ведь у неё даже не было чего-нибудь вроде айфона, чтобы скоротать время. Хотя её, похоже, вполне устраивало просто смотреть вдаль, потерявшись в своих мыслях. Всё-таки по сравнению с людьми боги лучше людей умели жить.

Она посмотрела на меня и приподняла бровь идеальной формы. Сегодня её светлые волосы были заплетены в идеальные высокие косы.

— Я так понимаю, сегодня всё прошло хорошо? — спросила она.

— Это точно, — сказала я, с лёгкостью оседлав Холодного месяца и взяв в руки поводья.

Мой меч остался в пещере, а маску я забрала с собой, и теперь она висела у меня за спиной. Мой чудесный нож из селенита был надёжно спрятан в чехол.

Ловия оглядела меня, поджав губы.

— Ты как будто изменилась.

Я не смогла сдержать улыбки.

— Я только что узнала одну очень важную вещь, которая является частью головоломки.

— Не знаю, о какой головоломке ты говоришь, но давай рассказывай, — сказала она, и её взгляд заплясал вокруг, когда мы двинулись в сторону замка лёгкой рысью.

— Я богиня, — сказала я с триумфом в голосе, мои волосы развевались у меня за спиной.

Направляясь в сторону величественного силуэта своей крепости, я как никогда ощущала себя Богиней.

— Ты это только поняла? — спросила Ловия.

Я засмеялась.

— Да. Потому что я не просто наречённая Богиня. Я такая же Богиня, как и ты.

Я взглянула на её растерянное лицо.

— Моя мать мне не родная. Моя мать — Богиня.

Ловия потянула за поводья, заставив своего коня пойти шагом, и я сделала то же самое.

— О чём ты говоришь?

— Випунен только что мне рассказал. Моя мать — Богиня. Даже твой отец понял, что я не совсем смертная, только он не мог это доказать, но Випунен только что это сделал.

Она нахмурилась ещё больше и снова оглядела меня.

— Мы… сёстры?

Я покачала головой.

— Нет, хвала небесам.

Она приподняла подбородок, и выражение её лица стало каменным.

— Прости, — продолжила я. — Иногда я забываю, что ты дочь Лоухи. И нет, она не моя мать. Правда, это всё, что я знаю. Мы не знаем, кто моя мать.

Ловия размышляла над моим комментарием по поводу Лоухи дольше, чем я предполагала. Так долго, что лёгкий морозец коснулся воздуха вокруг нас, а у меня изо рта начал вырываться пар. Хм-м-м. Я уже начинала думать, что Ловия могла унаследовать некоторые качества от своего отца.

— Мне сложно поверить в то, что Випунен не знает, — сказала она, наконец.

Её тело слегка расслабилось, а морозный воздух рассеялся.

— Он знает всё.

— Я в курсе. Он заявил, что мне важно узнать об этом самостоятельно. Сказал, что это спасет мне жизнь.

Она закатила глаза и одарила меня полуулыбкой.

— Ну, конечно, он так сказал. У тебя есть какие-нибудь подозрения насчёт того, кто она? А у моего отца?

Я покачала головой.

— Я ему ещё не говорила. Он даже не знает, что я наполовину Богиня, он только знает, что моя мать мне не родная.

— И что ты по этому поводу чувствуешь?

Я удивилась тому, насколько личными были её вопросы. Я поёжилась в седле.

— Я пока не уверена. Отчасти я чувствую облегчение, потому что всегда это подозревала. То есть, я рада, что у меня теперь есть ответы на мои вопросы.

Я вздохнула, почувствовав знакомое давление в груди, которое было там с тех пор, как Мор сообщил мне об этом.

— Но в то же время, у меня появилось ещё больше вопросов. Кто моя биологическая мать? Почему она меня оставила? Почему Торбен растил меня в Верхнем мире?

— Надеюсь, ты скоро найдёшь ответы, — сказала она сочувственно и кивнула.

Мы ехали некоторое время, и Ловия рассказывала мне обо всех тех городах Европы, которые она хотела бы посетить после того, как ей удастся выбраться из Туонелы. Я пообещала ей, что поговорю с Мором про её длительный отпуск — она думала, что у меня было больше шансов убедить его. А я сообщила ей, что мне было в принципе нелегко убедить его в чём бы то ни было.

Если только я не пыталась убедить его доставить мне оргазм. Но я не собиралась делиться с ней этой информацией.

Мы почти уже доехали до замка, когда я поделилась с ней ещё одной пикантной новостью.

— О, я забыла тебе сказать, — проговорила я, закусив губу. — Випунен заставил меня снять маску.

Она резко остановила коня.

— Он что?

Я кивнула.

— Мне пришлось снять маску и посмотреть на него.

Её глаза превратились в два голубых блюдца.

— Ханна! Какого чёрта? Ты не… нет, никому никогда не удавалось его увидеть без того, чтобы не умереть.

— Я в курсе, — сказала я так, чтобы ей не показалось, что я хвастаюсь. — Но я его увидела и не умерла.

Она быстро заморгала и покачала головой.

— Я не могу в это поверить. Ты… не кто-нибудь, а ты? Чёрт, теперь мне определенно интересно, кто твоя мать.

Я не стала обижаться на её слова. Я была точно так же удивлена, как и она.

— Значит, нас теперь таких двое, — призналась я.

— И как он выглядит? Или я