Захваченная грешником - Мишель Хёрд

— Тот, кто доберется до Манно первым, не убьет его. Он мой, – заявляю я твердым и властным тоном.

Мужчины кивают в знак понимания.

Я улучаю момент и смотрю на каждого из них, чертовски благодарный за те союзы, которые мы с отцом заключили за эти годы.

— Я ценю это.

— Пора заканчивать с этим. Пошли, – приказывает Виктор.

Когда мы начинаем покидать пентхаус, я отправляю Тесс последнее сообщение.

Если я не справлюсь, ты останешься, блять, верна мне до самой смерти. Я люблю тебя, Тереза. Отныне и навсегда.

Я знаю, что прошу чертовски многого, но клянусь, я буду преследовать ее сексуальную задницу, если она когда-нибудь позволит другому мужчине прикоснуться к ней после моей смерти.

_______________________________

— Проверка наушников, – говорит Андреас. Всем требуется пара минут, чтобы убедиться, что их наушники работают.

Я надеваю бронежилет и убеждаюсь, что у меня полные обоймы во всех пистолетах.

Впереди я вижу, как колонна Люциана сворачивает направо по улице, чтобы подойти к дому Манно с тыла.

Андреас берет ракетницу и, стоя на джипе, балансирует оружием на правом плече.

— Через три... – он начинает обратный отсчет. – Два... – Мы сворачиваем за угол, дом Манно напротив в тихом тупике. – Один.

Зажигательная граната запускается со свистом, и через несколько секунд часть передней стены и ворота разлетаются на куски.

Я здесь, ублюдок.

Охранники Манно разбегаются, как гребаные крысы, и в тот момент, когда мы проезжаем по развалинам, прорывая фронт, автомат начинает греметь в моих руках.

Прежде чем Виктор успевает остановить джип, я перепрыгиваю через борт и приседаю, осыпая пулями левую сторону площадки. С каждым мужчиной, которого я убиваю, с каждым падающим телом, сильное удовлетворение наполняет мои вены.

Ты убил моего отца, Хелену, и пытался, блять, убрать мою жену и сестру. Сегодня ты встретишься со своим создателем.

— Николас! – Андреас кричит, перекрикивая сильную стрельбу.

Я бросаю взгляд в его сторону, и когда он начинает двигаться вперед, я быстро иду, чтобы догнать его.

Мои люди вливаются на территорию Манно, когда мы заходим с левой стороны нашей мотобригады. Они обеспечивают нам прикрытие, пока мы с Андреасом вытаскиваем чеки из гранат и бросаем их в охранников, открывающих по нам огонь.

Это разрушение, смерть и адский хаос, когда мы начинаем приближаться к дому.

Пуля попадает в мой бронежилет спереди, выбивая дыхание из легких, но мне удается сохранить равновесие. Острая боль, распространяющаяся в моей груди, на мгновение затрудняет дыхание, но я не прекращаю стрелять.

Я – месть.

Я – гнев.

Я – гребаный жнец.

В тот момент, когда я заряжаю очередную обойму, вставляя ее в автомат, у меня в кармане вибрирует телефон.

Не сейчас, детка. Твой мужчина немного занят.

Из парадной двери выходят два охранника. Ублюдки. Они открывают огонь, и мы с Андреасом открываем ответный.

Убегая, мы укрываемся за низкой стеной, окружающей крыльцо. Я делаю глубокий вдох, моя грудь все еще болит от выстрела в бронежилет.

Я киваю Андреасу, а затем мы встаем и делаем выстрел за выстрелом, поднимаясь по лестнице.

— Пригнись, – кричит Виктор. Мы с Андреасом отступаем и снова укрываемся за стеной крыльца, как раз в тот момент, когда у входной двери раздается взрыв. Один охранник перелетает через стену, падая в паре футов от меня.

Я даже не думаю, а просто реагирую. Бросаясь на него сверху, когда он трясет головой, чтобы сориентироваться, я опускаю приклад своего автомата ему на лицо.

Издав рычание, я выбиваю дерьмо из ублюдка, еще большее удовлетворение наполняет мои вены, когда брызжет кровь и ломаются кости.

Я продолжаю бить рукоятью своего автомата по его лицу, голове, по любому гребаному куску плоти, который могу найти. Жестоко и безжалостно, пока не убеждаюсь, что этот ублюдок мертв.

Поднимаясь на ноги, я тяжело дышу, когда присоединяюсь к Виктору, Луке и Андреасу. Лиам и Габриэль обходят дом с правой стороны вместе с группой наших солдат.

Виктор ухмыляется, глядя на мертвого мужчину.

— Отличная работа, брат.

Я усмехаюсь, затем мы спешим вверх по лестнице и, перелезая через обломки, входим в гребаный дом, в котором Манно прятался, как киска.

— О правоохранительных органах позаботились, – говорит Лука. – В ближайшее время они нам не помешают.

— Хорошо, потому что я далек от завершения, – бормочу я, оглядывая вестибюль, внимательно следя за малейшим признаком движения.

— Мы займем второй этаж, – говорит Виктор, и они с Лукой направляются вверх по лестнице, прижавшись спинами к стене и подняв оружие. Мы с Андреасом переходим в гостиную.

Стрельба продолжает сотрясать воздух.

‘Прорываются с кухни,’– раздается голос Алексея в моем наушнике.

— Мы в гостиной, – говорю я им, чтобы они, блять, случайно не пристрелили нас, если наши пути пересекутся.

Наверху раздаются выстрелы, и это заставляет нас с Андреасом двигаться быстрее, настороже, когда мы входим в кабинет.

— Ничего, – бормочет Андреас.

Я жестом приказываю ему молчать, затем указываю на другую дверь. Мы придвигаемся ближе, оружие на уровне плеча. Мое сердце колотится в груди, дыхание замедляется.

Я медленно тянусь к дверной ручке. Я встречаюсь взглядом с Андреасом, и когда он кивает, направив пистолет на дверь, я толкаю ее, открывая.

Мы с Андреасом стреляем как раз в тот момент, когда очередная пуля попадает в мой жилет, на этот раз заставляя меня отшатнуться на два шага назад.

Андреас бросается вперед, открывая огонь и поливая комнату пулями, но затем получает пулю в левое бедро и падает на колено. При виде того, как мой друг падает, у меня вырывается рев. Я разряжаю обойму своего автомата и, потянувшись за своим Glock, продолжая двигаться вперед, пока не добираюсь до теперь уже мертвого тела охранника.

— Побереги патроны, – огрызается Андреас. – Он мертв. – Он усмехается. – Блять, жжет как сука.

Расстегивая ремень, я выдергиваю его из петель и приседаю рядом с Андреасом. Я быстро обвязываю ремень вокруг его бедра, убедившись, что он чертовски туго затянут, затем обхватываю его за спину, помогая подняться на ноги.

— Ты в порядке? – Я спрашиваю.

— Да.

— Есть какие-нибудь признаки Манно? – Спрашиваю я в наушник, когда мы начинаем выходить из комнаты.

‘Ничего.’ – Ответы приходят один за другим. 

Глава 44

НИКОЛАС

Как раз в тот момент, когда я осторожно прохожу мимо раздвижных дверей, я вижу группу мужчин, бегущих к левой