Слезы спасения - Мишель Хёрд

— Не могу дождаться.

Пока мои люди собираются у входа, я осматриваю раненых и потери, которые мы понесли.

Дэмиен поддерживает Уинтер, в то время как Карсон помогает Люциану, который, похоже, получил пулю в ногу.

Семен стоит у тела Льва, и я качаю головой, глубоко переживая потерю. Я бросаю взгляд на Дмитрия.

— Помоги Семену с останками Льва.

Несмотря на то, что большинство из нас ранены, мы движемся как можно быстрее, чтобы добраться до машин.

Дмитрию приходится вести машину, потому что у меня повреждены левая рука и грудь. Когда он увозит нас прочь от Академии Святого Монарха, я откидываю голову на спинку сиденья и закрываю глаза.

Слава богу, мадам Келлер там не было.

Слава Богу.

Когда-нибудь мне придется встретиться с ней лицом к лицу, но не сегодня.

— Где еще у тебя болит? – спрашивает Изабелла.

— Похоже, сломаны ребра, – бормочет Дмитрий. – И глубокая рана на правом бедре.

Я устало усмехаюсь.

— Неплохо для рабочего дня.

— Только ты мог так сказать, – фыркает Изабелла у меня за спиной.

Когда мы добираемся до здания, из которого работаем, становится ясно, что все измучены и ранены.

Мне следовало взять с собой доктора Оберио, но, по крайней мере, у Дмитрия есть медицинский опыт.

Повернувшись к Дмитрию, я говорю:

— Сначала позаботься о пулевых ранениях других.

Его взгляд останавливается на моей левой руке.

— А твои?

— Я сам их вытащу.

— Черта с два, – бормочет Изабелла. – Я сделаю это.

Уголок рта Дмитрия приподнимается.

— Удачи.

Когда Дмитрий уходит, чтобы позаботиться о раненых, Изабелла спрашивает:

— Это предназначалось мне или тебе?

— Мне. Я видел, как это выглядит после извлечения пули, – шучу я.

Она скашивает на меня глаза.

— Еще один подобный комментарий, и я не дам тебе обезболивающего.

Не заботясь о крови, я поднимаю правую руку к ее шее, а затем пристально смотрю на нее.

— Ты был потрясающей, и безрассудной, но потрясающей.

Взяв меня за руку, она подводит меня к стулу и столу.

— Садись.

Мой взгляд останавливается на женщине, которую я люблю, когда она начинает снимать ремешок с моей ладони.

— Ты в порядке? – Я спрашиваю.

— Лучше, чем ты, – говорит она, сосредоточившись на порезах.

— Я имел в виду, ты в порядке после убийства Сони?

Изабелла поднимает на меня глаза.

— Между ней и мной была только ненависть. Я не чувствую ничего, кроме облегчения.

Мои губы растягиваются в улыбке.

— Спасибо.

Между ее глазами появляется легкая морщинка.

— За что?

— За то, что спасла мне жизнь. – Это доказало мне, что Изабелла моя на сто процентов.

Я могу доверять ей.

Не сводя с меня пристального взгляда, она улыбается мне.

— Конечно. Если кто-то и убьет тебя, то это буду я и на моих условиях.

— Ты слишком сильно любишь меня, – поддразниваю я ее.

— К счастью для тебя.

_______________________________

ИЗАБЕЛЛА

Когда я выхожу из самолета после того, как Дмитрий благополучно высадил нас на острове Уинтер, я пригибаюсь, когда Ана бежит ко мне.

— Изабелла! – кричит она, а затем бросается на меня.

Мои руки обнимают ее, и потом мы просто держимся друг за друга.

— Я же говорила тебе, что вернусь, – шепчу я.

Ана кивает, уткнувшись мне в плечо, затем отстраняется, ее глаза ищут что-то у меня за спиной. Она обходит меня, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, куда она направляется.

Алексей останавливается в паре шагов от Аны, и они пристально смотрят друг на друга.

Подбородок Аны начинает дрожать, затем она говорит:

— Спасибо, что сдержал свое обещание.

Алексей кивает.

— Не мог тебя подвести.

Ана что-то бормочет, а затем придвигается ближе. Алексей поднимает забинтованную руку и останавливается на полпути, чтобы дотронуться до нее. Когда Ана кивает, он кладет ее ей на плечо, и тогда она сокращает дистанцию.

— Осторожно, у Алексея сломаны ребра, – предупреждаю я ее.

Она отстраняется, но затем Алексей притягивает ее к себе, обхватывая правой рукой.

Эмоции переполняют мою грудь, и мои глаза начинают гореть, когда я осознаю важность этого момента. Алексей – первый мужчина, который прикоснулся к Ане с тех пор, как ее изнасиловали и чуть не убили.

Ана позволяет ему обнять себя всего на пару секунд, прежде чем отстраниться, вытирая щеку тыльной стороной ладони.

— Теперь я могу сдержать твое другое обещание.

Нахмурившись, я спрашиваю:

— Какое обещание?

Алексей усмехается.

— Разве тебе хотелось бы это узнать?

Я прищуриваюсь, глядя на него.

— У тебя все еще есть пара частей тела, которые я могу сломать.

Он подходит к Ане сзади.

— Сначала тебе нужно пройти через нашу Ану.

Издав взрыв смеха, я качаю головой, глядя на них.

Уинтер подходит и встает рядом со мной.

— Могу я с тобой поговорить?

Кивнув, я следую за ней на небольшом расстоянии.

— Что случилось?

Глаза Уинтер встречаются с моими.

— Я просто хочу поблагодарить тебя за то, что ты пришла за мной, когда я упала.

— Конечно.

Она качает головой.

— Ты не должна была, Изабелла. Это очень много значит для меня.

Кивнув, я принимаю ее благодарность.

Подняв руку, она сжимает мою.

— Приятно сознавать, что есть женщина, на которую я могу положиться. Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, я буду рядом.

Услышав эти слова от женщины, которая так сильно вдохновила меня, у меня на глаза наворачиваются слезы.

— Это многое значит, услышать эти слова от тебя.

Она улыбается, а затем медленно направляется туда, где ее ждет Дэмиен с их сыном.

Я возвращаюсь туда, где меня ждут Алексей и Ана. Обняв Ану за плечи, я притягиваю ее к себе, и затем мы втроем идем к дому.

Ариана бежит к самолету, и я оглядываюсь через плечо, наблюдая, как она прыгает в объятия Дмитрия, зацеловывая его до смерти.

Отпуская Ану, я поднимаю взгляд на Алексея. Я наклоняюсь ближе и шепчу:

— Ты будешь вне игры как минимум на шесть недель.

— Вне игры? – спрашивает он.

‘Секс’, – произношу я это слово одними губами.

— Блять, нет. Ты не видела, как я исцеляюсь. При достаточной мотивации я буду в порядке через неделю.

Я громко смеюсь.

— Какого рода мотивация?

Он подмигивает мне.

— Я расскажу тебе, когда мы останемся