Попаданка со скальпелем - Екатерина Белова

Винзо немного замешкался перед моим именем, словно ожидая, что я его прерву и поправлю.

- Это все диета, - вернула я легкомысленный тон в наш дурацкий диалог. - Диета, свежий воздух и немного искренности от окружающих. Очень бодрит. Я теперь всем это советую.

- А дар снизошел на вас тоже от диет? - по его губам скользнула неожиданно приятная усмешка.

Это меня немного смягчило:

- Думаю, боги меня просто-напросто пожалели. Невзгоды меняют человека, вы так не считаете?

Мысленно я приготовилась к резкому прессингу и допросу со стороны власть имущих, но коридор как-то очень резко кончился, и вейр Винзо распахнул передо мной единственную в тыловой стене дверь.

- Покажите нам свой дар, вейра Эдит. Мы желаем убедиться в нем.

Если Винзо и хотел добиться от меня хоть сколько-то видимой реакции, ему пришлось довольствоваться намертво прилипшей к моим губам улыбкой. Я и так целый сезон живу в полной боевой готовности. Не могу же я пугаться и дрожать каждые пять минут на радость местным рептилиям.

Я проскользнула в распахнутую дверь.

Это явно была операционная или близкая к ней по значению комната. Большое светлое помещение, разумно поделенное на несколько секций. В первой, где обычно оценивают состояние больного, толпилось несколько вейров. Черные, мощные, высокие, они смотрелись цельным инородным телом в стерильных покоях.

Хищный узконосый господин, которого я помнила по клипсе стоял первым, перегораживая обзор. Постукивал стеком по глянцевому голенищу сапога. Кажется, именно он расследовал гибель Крыла и очень хотел прищучить Дана за что-нибудь. Следом стояли ещё несколько высоких мощных вейров, которых я автоматически причислила к военным структурам. Уж больно они были… крупные.

Взгляд прошел дальше, автоматически выхватив из мешанины лиц знакомые серые глаза и светлые, с едва уловимым розоватым отливом волосы. Так на моем брате сказывалась семейная иномирность от далеких предков. Мы все трое получили комплимент от далекой прапрабабушки: и я, и Лис, и Аргайл.

Мы с братом едва ли успели обменяться взглядами. Я невольно сделала шаг вперед, когда меня остановил Винзо:

- Не сюда. Ваша цель здесь, вейра Фанза.

Мрачные мужики схлынули, снеся волной куда-то к стенам и моего брата, а в центре секции осталось только тело на каталке, заботливо укрытое простыней.

Обычно дар приходил медленно. Поэтапно. Сначала земные навыки: поверхностный осмотр, пальпация, опрос, проверка слизистых. После медленно подключалось магическое зрение, совершенствуясь по ходу осмотра. И только на самой операции дар полностью овладевал мной, направляя руки и ум. Сегодня это было не так.

Дар включился мгновенно.

Внутри меня словно сдвинулись невидимые зубчатые колесики, приводя в действие дар. Сразу, целиком.

Долю секунды я видела перед собой крупного, явно из военных мужчину лет двадцати пяти с запавшими щеками и темными от потери крови веками. Должно быть, всего пару дней назад он был весел, молод и кружил головы местным вейрам.

Но дар, подключившийся мгновением позже, выдал совсем иные показатели.

Дяде было далеко за восемьдесят, и весь этот неполный век он старательно злоупотреблял. Только не вейрами, а грогом, что ухудшало и без того невеселую ситуацию.

- … и опустим такие мелочи, как приветствия, - прорвался в голову неприятный голос. - Но, дракон-отец, где реверанс, где манеры… Вейру Фанза вроде бы отправили в монастырь, а не к ифритам…

Я автоматически сместилась к больному на каталке, и драконы, не сговариваясь шагнули вслед за мной. Но толпа за спиной волновала меня все меньше, как и недовольные выкрики.

Этот мужчина… умирал. Агония протекала тихо и едва заметно невооруженному глазу, но дар фиксировал микропризнаки предсмертной борьбы. Его погрузили в стазис, и деградация протекала незаметно для большинства глаз. Даже драконьих.

Счет шел на минуты, и я отложила в сторону добрую половину своих принципов. Быстро расстегнула китель военного образца, после рубаху, насквозь пропитавшуюся кровью, и добралась до пряжки ремня.

Вой за спиной поднялся до невиданных нот. Выли складно и с чувством, и в хоре голосов выделялся только речитатив недовольного узконосого вейра.

- … как смеет она касаться тела? А подпись? А предварительная документация? …благонадежность, в конце концов…

Благослови боже дар. Благослови его трижды. Ибо счет идет на минуты.

Я подняла взгляд, выискивая хотя бы одного адекватного парня в пространстве. Не Виар. Виар мне нужен не для этого.

Перед глазами промелькнули слившиеся в единое пятно бешеные от ярости лица. А после я этого парня нашла.

- Брат, - позвала коротким кивком. - Возьми лист, чернила и пиши. Пиши сейчас.

Тот потрясенно вздохнул, но довольно быстро сообразил, что я от него хочу. Схватил из какой-то стопки верхний лист, перо-самописку и сел на край стула.

- Кожные покровы бледные, - я оттянула губу, после сильнее нажала на челюсть, чтобы открыть рот. - Слизистые бледные, обильная кровопотеря, мышцы живота напряжены. Дыхание затруднено. Дыхание слева не прослушивается. В силу заражения темной магией, стазис практически не действует.

Вопли за спиной резко стихли. Несколько секунд слышался только скрип пера по бумаге. После голос Винзо жестко отрезал:

- Такова воля Его Величества, а, значит, и моя. Пусть дева явит нам силу дара. Не этого ли вы хотели?

Ему что-то ответили, потом и он снова что-то сказал, но я уже полностью ушла в исследование:

- Мне нужен краткий отчет. Что произошло, где, как. Коротко и по делу. Времени все меньше.

Я выпрямилась и обернулась к Виару.

- Готовь операционную. Хорошо бы помощника или двух. Следует начать в течение десятка минут, а сама операция будет долгой.

Кто-то ощутимо взял меня за плечо.

Я вынуждено вынырнула из морока собственного дара. Перед носом всплыло белое от бешенства лицо узконосого вейра:

- Вы осознаете последствия своих необдуманных действий? Вы хотя бы знаете, кто этот драконир?

- Я знаю об этом драконире все, - сказала раздраженно. - Потому что этот драконир умирает. Степень заражения крайне высока. Если вы снимите стазис, то ещё успеете застать агонию. Конечно, я могу провести показательную диагностическую лапароскопию, но лично мне и так очевиден гемоперитонеум. Показатели эритроцитов продолжают снижаться. Раневой канал проходит через поджелудочную железу, и я не уверена, что мне удастся провести реинфузию в районе толстой кишки. Точнее скажу при рассечении…

Лицо вейра побледнело, явив зачатки разума и некоторую растерянность.

- Что она говорит? - спросил он растерянно, обернувшись к кому-то. - На каком языке? И… как… Как умирает?

- Как умирает? - взвыл рефреном чей-то бас. - Наш