Стеклянная свадьба - Изабель Вульф

– Правда, миленький костюмчик? – восхищенно проговорила Лили. – Мы купили его в «Крафтс», и Дженнифер непременно хотела надеть его сегодня, не правда ли, моя лапочка? Я подумала, что мы все можем пойти в парк, – проворковала она. – Если Грэм не будет слишком буянить.

– Да нет. Он немножко подавлен. Не такой жизнерадостный, как всегда. Мы думаем, он переживает из-за развода.

– Ну а я – нисколько! – заявила Лили. – То есть я с этим смирилась, – поправилась она. – Конечно, это очень грустно, – торопливо продолжала она, – но ведь жизнь продолжается! Ну, где твой новый ухажер? – спросила она. – Смерть как хочется его увидеть.

Через две минуты ее желание осуществилось. Мы услышали, как притормозила машина, потом раздались шаги, и вот уже Джос стоял в холле. Выглядел он, как бог. Нет, не бог, а ангел! Именно так. Русые волосы ложились мягкими завитками на воротник смокинга. Он излучал какое-то магнетическое тепло, будто далекий огонь в холодную ночь. Вид у него был просто великолепный. Я думала, что сейчас упаду в обморок от желания.

«Благодарю Тебя, Господи, – обратилась я к Богу. – Благодарю за то, что Ты послал мне Джоса».

Лили была почти вне себя от восторга, когда обменивалась с ним рукопожатием.

– Как я рада познакомиться с вами, – заговорила она. – Я столько слышала о вас, и только хорошее. Вы должны дать интервью для моего журнала – с энтузиазмом добавила она. – Страницы, посвященные искусству, у нас лучше всех.

– Спасибо, Лили, – откликнулся Джос. – Я слышал массу хвалебных отзывов о вас, и мне очень нравится ваш журнал – он гораздо лучше, чем «Вог».

К этому времени Лили явно дала ему высшую отметку из всех возможных.

– А ты Кейти, правильно? – обратился Джос к моей дочери, одарив ее обаятельной улыбкой.

– Да, – ответила Кейти, изображая светское безразличие.

– Ну, а это, как я понимаю, гениальный Мэтт. Услышав такое, Мэтт покраснел и поздоровался:

– Здрассьте!

Джос стоял, обворожительно улыбаясь всем нам, а мы наслаждались его мужской красотой и обаянием.

Оглянувшись, он спросил:

– А где же Грэм?

Хм. Действительно, где же Грэм? Грэм исчез. Мэтт пошел на поиски и минуту спустя приволок его за ошейник. Морда пса выражала смесь страха и презрения, какие он обычно проявлял в присутствии ветеринара.

– Грэм, поздоровайся с Джосом, – весело сказала я.

Джос протянул руку потрепать его, но Грэм внезапно оскалился и зубами схватил его за пальцы. Вид у Джоса был испуганный и немного раздраженный, но он тут же рассмеялся.

– Я сам виноват. Должно быть, слишком резко наклонился к нему.

– Ничего подобного, – заявила я. – Грэм! Ты поступил очень, очень гадко, и мама очень сердится!

Съежившись, Грэм выскользнул из комнаты.

– Джос, прости, – извинилась я. – Тебе нужен пластырь?

Он покачал головой.

– Обычно Грэм ведет себя дружелюбно, но сейчас он немножко… сбит с толку.

– Ошибаешься, мама, – авторитетно заявила Кейти. – Он просто ревнует.

– Ревнует? – повторила я.

– К Джосу.

– Ха-ха-ха! Дорогая, ну ты и скажешь! Что за глупая идея! Кейти любит заниматься психоанализом, поэтому анализирует все подряд, – объяснила я. – Смотри, Джос, а то она и твое поведение будет анализировать. Верно, Кейти?

– Да, – откровенно сказала Кейти, – буду.

Наступила неловкая пауза.

Но тут Джос улыбнулся и сказал:

– Что ж, я сам интересуюсь психологией. Между прочим, Энтони Клэр – мой друг.

– Вот это да! – воскликнула Кейти. Она засияла, словно гирлянда огней. – Я считаю его большим специалистом, хотя не согласна с его взглядами на Фрейда.

– Хочешь с ним познакомиться? – спросил Джос. – Могу договориться.

Я думала, что ее глаза выскочат из орбит.

– Очень! – выдохнула она.

– Значит, Джос все устроит, – сказал он с улыбкой, поднял мою корзину с крышкой для пикника, мы сказали всем «до свиданья» и отбыли.

– Выглядишь просто изумительно, – признался Джос, когда мы тронулись в путь в его машине с поднятым верхом. Левой рукой он погладил мое колено.

– Ты тоже, – ответила я. – Даже больше. Ты божественно красив.

Я взглянула на его содранный палец. Слава богу, прокушено не до крови.

– Извини, что так вышло с Грэмом.

– Ничего страшного, – он криво улыбнулся. – Я рад, что у него не было ружья.

– Понимаешь, он всегда был добродушным и жизнерадостным псом, – объяснила я. – Не знаю, что с ним стряслось.

– Зато я знаю, – сказал Джос. – Кейти права. Он ревнует. И его можно понять. Потому что он любит тебя и почувствовал, что я тоже тебя люблю.

Сердце у меня в груди сделало кувырок, три колеса и сальто назад. У меня перехватило дыхание, закружилась голова, и я ощутила полный восторг. У Джоса была привычка неожиданно говорить нечто такое, от чего у меня захватывало дух. Питер никогда так не делал, размышляла я. Но он был совершенно не романтического склада. Хотя теперь я начала задумываться: может, с Энди он стал романтиком? Может быть… Я отогнала непрошенные мысли, потому что знала: моя жизнь движется дальше. Лили была права, когда сказала, что я иду вперед. А сейчас я даже не иду, а мчусь вперед вместе с Джосом. Мы ехали по Суссексу, мне казалось, что мне все это снится. Пока мы приостановились в потоке машин, я поймала себя на том, что любуюсь его красивым профилем. Он повернул ко мне голову и взял мою руку в свою. Мне было безразлично, доберемся мы до Глайндборна или нет. Это было такое блаженство – сидеть с ним рядом в машине. Вскоре загазованные автомагистрали юго-восточной части Лондона остались позади, и мы двинулись по узким суссекским дорогам. Все вокруг было зеленым, как листья салата. За изгородями набирал рост клевер, ярко зеленела молодая листва. Легкий ветерок покачивал бело-розовые свечки огромных каштанов. Мы проехали настоящий тоннель из буков с полупрозрачными медно-зелеными листьями и внезапно оказались замыкающими в медленно движущемся потоке «мерседесов», «бентли» и «роллс-ройсов».

– Добро пожаловать в Глайндборн, – произнес Джос, когда мы свернули на длинную подъездную дорогу, рассчитанную на три ряда машин, выехали на площадь и припарковались. Я оглядывалась, пока он открывал багажник и доставал все для пикника. Было такое ощущение, будто мы попали на съемки одного из фильмов студии «Мерчант-Айвори». Мужчины в смокингах и поясах-шарфах с важным видом расхаживали, словно вороны с глянцевым опереньем; элегантные женщины в нарядах haute couture, вздымающихся волнами шелка, скользили по лужайкам. Вдали белыми пятнышками на фоне живописных зеленых холмов виднелись овцы.