Речи любовные - Алиса Ферней

— Тс-с, — приложив палец к губам, прошептал он.

Они замерли. Было еще два звонка, после чего стукнула, закрывшись, дверь лифта. Они лежали друг подле друга, их сердца испуганно бились. Тишина и полумрак были их сообщниками.

— Ушел, — тихо выдохнул он.

Она почувствовала его дыхание на своей щеке. Она не насытилась, хотелось продолжения. Она утратила разум и здравый смысл.

— Испугались? — спросил он.

— Очень.

— Мне это ужасно понравилось.

— А мне нет.

* * *

Он посмотрел на нее так, словно пытался понять, что изменилось в нем самом по отношению к ней после близости: правильно или ошибочно оценивал он ее прежде?

— Впервые увидев вас, я не мог отвести глаз от вашего лица.

— Я поняла тогда, как вы на меня смотрите.

— Подействовало ли это на вас?

— Не сразу, сперва только польстило, доставило удовольствие. Я подумала: неплохое начало дня. И лишь потом, когда вспомнила об этом, да вы продолжали…

— Ну так как же?

Она загадочно улыбнулась, словно решила ничего больше ему не говорить.

— Я хочу точно знать, что чувствуют женщины, когда на них смотрят по-настоящему. Мне это неизвестно.

— Но вы же знаете, что это действует! Она засмеялась, он немного успокоился.

— Ответьте же мне. Что вы чувствовали, когда я пожирал вас глазами?

— Не знаю, смогу ли выразить словами!

— А вы попробуйте.

— Я не помню.

— Это неправда!

— Клянусь вам!

— Ну сделайте усилие!

— Сначала я смутилась.

— Смутились? Как именно?

— Ну, смешалась, мне было не по себе.

— А потом?

— А потом очень радовалась. Было так приятно, я скоро к этому привыкла.

— Привыкли, что вами любуются? — Да.

— А вы уверены, что вами любовались?

— Я думала, что нравлюсь вам, — отвечала она, порозовев.

— И правильно делали.

Она призадумалась, с уст ее готов был сорваться вопрос: «А теперь я вам нравлюсь?» Но раз ей хотелось задать этот вопрос, значит, ответ был ей известен: очарование рассеялось.

— И что произошло, когда вы так подумали?

— Как будто жизнь снова забила ключом. Как будто что-то очень приятное должно было произойти. Ваш взгляд стал мне нужен.

— А мужу вы сказали?

— Конечно, нет!

— А догадаться он мог?

— Не думаю.

— Словом, это ничего не меняло в ваших с ним отношениях.

— Да вроде нет.

— Почему вы сказали, что жизнь снова забила ключом?

Ей казалось, что это ясно без объяснении.

— Потому что, как бы это сказать… Потому что… любить кого-то долгое время и влюбиться — разные вещи.

— А у вас появилось впечатление, что вы влюбились? — удивился он слегка.

— У меня появилось ощущение, что это возможно, — обидевшись, ответила она.

— Потому что я вам тоже нравился?

— Должно быть, во всяком случае, вы не были мне неприятны, и, я вам уже сказала, получала удовольствие от того, как вы на меня смотрели! — И прибавила: — Что может быть интереснее встреч? Не так уж часто они случаются!

— А у вас было ощущение, что вы встретили кого-то?

— Это вас удивляет? — разочарованная тем, что он задал этот вопрос, протянула она.

— Нет, у меня и у самого было ощущение, что происходит что-то.

— Что-то магнетическое, — добавила она.

— Можно и так назвать. И что же дальше? — с ликованием спросил он.

— Как что дальше?

— Ну, что происходило дальше в вашей хорошенькой головке?

— Ничего! Я надеялась, что снова увижу вас в детском саду.

— Ах, плутовка!

— А что происходило в вашей головке?

Он открыто рассмеялся. Затем согласился с таким, распределением ролей и ответил:

— Сперва я попробовал не думать о вас. Но мы виделись слишком часто.

— Ну и?..

— Тогда я решил: будь что будет! И все думал, как к вам подступиться.

Она улыбнулась, словно хорошо помнила этот момент.

— Сперва я придумал пригласить вас в гости с сыном. Но моя дочь не проявила никакого интереса к вашему Теодору. Пришлось думать дальше, чтобы как-то познакомиться с вами накоротке.

Больше всего на свете она любила, когда он говорил о них двоих!

— Я думала, вы не осмелитесь.

— Я да не осмелюсь! Вы меня не знаете.

— Увы, нет. Я считала, что у вас нет ни одного благо видного предлога.

Он засмеялся очень искренне, потому что выяснялось, что это было не что иное, как ловушка, и что он был в таких делах мастер.

— И вы, значит, решили за мной приударить? — насмешливо спросила она.

— Я очень увлекся! Мне не оставалось ничего иного, кроме как попытать счастья.

— Я с уважением и восхищением взирала тогда на ваши действия.

— Правда? Но почему?

— Потому что ни разу не сделала первого шага навстречу мужчине сама.

— Неужели?

— Я на это не способна.

— Потому что уверили себя в этом, а кроме того, ни разу не приспичило.

— Да, это так, но все же я робкая.

— Не так чтобы очень. Я не считаю вас робкой.

— С вами нет.

— А знаете почему? Вот это был вопрос!

— Не знаю. Мне было хорошо с вами.

— Мне тоже. Причем сразу.

Ему показалось, что она наслаждается этой фразой.

Но он не нарочно так сказал, он просто был искренен и счастлив всякий раз, как доставлял ей удовольствие, не прибегая ко лжи или уверткам.

— Вы когда-нибудь уже так разговаривали с женщинами?

— Ну что вы все об одном и том же! Впечатление было такое, что зрелый муж беседует с девчонкой. Она его послушалась.

— Ничто ни на что не похоже, у меня было столько женщин, что и не перечесть, и каждая в чем-то неповторима.

— А ваша жена?

— А что моя жена? Что еще вам хочется знать?! — Он улыбался ей как ребенку.

Она не знала, что ответить, и они замолчали. Может и впрямь освобождаешься от ненужного, высказавшись вслух? Этот разговор изменил ее взгляд: приходилось допустить, что она не является единственной и неповторимой, как она себе вообразила, и что она в постели с полигамным мужчиной.