Речи любовные - Алиса Ферней

— Хорошо ли вы себя чувствуете?

— Да, — прошептала она, наслаждаясь тем, что снова слышит его.

— Хорошо ли все прошло и для вас, и для ребенка? Она ответила, что все замечательно, ребенок чудесный, зовут его Артур. Сама она устала, но счастлива.

— Рад за вас. Пытался раньше с вами связаться, но никто не отвечал.

Она не знала, о чем говорить с ним. Вся ее жизнь свелась к тому, что она кормила и пеленала ребенка, отдыхала, когда он спал, забирала старшего из школы, а вечером встречала мужа. Как об этом рассказать мужчине, которого считаешь своим любовником? Хотелось говорить о чем-то более значительном.

— Совсем не остается времени, чтобы рисовать.

Ей хотелось пробудить в нем интерес к себе как к личности, приподнять себя в его глазах. Вместо этого он просто сказал:

— Потом появится. — И закончил: — Полина, у меня нет времени сейчас. Я хотел убедиться, что у вас все хорошо. Целую.

— Я тоже вас целую, — шепнула она в ответ и впала в отчаяние. Все казалось конченым. Он ускользал. Она ему больше не нравилась. Какова же длительность действия любовного напитка?

Потекли однообразные дни: утро, вечер. Двое детей требовали ухода, внимания. Она посвятила себя дому, семье. Но все же ждала звонка. Однако звонков больше не было. Полина упиралась, не желая забыть о своей прихоти. Прошедшее не ушло, было с ней. Она мучилась. На память приходили прежние разговоры. Казалось, они когда-то давно играли, как котята с клубком шерсти. Но клубок размотался… Она была невыразимо несчастна от того, что тот самый мужчина, что был одержим ею, теперь испытывал к ней обычную приязнь. Марк решил, что все дело в послеродовой депрессии, стал чаще бывать дома, пытался как-то развлечь жену. Но она тяготилась им. Тогда он стал задерживаться на работе. А по вечерам, нежный, нетребовательный, молчаливый и предупредительный, старался быть больше любовником, чем мужем. А поскольку ее на все не хватало, он пришел к выводу, что сосунки до такой степени завладевают матерью, что лишают мужа жены.

* * *

Впервые она отважилась позвонить ему сама. Ее охватила дрожь, она боялась: а что, если подойдет Бланш? Оставить ли сообщение, если дома никого нет? Читает ли он сообщения сам? Что ему сказать? И вот после всех этих терзаний она набрала номер. Ответил автоответчик. Стоило ей, заикаясь, произнести «Это Полина Арну, я хотела бы…», как послышался щелчок, и она услышала его голос:

— Как вы?

У нее с души свалилась тяжесть.

— Я хорошо, а вы?

— Отлично.

— Почему не звоните? — спросила она, расстроенная, что ему без нее так хорошо живется.

— Времени не хватает, — ответил он обычным голосом.

Что тут было ответить? Тогда она полностью раскрыла карты.

— Мне вас не хватает.

— Очень сожалею. Просто вам скучно. Но вернетесь на работу, и все наладится.

Он не пытался понять ее! Говорил так, словно она была способна жить без знаков внимания с его стороны!

— Когда мы увидимся? — погасшим голосом спросила она.

— Скоро.

* * *

— Почему вы так ко мне переменились? — вдруг спросила она.

— Нисколько.

— Нет переменились!

— Честное слово, нет.

Он был честен. Ей не оставалось ничего иного, как бесповоротно признаться, что она имела в виду: ей не хватает комплиментов, реверансов и тому подобного.

— Раньше вы звонили каждый день.