Упал. Очнулся. Папа! - Янина Логвин

При взгляде на них грусть обернулась печалью.

Куда я иду? Зачем? Совсем с ума сошла? У меня дети! Какой еще ресторан?

Этот мужчина мой шеф, а не… не любовник. И уж точно не муж.

— Андрей, стой! Я не могу!

— И не подумаю!

— Но я хочу поговорить!

— Сейчас? — мы вышли со двора и Воронов остановился у дороги. Обняв меня рукой за плечи, вскинул руку, останавливая такси.

— Да!

— Нет! — ответил категорично и твердость в голосе прозвучала знакомая, бескомпромиссная. Наткнувшись на нее, я растерялась.

— Как это?

— Даша, я же сказал, что ничего и никого не помню. У меня есть ты, все! Не хочу знать, что было. Теперь все будет иначе, просто верь!

— Не будет, Андрей. Об этом я и хочу поговорить!

Ну же, давай! Решайся, Дашка! Сейчас!

Но… как же данное Риточке обещание? Я ведь пообещала, что не сегодня. Что еще один день у них будет папа, а у меня… Кто будет у меня? Муж, любимый мужчина или просто человек, которому я небезразлична? Кому я пообещала отсрочку больше — племяннице или себе?

Слова, словно терпкий ком, застряли в горле, и рассыпались с выдохом несвязными звуками…

— Я… понимаешь… тебе… хотела я… — лишь моргнула виновато и замолчала.

Андрей опустил руку и медленно развернул меня к себе. Мимо проносились машины, но никому не было до нас дела. Точнее, до меня дела, кроме моей совести и потемневшего взгляда Воронова, ставшего вдруг неожиданно холодным и колким.

Он нахмурился и медленно дернул желваками.

— Постой… Ты хочешь сказать, что тоже мне изменила? — внезапно спросил просевшим голосом. — Когда я был в Германии, так? — догадался и тут же потребовал внести ясность: — Когда и с кем?! Отвечай!

— Что? — от неожиданности я так рот и открыла. Но через секунду опомнилась: — О, господи! Конечно, нет, Андрей! Чушь какая!

— Тогда разлюбила? Хочешь со мной развестись?!

— Нет, я… не хочу! — подбородок сам собой из стороны в сторону дернулся. Сам, хоть реви!

Больше ничего сказать не успела, потому что Воронов сгреб меня в охапку и прижал носом к плечу.

— Дашка! — поцеловал в шапку. — Я с тобой поседею раньше времени! Поехали! Все равно будет по-моему, просто не спорь!

Когда сели в такси, и Андрей захлопнул за нами дверь, все же спросила:

- А куда мы едем? Ты же не помнишь ничего, а я не знаю.

— Разберемся.

И запросто обратился к водителю, когда тот поинтересовался конечным пунктом поездки.

— Шеф, нужен ресторан. Хороший, но недалеко — у нас дети дома одни. Накинь на чай и подвези, договорились?

— Бюджетно или по vip-классу?

— По классу.

— Поехали!

* * *

Водитель, и правда, по улицам плутать не стал и уже минут через десять мы подъехали к красивому освещенному комплексу с не менее красивой вывеской «Vinograd» на белом фасаде и остановились возле входа.

Рассчитавшись за проезд, Андрей подал мне руку и вывел за собой. Спросил, улыбаясь и обнимая за плечи:

— Ну что, пошли, Петушок?

— Пошли.

В этот воскресный вечер парковка рядом с рестораном была заставлена машинами и в одной стороне широкого зала человек двадцать праздновали банкет. Едва мы вошли и остановились возле гардероба, чтобы раздеться, я подумала о том, что в таком популярном заведении запросто могло и не оказаться свободных столиков. И стоило этой мысли мелькнуть в голове, как к нам подошла эффектная девушка на высоченных каблуках, представилась администратором ресторана, и вежливо спросила — конечно же у Воронова:

— Рады вас видеть у нас в «Винограде». Молодые люди, вы заказывали столик? Если нет, то, к сожалению, вынуждена сообщить, что сегодня у нас нет свободных мест.

Ну вот, так и знала. Но неловкость ощутить не успела. Только сжала ладонь Андрея и взглянула на него, боясь, что он расстроится, а он уже спокойно ответил девушке на немецком. Выдал целую речь на приветливой ноте и вопросительно вскинул бровь, когда незнакомка «зависла».

— Простите…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Oh of course! — улыбнулся ей понимающе, и повторил свою речь на английском, постучав пальцем по дорогим часам на запястье.

Девушке сразу стало легче, и я тоже смогла кое-что разобрать. Не все, конечно, но поняла, что мы, оказывается, отдыхаем в компании известного дипломата. Но, увы, потеряли его в городе и, если честно, уже устали искать и ужасно проголодались. Не будет ли милая девушка так любезна предоставить иностранным гостям маленький столик на двоих в этом прекрасном ресторане, пока наш личный самолет готовят к чартерному рейсу в Вену. Очень нужно! Потому что у любимой жены сегодня день рождения, и он обещал ей ужин при свечах.

Это обо мне, что ли?

И, конечно же, при случае, Андрей будет счастлив лично поблагодарить хозяина заведения.

Смысл сказанного дошел до меня не сразу, а где-то на полпути к столику, и уши тут же предательски вспыхнули. И еще больше, когда официант принес две красивые свечи и зажег.

— Ну ты даешь! — прошептала, когда мы остались одни и сели за столик. — Импровизатор! А если бы здесь, и правда, оказался какой-нибудь дипломат?

— Но ведь получилось, Даша? Чего ты засмущалась? — свободно откинулся на стуле Воронов, ни капли не волнуясь. — Я просто сберег наше время. Не переживай, в таких местах, как это, всегда оставляют резервное место для неожиданных гостей. Просто сегодня оно наше с тобой, вот и все.

Наше с ним было не только место, но и вечер. И очень скоро Андрею удалось меня в этом убедить.

Ели мы вкусно и не спеша. В зале играла живая музыка, за столиками сидели компании, и говорить не очень получалось, а вот смотреть друг на друга, потягивая дорогое вино, сколько угодно.

Точнее, взгляды притягивались сами, словно магнитом. А вслед за взглядами соприкасались и пальцы. И перед глазами снова вставала ночь — длинная, жаркая, откровенная. И мы, растерявшие в ней всякий стыд, забывшиеся в обоюдном желании. Удовлетворенные, но так и не насытившиеся друг другом.