Поиск - Кэтрин Николас

– И как же? – складываю руки на груди.

– Очень просто, – он подходит ближе ко мне и щелкает по носу. – Весь прикол в том, что бы чувствовать себя обычным человеком. Не рокером, солистом группы или просто знаменитым человеком. А быть простым парнем, который гуляет по парку со своей девушкой, – наклонив голову, он берет мою ладонь в свою и переплетает наши пальцы. – Как тебе такой план?

– Неплохо, – затаив дыхание, шепчу, смотря в завораживающие глаза Максима. – Но я не думаю, что это сработает со всеми. У тебя есть запасной план?

– Есть. У меня есть с собой кепка, – не отпуская мою ладонь, он разворачивает нас к байку и поднимает сидение. Достает оттуда черную кепку с изображением огня. Одевает ее на голову, и, опустив на меня взгляд, смотрит с выражением «Вуаля».

– Ну да, – киваю, сдерживая улыбку в уголках губ. – Конечно, никто не догадается, что под кепкой «В огне», скрывается солист самой группы.

– Конечно, – серьезно кивает парень, и прогулочным шагом мы идем вдоль тротуара. – Не догадаются, малышка. Для людей это будет слишком очевидным. Элементарным. Типа «солист группы прячется в толпе под кепкой с брендом самой группы. Бред».

– А, то есть, если хочешь что-то спрятать, оставь его на видном месте?

– Да. Тем более что мы уже такое проворачивали.

– В самом начале своей карьеры? – спрашиваю с ухмылкой, напоминая парню его рассказ о том, как они узнали про пиццерию Олега.

– Нет, это было два месяца назад, – посмотрев на меня, он снова смотрит вперед на дорогу и людей вокруг нас. – Нам стало скучно, и Тема предложил нам сходить в кафе и парк. Типа, давно просто не тусовались, как обычные пацаны, а не знаменитые рокеры. Ну, все согласились. А потом Димон нам напомнил эту историю с «Пицца Рика». Говорит, я не собираюсь больше быть сувенирным магазином, тем более, которому еще и не платят за эти сувениры. Тоха предложил спрятаться на виду. Типа, то, что перед носом, дольше всего не видно. Ну, мы пожали плечами, типа чего нам терять, кроме волос и чести. И каждый надел свой прикид. Димон у нас был парнем с Уолл-стрит, в рубашке, брюках и туфлях. Тоха стал баскетболистом в шортах, футболке и кроссах. Тема был чопорным правильным парнем в круглых очках, рубашке, джинсах и ботинках. А я…

– Дай угадаю, – прерываю Макса, улыбаясь. – Ты был ботаником.

– Точно, – кивает он, улыбнувшись. – Мне пришлось в очередной раз напялить этот дурацкий колючий свитер и эти очки. Про волосы я вообще молчу. Кажется, что я лишаюсь пучка волос, когда пытаюсь расчесаться.

– Сначала лучше под душ.

– Пережитки прошлого, ошибки новичка, – пожимает Макс плечами. – Короче, и таким составом мы вышли на улицу. Сначала Димон постоянно дергал рукава, боясь, что сейчас из-за угла появится толпа девчонок и растерзает его на сувениры. И едва не спалил нас, когда девушки рядом с нами заметили тату у него на запястье. К счастью, одна из них не поверила своей подруге, когда та сказала, что рядом с ней идет Хоук. Говорит, что Хоук ни за что бы в жизни не надел брюки и туфли.

– Серьезно? – поворачиваю голову на него, широко улыбаясь.

– Серьезно, – кивает, улыбнувшись. – Они не видели, но Димон повернулся к нам, и так посмотрел, типа, серьезно? А когда мы зашли в кафе неподалеку, говорит, что все, теперь он принципиально когда-то выступит в туфлях и брюках.

– Но это когда-то так и не наступило.

– Пока нет. Наступит. Он эту историю, как он сказал, никогда не забудет.

Хмыкнув, я посмотрела боковым взглядом на спокойное лицо парня. Губы расслаблены с приподнятыми уголками. Глаза спокойны, и с удовольствием рассматривают окружающих людей. Но, не смотря на такую внешнюю спокойность, его ладонь крепко сжимает мою. И у меня невольно возникает ассоциация с тем, что он словно ставит на мне клеймо. Что я принадлежу только ему. Так сказать, поставил на мне огромный стоп-сигнал.

Мы шли по тротуару прогулочным шагом еще несколько улиц, прежде чем добрались до небольшого парка с аккуратными лавочками, фонарями вдоль аллеи и подстриженными кустами. Солнце уже спряталось за горизонтом, и фонари ярко освещали дорожки, отбрасывая тени на асфальте. Мимо нас, спокойным шагом, проходят влюбленные парочки, держась за руки и останавливаясь, что бы поцеловаться. От таких сцен, происходящих в двух шагах от меня, щеки покрылись ярким румянцем. Нерешительно посмотрев на парня рядом с собой, я поймала его горящий взгляд и быстро вздымающуюся грудь. Он также как и я, заметил парочку, которая зашла вместе с нами в парк и шла рядом все это время. И сейчас они в очередной раз остановились, и парень, дернув девушку за руку, впечатал в свое тело и поцеловал ее. Отовсюду раздались недружные аплодисменты и свист, от проходящих мимо парней и девушек. Хмыкнув, после того, как парень отпустил девушку и, обняв ее за плечи, пошел дальше, Макс поджал губы. И тогда парень, впереди нас, повернул голову и победно ухмыльнулся. Приподняв бровь, он развернулся обратно к своей девушке, что-то сказавшей ему.

– Это что, был вызов? – неверяще остановившись вслед за Максимом, поворачиваюсь к нему шокированным лицом.

– Похоже на то, – поджимает он губы, посмотрев на меня горящим взглядом.

– Что ты задумал? – испуганно отшатнувшись от парня, боюсь того огня, промелькнувшего в его глазах. – Только не говори, что ты…

Но я так и не успела договорить свою мысль, так как одна рука Макса оказалась на моей талии, а вторая на затылке. Охнув, парень наклонил меня так, что волосы едва касались земли, и, ухмыльнувшись своей фирменной ухмылкой плохого парня, припал к моим губам. Со всех сторон тут же послышалось дружное «Ох» и «Ах» от более старшего поколения, фырканье некоторых парней и свист других. Но меня в этот момент уже ничего не волновало. Только горячие руки парня на моей талии и затылке, и не менее горячие губы, поглощающие мои. От того, что Макс творил со мной, хотелось мурлыкать, словно котенок, которого решили погладить.

Мягко подняв меня на ноги, но, так и не разъединяя наших губ, поцелуй смягчается. Появляется нежность, ласка, забота. То, что началось как вызов другой паре, превратилось в мягкую благодарность, просто удовольствие от того, что целуешь любимого человека. И только нехватка воздуха в легких заставила нас прервать поцелуй. Приоткрыв глаза, я смотрела в глубокие затуманенные глаза Макса.

– Кажется, я выиграл, – тяжело дыша, шепчет брюнет, широко усмехнувшись и бросив взгляд в сторону.

Перевожу глаза туда же, и ловлю поджатые губы неизвестного парня, прижимающего к себе свою девушку, жадно смотрящую на Макса, и прикусившую свою пухлую губу. Ха, можно сказать, что Макс выиграл, еще и так, что бы соперница глотала слюни от зависти.

– Выиграл, – хмуро киваю парню.

С легкостью убираю его руки со своего тела и прохожу через замершую толпу, оставляя солиста позади.

– Малышка? – удивленно вскрикивает Максим за моей спиной. Вздрогнув на секунду, я фыркаю и упорно продолжаю идти вперед. – Алина! Ну, Алинка!