Поиск - Кэтрин Николас

– О том, что моим партером должен был быть Соснов, а не ты. Но, каким-то удивительным образом, он стал партнером Машки, которая в совершенно другой части списка находится, а моим – ты. Так ты мне расскажешь, это было решение Геннадиевича, или твоя подсказка?

– А можно я не буду отвечать на этот вопрос, – задумчиво покусывая свою нижнюю губу, Максим опускает руку между нами.

– Нельзя. На этот вопрос я обязательно хочу услышать ответ, – качаю головой. Ага щас, размечтался. Поздно отступать.

– Черт, – качая, опускает он голову вниз, что бы мокрые волосы скрыли от меня его лицо. – Только обещаешь не бить?

– Не сильно, – улыбаюсь, предвкушая, и боковым зрением замечая будущие орудия.

– Хорошо, но для начала, – кивает Максим, сжав своими ладонями мои запястья. Я попробовала вырвать свои руки из его. Но, к сожалению, хватка его рук оказалась стальной. – Итак, теперь ты знаешь, что понравилась мне еще на первом курсе…

– Угу, – киваю, заинтригованная таким началом и подозревая конец. Ох, неужели он действительно все подстроил?

– И я боялся к тебе подойти и познакомиться, что уж там говорить про разговор или приглашение на свидание, – продолжает солист.

– Макс, – обращаюсь к нему, подтянув зажатые в его ладонях руки. – Но почему ты боялся? Я думала, что такое только в книгах бывает.

– Это какое же? – выгибает тонкую бровь.

– Ну, – задумчиво закусываю нижнюю губу, повернув голову и пряча от брюнета горящие глаза и румяные щеки. – Ты ведь рок-певец. Солист одной из самых популярных рок-групп в стране. Вокруг тебя толпы девушек каждый день вьются, а ты боишься подойти к девушке, которая тебе нравится.

– Всякое бывает, – спокойно пожимает он плечами в ответ. – Ты же понимаешь, что подойди я к тебе в образе ботаника, ты бы только усмехнулась, – пожимаю плечами, опустив взгляд вниз. Что правда, то правда. – А если бы встретилась с Рейвом.… Даже не знаю, как бы ты поступила.

– А какие у тебя были мысли насчет моего поступка?

– Самые разные, – Максим отводит взгляд в сторону. Наклоняю голову, пытаясь поймать его взгляд. – Ладно, сначала я думал о том, что ты поступишь так, как большинство девушек в случае встречи со своим кумиром. Попытаешься с моей помощью сбежать от своей жизни к богатству, деньгам, красивым вещам и богатому дому.

Открыв от шока рот, секунду сижу, словно рыба, выброшенная на берег. Открываю и закрываю рот, не издав и звука. А когда в легких появляется достаточно воздуха для возмущения, поджимаю губы и, повернув голову в сторону, пытаюсь вырвать свои ладони из его хватки.

– Ох, малышка, – выдыхает Макс, и, вцепившись посильнее в мои запястья, рывком толкает меня и прижимает к своей твердой груди, обхватив руками. – Прости, я не хотел. Я тогда тебя совершенно не знал. Всякое в голове было.

– А сейчас как будто знаешь, – возмущаюсь, упираясь руками в бока парня и качая головой. Его хватка на моей спине и талии становится еще сильнее и я, смирившись, в ответ обнимаю брюнета за талию.

– Как будто знаю. И хочу узнать еще лучше.

– А не боишься, что я согласилась быть с тобой только из-за того, что ты – Рейв и, в каком-то смысле, мой кумир? – спрашиваю, прижавшись щекой к его груди.

– Уже не боюсь. Я ведь начал нравиться тебе задолго до того, как ты увидела меня полуголым, – отвечает он, посмеиваясь.

– Неправда! – вскрикиваю, оторвав голову от его груди и посмотрев в его смеющееся лицо.

– Правда, правда, – кивает, наклонив голову и чмокнув меня в кончик носа. – Ты меня буквально пожирала. Я аж почувствовал, как на мне начало исчезать полотенце.

– Та я не об этом, – мне все-таки удается немного освободить свою руку и слабо ударить ею Макса по груди. – А про то, что начал нравиться еще задолго до того.

– Малышка, – еще ниже наклонив голову, упираясь своим лбом в мой, он шепчет в мои губы. – Думаешь, я не замечал эти твои изучающие взгляды и покрасневшие щечки? Или, может быть, прикушенную губу, которую мне постоянно хотелось укусить?

– Хватит, – лицо настолько покраснело, что начало переходить на шею и грудь. Поджав губы, я опустила голову и уперлась лбом в грудь парня. – Прекрати.

– Вот, ты опять покраснела и прикусила эту губу. Малышка, все хорошо, – сжав меня в своих объятьях, он целует меня в макушку. – А теперь давай вернемся к нашему разговору.

– С удовольствием, – шепчу в его грудь.

Сверху послышался смешок парня, а потом он склонил голову вниз и зарылся носом в моих волосах.

– Я боялся к тебе подойти. Думал, что ты меня просто оттолкнешь, сказав, что ты не можешь встречаться с таким неудачником, как я.

– Я бы никогда… – прерываю солиста, посмотрев в его зеленые глаза.

– Я знаю, малышка. Я знаю, – он начинает успокаивающе поглаживать меня по волосам. Выдохнув, опускаю голову и прижимаюсь щекой к его груди, где спокойно бьется сердце. – Теперь я об этом знаю. А тогда не знал. И из-за этого еще сильнее боялся. Так вот, а дед мне постоянно повторяет «Подтяни штаны и иди к ней. Будешь стоять столбом, ее кто-то уведет», – смеюсь от пародии Макса на Геннадиевича. Кстати, очень похоже.

А потом вспоминаю, как нечто подобное мне постоянно повторяла Машка, когда я в очередной раз вздыхала над парнем. Будь это Соснов или любой другой на моей влюбленной памяти. Она говорила, что пока я тут сижу и вздыхаю, давно бы могла подойти и заговорить с объектом своих грез. Или его возьмут и уведут, я даже глазом моргнуть не успею. И от этого мне сейчас становиться еще смешнее. А Макс сидит, обнимает меня и смотрит, как медленно в уголках моих глаз появляются слезы, а лицо начинает побаливать от столь широкой улыбки.

– Чего ты смеешься? – вытерев влагу на моих щеках, парень заботливо отводит упавшие мне на лицо пряди за ухо.

– Знаешь, – усаживаюсь немного выше, утыкаясь носом между его плечом и шеей. – Мне Машка тоже постоянно что-то типа такого говорила. Мне ведь многие парни нравились, – на этом моменте хватка рук парня вокруг меня усиливается, сильнее прижимая к его телу, а из его горла раздается недовольный рык. – Нравились. Раньше нравились. И я настолько сильно боялась опозориться перед ними, что просто наблюдала со стороны. И Машка говорила, что когда-то мое счастье возьмут и уведут.

– Слава Богу, что мое счастье не увели, – шепчет Макс в мои волосы. – Ты только моя.

Прикрыв глаза, блаженно улыбаюсь, прижимаясь щекой к его груди. Невероятно, но мне безумно приятно, когда он называет меня своей. И это на второй день наших официальных отношений. Макс ведет себя со мной, словно со своей собственностью, и это наталкивает на мысль, что я действительно ему небезразлична.

– Так что было дальше? – спрашиваю, когда Макс ложится на диване, укладывая меня поверх себя, и поглаживает рукой по волосам.

– Я долго думал над словами дедушки. Смотрел на тебя со стороны и думал, что он прав. Ты – красивая, умная девушка. Мечта любого парня. Каждый день я шел в универ, боясь увидеть рядом с тобой другого. Кого-то другого, кто будет обнимать тебя, целовать и за руку водить по коридорам. А потом дедушка случайно, а может и нет, проболтался мне о предстоящем парном проекте по экономике. Я тогда не обратил внимания на его слова. Думал, просто предупреждает. А потом мы с тобой стали партнерами по проекту. К счастью ты не видела, какая у меня на это была реакция. Геннадиевич еще два часа ржал, говорил, что зря камеру не достал. Я у него спросил, почему мы оказались партнерами, а он говорит: «Если внук сам не хочет устраивать свою личную жизнь, за ее устройство возьмусь я».