Мой худший друг - Мария Высоцкая

Ариша

Май

– Может, вот это? – мама подхватывает подол кремового платья. – Спина открытая, красиво будет.

– Мне кажется, я с ним сольюсь, – бросаю взгляд на свое запястье.

Весна вроде, самое время чуть подзагореть, но я все еще бледная. Морской загар уже смылся, а новый я пока подхватить не успела. Потому что если и бываю на улице, то солнце в это время не светит.

– Тогда персиковое.

– Я бы черное лучше взяла. Вот это, – киваю на манекен.

Это платье мне сразу в глаза бросилось, едва в магазин войти успели.

Черное. Длинное, без бретелей, зато с шикарным разрезом по правой ноге почти до бедра. Лиф практически надвое делит V-образный вырез, но от пошлости его спасает полупрозрачная вставка цвета кожи.

Мама мгновенно переключается на мой выбор, обходит манекен по кругу. Делает шаг назад и, приложив пальцы к подбородку, одобрительно кивает.

– Ты права, это то, что нужно. Примеряй.

Пока я переодеваюсь не без помощи девушки-консультанта, мама рассматривает туфли. Их мы тоже по итогу берем, как и платье.

– Ну все. Пойдем перекусим, и домой, – мама пропускает меня вперед и неожиданно вздыхает. С грустинкой какой-то.

– Ты чего?

– До сих пор не могу поверить, что тебе восемнадцать.

– Ну еще нет, – улыбаюсь, подхватывая маму под локоть.

– Только вчера тебе памперсы меняли.

– Мам! – смеюсь, конечно, но для вида дую губы.

Мой день рождения уже в следующую пятницу. Сначала будет серьезный банкет у нас дома. Друзья родителей, родственники. Я, само собой. Но это до восьми. Потому что с девяти папа арендовал ВИП-ложу в клубе, уже для моих друзей. Идея была мамина. И аргументы у нее были, как всегда, убедительные. Что-то вроде: «Успокойся уже, Стёпа, ей с тобой до старости, что ли, все свои праздники отмечать? Пусть ребята повеселятся. Потанцуют».

Папа, конечно, возмущался для приличия, но в итоге отдельному празднованию быть.

– Все вроде купили?

Мама пробегает взглядом по пакетам, которые выставила рядочком на лавку у ТЦ. В кафе мы провели минут двадцать, выпили кофе и заели его чизкейком.

– Надо будет еще к визажисту записаться. – Мама делает заметку в телефон. – Где там твой Тимоша?

– Сейчас, – закусываю губу, – позвоню и спрошу.

Вытаскиваю смартфон и звоню Тиму.

– Привет, ты где?

– Две минуты, на парковку уже заворачиваю.

– Ты на подземную? Мы просто снаружи, у центрального входа.

– Понял. Тогда пять, тут на объезд всегда все стоит.

– Ждем.

Прячу телефон в карман и ловлю на себе мамин озорной взгляд.

– Что? – прищуриваюсь.

– Ничего. Как у вас дела?

– Нормально, – прячу улыбку за маской серьезности.

У нас на самом деле все очень хорошо. За последний месяц, я бы сказала, даже идеально.

Ну… почти. В воздухе только один вопрос витает и лежит он в горизонтальной плоскости. Не скажу, что меня не умиляют и не заводят все Азаринские поползновения на этот счет, да что там, у самой сердце замирает и колени подкашиваются, но я для себя уже давно решила, что хочу все сделать правильно.

Да, возможно, я брюзга из прошлого века и сейчас мои взгляды выглядят старомодными, но мне очень хочется дождаться своих восемнадцати в этом вопросе.

Мы это уже проговаривали, но кажется, что в моменте Тим об этом забывает. Я и сама иногда с катушек слетаю. Он же так целует…

Понимаю, что моя «правильность» его может раздражать, но, если глобально, если чувства действительно есть, он же может подождать, верно?

– Арин.

Мамин голос прорывается через размышления, и я резко поворачиваю голову.

– Тимоша приехал, – она кивает в сторону парковки.

Машину Тим припарковал и уже идет к нам. Поправляет солнцезащитные очки. Ветер треплет его волосы и раздувает полы расстегнутой кожаной куртки.

– Привет, – взмахиваю рукой, как только он с нами ровняется.

В отличие от меня, Тим ничего и никогда не стесняется. Родителей тоже. Потому что без каких-либо заморочек целует меня в губы. Чмокает, я бы сказала, но все же у моей мамы на глазах.

– Привет, – прижимает к себе и только потом переводит взгляд на мою маму. – Здравствуйте, шикарно выглядите. Подстриглись?

Мама улыбается во все тридцать два зуба.

– Привет-привет. Ой, кончики только подравняла. Удивляюсь твоей внимательности постоянно.

Азарин лыбится и забирает пакеты со скамейки.

Сегодня он на другой машине. У его отца целый автопарк, конечно. Но Тим редко ездит на чем-то кроме своего спорткара. Удивительно даже, что сегодня мы грузимся в джип.

– Садитесь, я ща пакеты закину.

Открываю маме дверь и только потом забираюсь уже сама. На переднее сиденье, конечно.

Тим падает за руль, накидывает на себя ремень и сразу же делает музыку чуть тише.

– Платье выбрали? – интересуется, притормаживая на светофоре.

– Да, черное. Я тебе потом покажу. Ты к нам зайдешь?

– Зайду, – кивает.

– Ой, давай в поселке мимо супермаркета проедем, – спохватывается мама.

– Без проблем.

Тим выкручивает руль, а я вжимаюсь в спинку сиденья. На улице сегодня солнечно. Можно сказать, жарко, даже удивительно, что Азарин в куртке. Он уже в прошлые выходные в одной футболке гонял.

Тереблю ремешок сумки, а когда мама выходит из машины у супермаркета, провожаю ее взглядом. Она только в магазин зайти не успевает, а ладонь Тима уже ложится на мое колено. Чувствую, как сжимаются его пальцы, и закатываю глаза. Поворачиваюсь.

– Что? – удивленно так. – Соскучился, – подается ко мне. – Ты нет?

– Да.

– Нет?

– Ну тебя. Соскучилась, – сжимаю его ладонь. Ту, которую он на мое колено пристроил. Правда, не помогает особо. Он вторую руку в ту же секунду вытягивает и фиксирует мою шею.

– Тим…

– М-м-м? Она там надолго. Целуй давай.

Кусаю губы. Оборачиваюсь на двери магазина.

Ладно…