О чем шепчет море - Мария Морозова

– Обвиняете меня во лжи, Бетани? – вкрадчиво поинтересовалась я

Ее глаза растерянно забегали. Женщина оказалась меж двух огней. С одной стороны, ей хотелось откреститься от всех обвинений перед своими подругами. А с другой, заявить мне в лицо, что я вру, Кримбл явно боялась. Нельзя ссориться с ведьмами. Мы существа злопамятные и мстительные. Но Бетани сама виновата. Я свято берегу тайны клиентов, в том числе и несостоявшихся. Пока те не становятся моими врагами.

– Что ж, – поморщилась Корст, взглядом пообещав своей подруге серьезный разговор, – мы свою позицию озвучили. Проявите рассудительность, ведьма Айрис, и не заставляйте нас идти на крайние меры.

– И вам всего хорошего, – спокойно пожелала я в спину уходящей троице.

Колокольчик звякнул. Я проводила дам взглядом через оконное стекло и покачала головой. Да уж, не зря мне показалось, что от Мелани Страут можно ждать неприятностей. Интуиция не подвела. Хотя зря волноваться тоже не стоит. Даже у мэра не получится выставить меня из города. Я законопослушная ведьма. Налоги плачу вовремя, имею лицензию, никаких запрещенных услуг не оказываю, что бы там ни говорили сплетни (спасибо, Илгерта). Договор на аренду в этом году был благополучно перезаключен, и надавить на хозяина дома не получится, потому что в начале лета он уехал путешествовать. А единственный инквизитор, которому на меня можно было бы заявить, это Эвард. Он уж точно не станет устраивать никаких разбирательств.

Пожаловаться бы ему на козни бывшей невесты, но не хочется. У моего инквизитора и так слишком много проблем сейчас. Не буду добавлять ему новую головную боль.

***

Вернувшись в Управление, Эвард заперся в кабинете и еще раз осмотрелся. Встреченный на первом этаже Гордон сообщил, что дежурный не видел и не слышал ничего подозрительного этой ночью. И инквизитор был уверен в том, что вины дежурного в этом нет. Взломщик действовал ловко и нагло, а то, что по ночам центр города словно вымирал, помогло ему остаться незамеченным. То есть почти незамеченным.

В кабинете он не оставил никаких следов, если не считать потревоженных меток и грязи, на которую Эвард не обратил бы внимания, если бы не стал присматриваться. Но что же на самом деле здесь искали?

Инквизитор выложил на стол папки с личными делами ведьм. Это были те самые, подробные досье, которые ему прислали из Хейворта, где все ведьмы Морангена раньше обновляли лицензии. С датами, характеристиками и полными родословными аж до пятого колена.

Дело Цейры Эвард отложил сразу, потому что знал его «от» и «до». Потом отложил и дело Айноны Шалтер, которое было самым пухлым и подробным, ведь в дознаватели не брали без тщательного исследования биографии. Досье на Илгерту Трауб не сообщило ничего интересного. Родилась в Хейворте, переехала в Моранген, открыла салон красоты. Мерия Тир, ведьма-аптекарь была единственной замужней женщиной. Десять лет назад она приехала сюда за супругом, которого назначили на должность главного целителя местной лечебницы. И, наконец, Арла Сарос – ведьма ста пятидесяти трех лет отроду. Бумага гласила, что Сарос обладала задатками провидицы. Дар был интересным, но настолько нестабильным, что ее не вносили в официальный реестр ясновидцев.

Но ее дар мог быть интересным. Неужели взломщик искал именно ее?

Инквизитор задумчиво перелистал страницы. Но его отвлек стук в дверь.

– Можно? – В кабинет заглянул Джонатан Ридли.

– Есть новости? – кивнул Эвард.

– Удалось опознать третью жертву. Это двадцатисемилетний матрос по имени Бернард Лейн. В ночь убийства у него был выходной. Как обычно, он отправился в бар «Ночная русалка». Это в квартале от Малой Морской, кстати, то еще местечко. Просидел там до полуночи. Много не пил, но подрался с одним из завсегдатаев, за что был из бара выдворен. Вышибала, который его, собственно, и выдворял, дал нам очень полезные показания. Тогда шел дождь, но он курил на крыльце и видел, как Лейн пошел в сторону порта и свернул в Дегтярный переулок. А за ним пошел кто-то еще. Вышибала признался, что это человек словно ждал в закоулке возле трактира и, увидев Лейна, сразу отправился за ним.

– Он смог описать его?

– Нет, – развел руками молодой дознаватель. – На нем был черный брезентовый плащ с капюшоном вроде тех, которые носят моряки или рабочие.

– Жаль.

– Что с ними было дальше, неизвестно. Но мы с Шалтер прошли по Дегтярному переулку. И нашли подвал, в котором Айнона уловила еле заметные эманации насильственной смерти. Мы позволили себе обыскать его без вас.

– Что-то обнаружили?

– Да.

Ридли положил на стол перед начальником несколько снимков.

– Пятна, похожие на кровь. След ботинка, это Лейна, мы сравнили с его обувью. А вот второй. Видите, насколько он меньше? Мы посчитали, что если у убийцы нормальные пропорции, то он примерно на полторы головы ниже своей жертвы.

– Уверены, что это его след?

– Не стопроцентно, но думаю, да. Подвал был закрыт. Местный сторож клялся, что ключ только у него, и туда никто не ходит. Поэтому вряд ли там мог оказаться кто-то случайный.

– Хорошо, – медленно кивнул инквизитор. – Еще улики?

– Есть, – совсем расцвел Ридли. – Судя по тому, что крови в подвале было немного, лич сначала... эм... выпил кровь, а потом лишил беднягу головы. Но тот успел посопротивляться. Он оторвал ему карман.

На стол перед инквизитором лег пакет. Эвард заглянул внутрь и увидел там обрывок грубой хлопковой ткани, из которой шились простые рабочие брюки. С наружной стороны на кармане виднелась широкая черная полоса, принюхавшись к которой, инквизитор без труда узнал деготь. А на внутренней стороне прилипла какая-то мелкая темная труха.

– Это вишневый табак, – радостно сообщил Джонатан. – Наш лич невысокого роста, маскируется под рабочего и курит вишневый табак. Айнона уже отправилась по местным лавкам, выяснять, не покупал ли его в последнее время кто похожий.

– Отличная работа, – довольно улыбнулся Эвард. – Как только будут новости, сразу сообщайте.

– Конечно, – кивнул Ридли. – Я могу идти?

– Один вопрос. Вы знаете ведьму Арлу Сарос?

– Знаю. Она самая старая из наших ведьм. Когда-то делала отличные обереги, гадала, а иногда и выдавала настоящие предсказания. Ну, знаете, с закатыванием глаз, трансом и все такое. Они, бывало, даже сбывались. Но последние пару лет Арла сдала. Стала заговариваться, нести всякую ерунду, резко постарела.