Призрачный рай - Mila Moon

— Твой отец безжалостный человек, — тяжело вздохнула Арин, сжимая руки на столе и промокая глаза платком. — Он никогда не хотел идти на компромиссы, устанавливая только свои правила. Он душил, не оставляя иного выбора, как уйти. Я ушла, только все обернулось против меня.

— Он до сих пор не знает? — глухо отозвался, ощущая, что это не конец. Я еще не мог перевернуть страницу прошлой жизни.

— Нет, — прошептала Арин, опустив голову.

Я сглотнул и сжал пальцы, что даже костяшки побелели. Этот день так хорошо начался, но вечно происходит какое-то незапланированное дерьмо. «Что ж, папочка, ты хорошо постарался, испоганив всем жизнь». Сейчас было дикое желание приехать в его стерильный офис и дать по морде.

— Тогда разберитесь между собой и не вмешивайте меня, — без эмоционально бросил и, наконец, посмотрел в родные глаза. — Если ты хочешь освободиться, тогда вам стоит обсудить былые времена.

Арин печально посмотрела на меня и едва заметно улыбнулась. Я не видел смысла оставаться тут, узнав самое главное, поэтому поднялся и кинул:

— Я услышал тебя, но мне сложно сейчас что-то сказать…

— Я понимаю.

— Мне надо идти. Пока.

Сделал всего лишь несколько шагов, когда настиг ее голос.

— Габриэль, — позвала Арин, и я прикрыл мучительно глаза. — Спасибо, что приехал и выслушал. Я рада… что увидела тебя, mo aingeal.

«Я тоже», — мелькнула мысль, но я уже выходил из помещения, останавливая такси. Я устало откинул голову и взглянул в окно. Десять лет я жил во лжи. Мать лгала отцу, он мне, а я все это время был слеп. Что бы случилось, узнай я правду хотя бы пять лет назад? Я знал ответ. Он был очевиден. Тогда почему сейчас я ощущал, что меня вновь обманули? Прошлое вызвало лишь новые вопросы и сокрушительную ярость. Да к черту все, к черту их! Пусть дальше живут оба в обмане, обозленные друг на друга, только не впутывают меня. Мне хватило десяти лет по горло.

Я назвал адрес студии и пробыл там до утра, отключив телефон. Кончики пальцев горели от игры на гитаре, но это была приятная ноющая боль, которая приносила успокоение. В свой номер я вернулся на рассвете, когда солнце только появлялось из-за горизонта, объявляя о новом дне. Я еще не знал, что он принесет препятствия и проблемы, с которыми предстоит столкнуться.

Глава 24. «Нас» нет

Я всё ещё надеюсь, что мы сможем найти недосказанные слова. Мои чувства вот-вот затормозят, и теперь позволь мне дождаться, пока это всё умрёт. Умрет, умрет, умрет… Я все еще разбит. Я найду тебя, ты найдёшь меня.

Plan Three «Still Broken»

Оззи

День начинается просто отвратительно, и виной всему истеричка Купер, который трясет меня настойчиво за плечо, вырывая из чудесного сна. Я смутно помню вчерашний день и не сразу врубляюсь, какого хрена он снова брюзжит. Что ему не так? Почему зануда Купер будит меня, а не Ливия своей прелестной улыбкой? Тру переносицу двумя пальцами и полусонно смотрю на его кислую мину.

— Ты понимаешь, что ни от кого нет столько проблем, сколько от тебя, Оз? — скрещивает на груди руки Мэтью, гневно впиваясь в мое лицо карими глазами. Мысленно хочется застонать, послать его нахрен, показав средний палец, и поспать, но я сердито смотрю исподлобья и молчу.

— Тебе нужна персональная нянька? — продолжает выплескивать негодование менеджер-сухарь, а я на это только хмыкаю и смотрю отстраненно на стену. На ум неожиданно приходит вопрос: почему меня не разбудила Ливия? Хмурюсь, но откладываю его на время в сторону.

— На кого ты похож? Ужасный вид. У группы интервью, затем фотосессия для предстоящего альбома…

— Слушай, мистер менеджер, ты сейчас это серьезно? — устало вздыхаю, как от надоедливой мошки. Он и правда бывает жутко бесящим, особенно в сегодняшнее не доброе утро. Встаю и плетусь к мини-холодильнику, доставая бутылку холодной воды. Купер уже порядком достал меня своими нелепыми проблемами, которые создает на пустом месте.

— Видно, что я шучу? — рассерженно бросает мужчина, пристально наблюдая за моими неспешными передвижениями по комнате.

— Ты приперся ко мне с утра и трахаешь мозг какой-то незначительной ерундой, — зло бросаю и хватаю сигареты, игнорируя головную боль. Мне срочно нужен утренний кофе и устранение этого экземпляра с глаз подальше.

— Во-первых, сейчас уже обед, во-вторых, ты считаешь, что отключать телефон и пропадать, никого не известив, это нормально? — повышает голос Мэтью и проводит раздраженно по своим каштановым волнистым волосам.

— Я похож на соплю, который должен докладывать куда пошел и с кем? Может, я еще должен говорить в каких позах и как долго трахаю баб? — насмешливо спрашиваю, щелкая пару раз зажигалкой и подпаливая сигарету. На лбу Купера пролегает глубокая складка, губы превращаются в тонкую линию — да он мистер Суровость.

— Ты можешь не говорить мне, но ставь хотя бы в известность своих друзей. Твои… похождения, — делает он паузу, — заканчиваются скандалами в прессе.

Я невнятно что-то мычу под нос и делаю подряд несколько тяг, успокаивая нервы. Мысленно чертыхаюсь и прошу, чтобы он поскорее свалил, ибо я за себя не ручаюсь, моему терпению скоро придет конец.

— Если тебя волнует мой внешний вид, я тебя успокою, Мэтью, — выделяю с издевкой его имя и сбрасываю пепел. — Есть стилисты и специальные программы, где мою заплывшую рожу с синими кругами под глазами сделают неотразимой, так что, свали уже. И не делай из мухи слона.

Купер скрипит зубами, бросает напоследок «Приведи себя в порядок» и уходит, демонстративно хлопая дверью.

— Истеричка, — фыркаю и захожу в ванную, включая холодную воду, умываю несколько раз лицо, но процедуру прерывает стук в дверь.

Быстро иду открывать, в надежде думая, что это колючка, но ожидания не оправдываются: на пороге стоит незнакомая девушка. Мы удивленно друг на друга смотрим несколько секунд, ее глаза увеличиваются в два раза, щеки покрываются красными пятнами, а взгляд скользит по моему обнаженному телу, возвращаясь на лицо. Типичная реакция фанаток. Сегодня меня это раздражает, но я сдерживаюсь и вопросительно смотрю на шатенку, которая вот-вот грохнется в обморок.

— При-привет, — заикается девушка, переминаясь с ноги на ногу.

— Приветик, — любезно здороваюсь и выдавливаю фальшивую улыбку. Мне не нравится ее фамильярность, хоть она довольно мила. — Ты…?

— Я… я… я новая уборщица! — выпаливает Дейзи, как написано на бэйджике, и