Тихоня с искорками в глазах - Раиса Борисовна Николаева

— В вас дремлет истинный политик, — сделал он комплимент Элиде, а потом серьезно покачал головой. — В том-то и дело, что прервать осаду он согласен только в том случае, если его молодая жена порадует его. Это будет его подарок, в противном случае он скорее всего дождется гибели…

— Вот же скотина! — грубо и вульгарно выругалась Элида. — А потом добавила такое длинное и нецензурное ругательство из лексикона Кати, что если бы Рэннет понял что она сказала, то покраснел бы от стыда, впрочем, он все равно догадался, и тихо рассмеялся, но смех был не радостным. А Элида вдруг поняла, что она обязательно должна увидеть Дейзи и поговорить с ней. Должна помочь ей. — Я поеду во дворец, — решительно сказала она. — Я хочу увидеть Дейзи, хочу поговорить с ней.

— Только не делайте глупостей, особенно сгоряча, — искренне посоветовал Рэннет. — Можете остановиться в доме мужа. Там есть все необходимое, в том числе и деньги. Вам будет нужно новое платье, драгоценности. Там вы все найдете. — Элида благодарно на него посмотрела и отправилась домой, чтобы собраться.

Ч. 3 Гл. 7

Глава 7

Оказавшись в столичном доме мужа Элида немедленно отправила письмо Дейзи с сообщением, что она в столице и просьбой о встрече. Ответное письмо пришло очень быстро. В нем Дейзи радовалась приезду Элиды, одновременно с огорчением сообщая, что увидеться они смогут только с разрешения отца Дейзи, то есть Элиде надо было предварительно испрашивать разрешения у наследного принца, готовящегося стать королем.

Элида растерялась, не зная, как писать, на чье имя отправлять подобные просьбы, хорошо, что рядом был Рэннет, он помог ей во всем. И вот теперь Элида ожидала ответа, чередуя примерки платьев с бесцельным хождением по пустому дому. Не совсем, конечно, пустому. В этом доме слуги присутствовали, но они были незаметны, ненавязчивы, поэтому большую часть времени Элида находилась в одиночестве. О муже она старалась пока не думать, решив, что пока она не увидится с Дейзи и не поговорит с ней, ничего не предпринимать. Чтобы скоротать время она вспоминала дни, когда впервые увидела принцессу. Им тогда было по десять лет.

В пансион Дейзи пришла позже всех девочек и Элида помнила, как их всех построили в две шеренги для представления столь знатной особе. Эта «знатная особа» десяти лет с испуганным и очень нечастным лицом очень не понравилась Элиде. Да и потом ее мнение не изменилось. Принцесса держалась обособленно ни с кем не разговаривала, и избегала любого общения.

Прорыв случился, когда Элида застала Дейзи горько рыдающей в кустах.

— Ты чего плачешь? — испуганно спросила она тогда принцессу, думая, что та упала и разбила себе колено или локоть. Однако, девочка не отвечала, лишь еще сильнее стискивая ладошками лицо и рыдая без остановки. — Мне позвать воспитателя? — Дейзи отрицательно затрясла головой. — Тебя кто-то обидел? Ты ударилась? Тебя оскорбила эта несносная Мелли? — допытывалась Элида, получая на все вопросы только отрицательное покачивание головы. — Что с тобой?! — уже почти сердито спросила она.

— Я… я боюсь, — тихо сказала Дейзи.

— Боишься?! Кого? — поразилась Элида.

— Всех девочек, — всхлипнула Дейзи. — Когда мачеха отправляла меня сюда она сказала: «Там ей самое место!», а перед этим я очень сильно провинилась и была наказана. Вот я и подумала, что в этом пансионе находятся очень плохие девочки… ну такие, как я, — Дейзи снова горько заплакала.

— Ты что?! — с жаром закричала Элида. — Тут очень хорошие девочки. Вот я, например. Я очень-очень хорошая, — и Элида для пущей убедительности ударила себя кулачком в грудь.

— Правда?! — счастливо улыбнулась Дейзи и ее глаза радостно заблестели.

— Конечно! Пойдем ты умоешься, и я тебя со всеми девочками снова познакомлю. А потом мы покажем тебе наши игры. Знаешь, как это весело! — Дейзи только счастливо улыбалась. С этого дня и началась их дружба. Элида потом расспросила принцессу, что же такого ужасного она натворила. Оказалось, принцесса спросила у гувернантки откуда берутся и дети, и что надо сделать, чтобы и у Дейзи появился ребенок, с которым бы она могла играть, укачивать его и кормить — и все. Гувернантка рассказала об этом разговоре мачехе Дейзи, а та устроила из этого невинного детского разговора целое судилище, напугав Дейзи досмерти и очень строго наказав ее.

Сейчас Элида вдруг поняла, что мачеха искала способ отправить девочку подальше от дворца, с радостью ухватившись за первый же подвернувшийся. И снова Элиде так жалко стало Дейзи, что не передать. Свои собственные беды, (особенно те, что случились в первые дни ее замужества), теперь казались просто смешными. Неожиданно пришло письмо от мамы, та сухо сообщала, что также направляется в столицу, где остановится у своей приятельницы и столь же сухо сообщала, что ждет немедленной встречи с Элидой. У Элиды неприятно закололо в груди, она поняла, что мама приехала не просто так, ее вызвали в столицу, чтобы она узнала у дочери, для чего ей нужна встреча с принцессой. Только сейчас Элида начала осознавать всю масштабность, всю серьезность событий, которые назревали. До этого ей казалось все простым и понятным. Вот она приедет в столицу, вот встретится с Дейзи, они обнимутся, сядут на диван, возьмутся за руки и Дейзи расскажет ей обо всем, что ее тревожит, а потом они вместе будут обдумывать, какой выход можно найти из этой сложной ситуации. На деле же все обстояло совсем иначе. Скорее всего Дейзи держали в страшной изоляции, чуть ли не пленницей, боясь любого чужого влияния, которое может укрепить девушку в сопротивлении браку.

Элида сжала руки в кулаки. Она сама не ожидала от себя, что настолько близко примет к сердцу все, что происходило с ее бывшей подругой, особенно теперь, когда это касалось и лично Элиды. «Я все равно поговорю с Дейзи, — со яростью думала она. Элида вдруг ощутила себя волком, которого обложили красным флажками. Она зло оскалилась. — Что ж волк, так волк, пусть я буду волком, но только не простым, а в овечьей шкуре!». После этого она написала письмо маме, спрашивая, где они могут увидеться. Мать очень удивила ее ответом, поскольку местом встречи был назначен… королевский дворец.