Невеста брата. Будешь моей - Александра Салиева

Как-как…

— Притащи её ко мне, я сам разберусь.

— Вот поэтому и не притащу, — хмыкнул Свят. — Не хочу быть соучастником убийства.

— Я похож на психа?

— Вообще или в последнее время? — тут же уточнил Киреев.

— Ха-ха, очень смешно, — проворчал я на это. — Смотрю у тебя хорошее настроение.

— Я ж не ты, чтоб так страдать из-за бабы, — согласился он по-своему.

Бесил меня, короче.

— Ты по делу звонишь или поглумиться?

— Всё-всё, понял, принял, перехожу к основному, — коротко рассмеялся друг, продолжив привычно серьёзным тоном: — Если Жанна окажется там, где мы думаем, то скоро она будет у тебя. С твоей стороны к этому времени надо подготовить юристов. Ну а как надавить на неё, сам уж придумаешь. Вообще если заберёшь опеку над мелкой себе, будет шанс повлиять и на выбор Василисы. Но это я так, к размышлению.

Верно. Только в том-то и дело, что мне не нужен такой выбор Василисы, при котором у неё нет иного пути, кроме как быть рядом с сестрой через меня. Кем я сам буду тогда? Жалким ублюдком, который купил её привязанность? Нет уж. Такая её любовь мне не нужна. И, как уже говорил, она сделала свой выбор. Поэтому:

— Я же сказал: Василисе.

— Лады. Понял. Перезвоню, как что будет.

— Добро, — попрощался, сбрасывая вызов первым.

Но не успел выдохнуть, как на телефоне высветился новый входящий. От Милены. Этой-то что ещё от меня нужно?

— Чего тебе? — пробурчал. — Или выпивка закончилась, надо новую подвезти? — съязвил.

— Грубиян, — фыркнула та в ответ. — Но да, подвезти надо. Лекарства с витаминками. Василиса заболела.

Да твою ж мать!

— А я вам зачем? В доме полно работников и охраны. На крайний вариант лекарства всегда можно заказать по инету. Скажи Лидии Михайловне, она всё сделает.

Ответом мне стало молчание, а затем короткое:

— Дурак ты, — сбросила она вызов.

Что ж, тут она права. Я и правда дурак. Потому что не прошло и пяти минут, как я ей перезванивал с вопросом, что именно нужно купить. Та выдала мне целый список. Возникло ощущение, что намеренно приписала много лишнего в отместку за мой ранний отказ, но спорить не стал, взял всё, что надо и ещё сверху всего, чтоб наверняка. Не забыл и Игнату сообщить об этом расчудесном событии.

Как так вообще вышло?

Когда успела?

За те пять минут, что провела на крыльце? Ведь выскочила сперва туда раздетая, прежде чем я опомнился и отдал ей свою куртку. Неужели этого хватило, чтобы простудиться?

Вообще нафиг больше на улицу её не выпущу тогда с таким слабым иммунитетом.

Сумасшедшая девчонка!

И позабылось это всё в тот же миг, как я увидел её лежащую посреди огромной постели. Укрытая одеялом до самого подбородка, она тяжело и хрипло дышала, пока я, беспомощно застыв на пороге, сжимал в руках пакет с лекарствами, не решаясь пройти дальше.

— Как она? — поинтересовался тихонько у сидящей в стороне Милены.

— Температура немного спала, но к вечеру наверняка опять поднимется. Она вечно так болеет. Три дня скачки температуры, потом кашель с насморком догоняют. Так что готовься, это надолго.

Кивнул. Осторожно прошёл вглубь комнаты, поставив пакет на прикроватную тумбочку.

— Надеюсь, ничего не перепутал.

Милена тут же сунула нос в принесенное.

— Ты всю аптеку скупил, что ли? — изумилась, оценив весь ассортимент лекарств.

— На будущее останется, — пожал плечами, продолжая смотреть исключительно на спящую Василису.

— Температура под сорок для неё нормальное явление, так что не паникуй.

Кивнул.

— Мне пора идти, — добавила она неуверенно.

— Иди, — дал добро.

— Ладно.

За спиной послышались тихие удаляющиеся шаги, а за ними щелчок открываемого замка и тихое:

— Не злись на неё. Она правда не знала, что вы братья.

Следом раздался повторный щелчок замка, но уже на закрытие.

Мы с Василисой остались одни.

Тишину комнаты разбавил мой шумный выдох.

Правда, не знала, значит…

Не солгала.

— Ну, и что мне с тобой делать? — вздохнул повторно, усаживаясь рядом с ней на краю постели.

Ответом мне стало невнятное бормотание и объятия. Василиса придвинулась ближе, оплетая мои колени обеими руками, укладывая на них свою голову. Так и не проснулась. Я же уставился на её левую руку, на безымянном пальце которой сверкало моё кольцо.

Внутри запекло хлеще прежнего.

Что за идиотизм? Отказаться от меня, согласиться выйти замуж за другого, а потом принимать и носить моё же кольцо.

Воистину, женская логика неисповедима. Я так точно её не понимал. Вообще ничего уже не понимал. Себя — в том числе. Потому что вместо того, чтобы переложить Василису обратно на подушку и уйти, продолжал сидеть, где был, разглядывая милое личико, на котором растянулась довольная улыбка. Как очередной удар под дых. И она, и тихое бормотание сквозь сон, когда я всё же решил уйти.

— Побудь со мной ещё немного, — крепче прежнего обняла мои колени, потеревшись щекой о бедро.

Привет моему стояку…

Давно не виделись.

И будто мало мне этого, в комнату заглянула Лидия Михайловна. Как зашла, так и застыла на пороге, глядя на нашу композицию.

Чтоб тебя, куколка!

Спасибо длинным волосам, что так успешно скрыли реакцию моего организма на их хозяйку.

— Хотел температуру смерить и лекарства дать, а она… вот, — оправдался, как смог, чувствуя себя как никогда по-идиотски.

Хотя бы потому, что пояснение вышло такое себе. Повезло, что Лидия Михайловна знала меня с пелёнок и безоговорочно приняла это моё дебильное оправдание. Я бы вот точно на такое не купился на её месте. А она лишь кивнула, подошла ближе и подала лежащий на прикроватной тумбочке градусник, на который я ранее поставил пакет с лекарствами. В него тоже заглянула.

— Принесу ужин. А ты её разбуди пока. Она сегодня только воду пила. Ей надо обязательно перекусить хоть немного перед приёмом лекарств, — вынесла вердиктом.

Кивнул согласно. И снова попытался встать. И опять не вышло. Девушка не позволила, усилив хватку, затем и вовсе положение рук сменила, так что мой стояк теперь был прикрыт уже не только её волосами, но и ладошкой.

Твою ж…

Хорошо, третья из нас в этот момент как раз отвернулась, направившись на выход из спальни, и не заметила случившегося непотребства.

— Даже от спящей тебя никакого спокойствия, — проворчал на такое самоуправство.

Василиса опять что-то пробормотала во сне, а затем сжала пальчики крепче.

Сука!

Пришлось насильно отрывать её от себя. А то ж ещё немного и забуду о благородстве. И что, что больная? Зато,