Вторая попытка для попаданки 2 - Дарья Верескова

— В зал приглашается свидетель обвинения, бывшая работница общежития академии, миссис Тома Шортен, — громко объявил судья.

Лицо Люсиль покрылось красными пятнами, а глаза расширились, когда она услышала имя свидетеля. Ее брови жалобно сжались у переносицы, и она с тревогой и гневом посмотрела на своих законников.

С учетом того, что никто не знал настоящих причин увольнения миссис Шортен, для нее участие в судебном разбирательстве могло быть опасным. Мы обсудили это несколько дней назад. Женщина осознавала риск, но верила, что публичность дела сыграет ей на руку — увольнение из Ардонской Академии не улучшало ее ситуацию, а так люди узнают, что она действовала из благодарности за спасение приемного сына.

Кроме того, она очень хотела помочь.

Миссис Шортен невероятно волновалась, когда давала клятву говорить правду, и о том, что понимает, что ложь в суде является преступлением. Через некоторое время она немного успокоилась, отвечая на первые вопросы мистера Симменса, касающиеся её имени и места работы.

— Миссис Шортен, в феврале этого года на вас поступила жалоба о том, что вы проникли в комнату мисс Браун. Вас видели вместе с мисс Бэксли. Это правда?

— Да… и это был не единственный случай, когда мы проникали в комнату мисс Браун.

— Возражение! Вопрос касался только конкретного случая, указанного в жалобе, — тут же вмешался второй законник Люсиль.

Но мистер Симменс лишь едва заметно улыбнулся, понимая, что такая реакция скорее всего отражает отчаяние.

— Миссис Шортен, пожалуйста, отвечайте только на заданные вопросы. Это был единственный случай, когда вы проникали в комнату мисс Браун вместе с мисс Бэксли?

— Нет.

Люсиль с ненавистью посмотрела на женщину, а затем перевела такой же полный ненависти взгляд на своего защитника, словно говоря: "Сделай что-нибудь!"

Я внимательно наблюдала за реакцией присяжных. Многие из них приподняли брови в удивлении и переглядывались. Их поразило не только то, что она впускала Люсиль в комнату, но и то, что мы смогли найти её и привести в суд, где она сама призналась в этом.

— Сколько раз вы открывали дверь в комнату мисс Браун для ответчика?

— Пять раз в течение нескольких недель.

— И что происходило после того, как вы открывали дверь?

— Мисс Бэксли входила в комнату, забирала ящик с артефактом мисс Айви Браун с её рабочего стола и уходила минут на пятнадцать. Потом она возвращалась, я вновь впускала её в комнату мисс Браун и закрывала дверь.

— Это ложь! — внезапно закричала Люсиль. Она потеряла терпение и вскочила со своего места, привлекая удивленные взгляды присутствующих. — Я оказалась рядом только один раз, а эта женщина смеет втягивать меня в свои фантазии!

Эти выкрики не помогали Люсиль завоевать симпатии присяжных.

— Тишина в зале суда, — сказал судья Дюраре. — У обвинения будет возможность на перекрестный допрос позже. Воздержитесь от комментариев до этого момента.

— Почему вы это делали, миссис Шортен?

— Я была благодарна мисс Браун… точнее, женщине-ликвидатору за то, что она спасла моего приемного сына.

— И мисс Бэксли сказала вам, что она ликвидатор?

— Многие видели значок ликвидатора. И она не отрицала…

— Возражение! — вновь прервал нас законник Люсиль. — Вы не отвечаете на прямой вопрос, миссис Шортен. Сказала ли вам мисс Бэксли, что она ликвидатор?

— Нет, но...

Именно так проходил допрос миссис Шортен: долгий, тяжелый, в условиях постоянного напряжения между нашими законниками и законниками Люсиль. И это при том, что мы еще не приступили к допросу самой Люсиль!

Тем не менее, правда была установлена: хотя Люсиль прямо не утверждала, что она ликвидатор, она и не отрицала этого. Более того, многие студенты видели ее со значком, включая Марту, которая давала показания ранее. И главное, миссис Шортен подтвердила, что Люсиль многократно заходила в мою комнату и забирала ящик с артефактом.

Во время перекрёстного допроса законники Люсиль пытались заставить миссис Шортен признать, что её слова были ложью. Однако мистер Гаилли, мой второй законник, проявил себя как настоящий педант и очень упрямый человек.

— Возражение! Давление на свидетеля, Ваша Честь. Свидетель находится под присягой, и сторона защиты должна использовать материалы дела, такие как доказательства того, что мисс Бэксли была в другом месте в указанное время, или что в феврале этого года в академии действительно были проблемы с вентиляцией, если хотят доказать обратное.

Но у них не было этих доказательств, несмотря на то, что заявление на миссис Шортен находилось в материалах дела с самого начала, а миссис Шортен была в листе потенциальных свидетелей в расширенном списке, куда входил почти каждый работник академии.

Я едва заметно улыбалась, гордясь своей командой, законниками, которым я доверилась. Не случайно мистер Симменс рекомендовал именно мистера Гаилли для этой работы, сразу же признавшись, что один он может не справиться.

Газетчики непрерывно делали заметки в свои журналы, и я слышала их перешептывания. Многие из них всё ещё упоминали Макса, и это безумно злило меня. Фуллагар не имел никакого отношения к этому делу, и одержимость Максом со стороны Люсиль была просто попыткой отвлечь внимание от настоящего преступления. Того, которое планировалось и совершалось на протяжении долгого времени и заслуживает максимального наказания.