Вторая попытка для попаданки 2 - Дарья Верескова

Перерыв на обед ознаменовался ещё одной попыткой законников Люсиль поговорить с нами. На этот раз они были намного вежливее. Люсиль больше не выглядела злобной кошкой, вернувшись к образу несчастной жертвы. Хотя мне, конечно, доставались совсем другие взгляды.

Даже её родители пытались подойти к моим, но я закатила настоящий скандал на эту тему и попросила охранников сопровождать моих родителей на время суда. Еще не хватало чтобы на меня давили через близких.

После перерыва настанет моя очередь давать показания, и я наконец расскажу свою часть истории: как Люсиль более полугода подсыпала мне снотворное, как я впервые заметила её вместе с мистером Маршем, как запатентовала артефакт из страха что Люсиль попытается на него претендовать и именно так и случилось.

Пока я повторяла свои показания, ко мне подошёл профессор Лазарус.

— Вы правда думаете, что Люсиль Бэксли пыталась украсть ваш артефакт?

Бывший глава факультета артефакторики продолжал искать что-то в моём лице, и это вызвало у меня раздражение. Я не могла поверить, что он выступал на стороне Люсиль после всего того цирка, который она устроила в день защиты. Тогда он поддержал меня, не отрицал мои слова и даже позже участвовал в урегулировании дела против академии.

— Я не думаю, профессор. Я знаю. Признаться, я удивлена видеть вас здесь.

— Я не мог не прийти. У меня не было выбора, — ответил он, и я бросила на него растерянный взгляд, не понимая, о чем он говорил.

После перерыва мистер Симменс на некоторое время исчез из зала суда, а когда вернулся, выглядел крайне взволнованным. Его выражение лица заставило моё сердце тяжело ухнуть.

Что случилось?

Я не могла поговорить с ним, так как заседание уже началось, и судья зачитывал правила поведения в зале суда, включая требования о тишине.

В этот момент мистер Симменс передал мне записку:

"В коридоре мистер Марш. Он готов выступить свидетелем обвинения."

На мгновение я словно оглохла, перестав слышать окружающих. Мистер Марш больше полугода помогал Люсиль проникать в мастерские, открывал для неё ящик, и у нас были его фотографии. Но он покинул страну. Почему он решил вернуться сейчас? И тем более, почему пришёл в суд? Разве он не понимает, что окажется в тюрьме? Ведь моё дело касается и его тоже.

Мои законники выглядели так, словно у них было множество вопросов и сомнений.

Что могло заставить его вернуться и предстать перед законом, особенно если его семья покинула страну?

— Сторона защиты, сторона обвинения, подойдите, если у вас есть дополнительные изменения в программу слушаний, — объявил судья, его голос эхом отозвался в зале суда.

Мистер Симменс посмотрел на меня, и в его глазах читалось, что решение остаётся за мной. А я… не могла упустить такую возможность, независимо от причин появления мистера Марша. Мы не знали, что у него на уме, но в суде нельзя лгать, и у нас были его фотографии с ящиком моего артефакта, проверенные экспертом. Ему придётся признать свою вину.

Поэтому я кивнула.

Мистер Симменс встал, за ним поднялся и мистер Виззак. Законник Люсиль смотрел на моего законника с презрением, словно тот был в чём-то хуже их. Но я всё больше понимала, что это просто игра.

С момента появления миссис Шортен в зале суда их шансы на выигрыш упали до нуля, и почти все это осознавали.

— Дополнительный свидетель со стороны обвинения и медицинские справки со стороны защиты.

Я обменялась взглядами с мистером Гаилли, моим вторым законником, размышляя о том, что могут означать эти медицинские справки. Скорее всего, это был их "план Б" — попытка переломить ход дела в свою пользу.

— В зал суда приглашается свидетель со стороны обвинения, мистер Базил Марш, — объявил судья, и его слова вызвали бурю эмоций.

В зале раздались взволнованные крики, среди которых выделялся голос мамы Люсиль. По всей видимости, она знала, чем на самом деле занималась её дочь, и осознавала, какие угрозы несёт этот свидетель.

Мистер Марш изменился: он потерял много веса, оброс неухоженной бородой и длинными волосами, а его одежда была потрёпанной. За полгода он внешне постарел на десять лет. Но главное — его глаза.

Они выдавали бесконечную усталость, выглядели загнанными и напуганными, мечтающими о покое.

Законник мистер Виззак внешне не проявлял никаких эмоций, но я понимала, что сторона защиты приняла для себя какое-то важное решение, лишь увидев мистера Марша. Люсиль бросила на своего законника ожидающий взгляд, и тот в ответ устало кивнул.

Шаги мистера Марша звучали глухо, и в зале суда царила звенящая тишина, если не считать репортёров и звуков их камер. Все прекрасно понимали, кто он. Мистер Симменс в своей обвинительной речи обозначил мистера Марша как главного сообщника Люсиль. И тот факт, что он был здесь, приглашённый стороной обвинения, означал, что это скандальное дело станет сенсацией.

Внезапно со стороны защиты послышался грохот — Люсиль покачнулась на стуле и упала на пол. Её законники сразу вскочили и окружили её.

— Простите… мне так плохо. С тех пор, как всё это случилось, у меня начались проблемы с сердцем, — тяжело дышала Люсиль. Её подняли обратно на стул, и она почти легла на стол. Её мама громко закричала: — Целителя! Срочно! У неё проблемы с сердцем.

Моя бывшая подруга закрыла глаза, её худое симпатичное лицо скривилось от