Порочный рокер - Джейн Даймонд

– Ладно. Так чем же вы, парни-вонючки, занимаетесь в дороге? Я имею в виду, ну, ты понимаешь, помимо всяких проституток, выпивки и прочего.

– Хм. – Я притворился, что обдумываю. – Не знаю. Раньше у нас не иссякали проститутки и выпивка, так что на остальное времени уже не оставалось.

Она закатила глаза:

– А‐ха. Мы могли бы сыграть в дорожную игру.

– Звучит как неплохое развлечение для чистого PG[17].

– Если только это не игра с выпивкой… – Она подняла свое пиво и провозгласила тост в воздухе. – Тогда я правда не вижу в ней смысла. – Она подкрепила свои слова, отхлебнув пиво, а затем улыбнулась. И мне очень хотелось, чтобы она обхватила мой член своими прелестными розовыми губами, смоченными пивом.

Может быть, позже. У нас впереди еще множество остановок.

– Продолжай пить, детка, и мы превратим ее в игру с выпивкой. – Но единственная дорожная игра, которую я помню, – это «Пятерка лучших». Сколько же споров она спровоцировала.

– О да?

– О да. Ругательства. Разлитые напитки. Это было отвратительно.

– Звучит потрясающе.

– Она не для слабонервных.

– Научи меня!

– Ладно. Это просто. Я просто задаю тебе тему, твоя задача – назвать топ‐5 вещей в этой категории.

– Например?

– Пять лучших музыкальных групп.

– А, так это проще простого.

– Как я и говорил. Но, предупреждаю, она довольно провокационная.

– Возможно, для упрямых, чересчур самоуверенных рок-звезд. Я же, с другой стороны, цивилизованная леди. – Она сделала еще глоток пива, хотя ее щеки и так уже были розовыми от опьянения; немного же пива ей потребовалось. Совсем не умеет пить.

Что меня вполне устраивало. Так вышло, что пьяная Кэти мне по душе.

И моему члену. Особенно когда она покрутила замерзшую бутылку пива между грудей, отчего ее соски затвердели под хлопком, а конденсат начал стекать под маечку…

Черт.

Следи за дорогой, черт бы тебя побрал.

– Так что вперед, милая. Пять лучших музыкальных групп.

– Типа, всех времен и народов?

– Да.

– О’кей. Номер один. Dirty. Очевидно.

– Очевидно.

– Два. Группа сольного проекта Джесси Мэйса.

Я ухмыльнулся. Осторожно. Мой язык все еще пульсировал от боли.

– Мило. И я передам Рафу твои слова.

– Три. The Police.

– Занятный выбор.

Она искоса посмотрела на меня, словно ожидая возражений.

– Ты же не хочешь разозлить Стинга? Этот чувак отдзенит тебя по полной.

– Даже не представляю, что это значит.

– Номер четыре. Queen.

– Неверно.

– Что?!

– Queen – легенды. Отличный выбор. Но не из первой пятерки.

– Ладно. Теперь я понимаю, почему вы, ребята, ругались. Но знаешь что? Ты за рулем, а у меня есть пиво, и у тебя нет права вето на мой список. Это моя пятерка лучших. Queen. Номер четыре. – Она отставила почти опустевшую бутылку.

– Ладно. Номер пять?

– Дэвид Боуи.

– Это не группа.

– Как скажешь. Зигги Стардаст и The Spiders from Mars.

– У тебя довольно странные музыкальные предпочтения для девушки, живущей на свете всего лишь двадцать четыре года.

– Спасибо. – Она самодовольно глотнула из бутылки, опустошив ее, и, извинившись, отправилась за следующей. – Твоя пятерка, – сказала она, вернувшись и плюхнувшись на свое место. Она закинула ноги на приборную панель, отчего задралась мини-юбка, и я увидел ее бледные гладкие бедра. У меня тут же возникло четкое представление о том, что бы я хотел с ними сделать… например, окунуться в них лицом.

– О’кей. – Я прочистил горло, пытаясь сосредоточиться. – The Doors. The Who. Cream. Zeppelin. Дилан. Готово.

– Боб Дилан? Это не группа, – сказала она, опровергая мои слова.

– Боб Дилан и его группа.

– У тебя довольно странные музыкальные предпочтения для мужчины, живущего на свете всего лишь последние… двадцать восемь лет?

– Двадцать девять. Пять самых извращенных вещей, которые ты бы хотела, чтобы я с тобой сделал, из не воплощенных ранее.

Кэти рассмеялась.

– Ага, нашел способ превратить хорошую дорожную игру чистого PG в грязную.

– Что? Это в рамках правил.

– Не думаю, что ты объяснял мне правила.

– Я же говорил тебе. Я называю категорию, а ты должна назвать пятерку лучших.

– Должна?

– Да. Иначе вселенная схлопнется, или что-то типа того. Однажды мы заставили Зейна составить список из пяти крупнейших экспортных товаров Бразилии, прежде чем позволили ему отлить. Он выпил штук двадцать бутылок пива.

– Ужас! И что вошло в список?

– Бразильского экспорта? Понятия не имею. Думаю, Дилан поискал в Google или что-то в этом роде. В конце концов, мы, наверное, просто что-то насочиняли.

Она рассмеялась, а затем строго посмотрела на меня.

– Даже не пытайся проделать это со мной, иначе пожалеешь. Если ты не пустишь меня в туалет после трех бутылок пива, я, пожалуй, пописаю на тебя.

– Ладно, но этого нет в моем списке. Если только в твоем…

– В каком списке?

– Пять самых извращенных вещей.

Она поморщилась, глядя на меня.

– Тогда тебе все еще нужно назвать пять вещей.

– Ладно. – Она сделала глоток и стала серьезной. – Так. Извращенные штучки. Хм. Свяжешь меня?

– Серьезно?

– Не знаю. Это ведь извращение?

– Ты не можешь просто называть извращенные вещи. Ты должна назвать свою пятерку лучших.

– Ладно. Не связывание.

– Так я и думал. Лгунья.

– Прими со мной душ. Это извращение?

– Нет. Но я приму.

– Эй! Для некоторых это извращение.

– Еще четыре. Порази меня.

– О боже.

Я ухмыльнулся и даже не пытался притвориться, что мне это не нравится, пока Кэти потягивала пиво и обдумывала услышанное. Усердно.

– Ладно. Пососешь мои пальцы на ногах?

– Не спрашивай. Просто называй.

– Ладно. Отшлепаешь меня?

– Перестань спрашивать.

– Эм. Трахни меня в тех шикарных кожаных штанах.

Господи. Я почувствовал, как быстро стала пульсировать рана на языке и член, потому что она правда хотела этого. Она периодически посматривала на меня. Я напомнил себе, что нахожусь за рулем очень большого автобуса, и если все в нем из-за меня погибнут, мне будет очень плохо, – поэтому сосредоточился на дороге.

– Каких именно?

– Черных, с заниженной талией.

Черт. Теперь я еще и представить это могу.

– Это не такое уж и извращение, – произнес я, как будто мой член не был таким твердым, как камень. Я поерзал на сиденье, пытаясь унять эрекцию в джинсах.

– Еще раз, – сказала она, на мгновение опустив взгляд на мою промежность. – Зависит от того, кто ты.

– Я – это я.

– А я – это я.

– Только не говори мне, что тебя никогда не трахал парень в штанах.

Кэти пожала плечами:

– Джош был очень… последовательным. Сначала нужно было раздеться, затем выключить свет, затем забраться в постель под одеяло. А потом уже заняться любовью.

Верно. Джош.

Ее единственный любовник до меня.

– Тогда ладно. Пусть будут кожаные штаны.

– Видишь? Извращение.

– Еще одно.

– Это номер один или номер пять?

– Номер один.

– Хм.

Она задумчиво водила горлышком бутылки по губам. В ее глазах было мечтательное, похотливое выражение, когда она, сдвинув брови, смотрела на дорогу впереди. Кэти становилась слишком милой, когда погружалась в свои мысли.

Особенно когда обдумывала все те сексуальные штучки, которые хотела бы, чтобы я с ней сделал.

– О! Придумала. – Ее лицо просияло, и она сделала самодовольный глоток пива. – Трахни меня на виду у всех своих групи, чтобы они поняли намек и отвалили. – Она мило улыбнулась.

Я приподнял бровь:

– Хочешь снять секс-видео, детка?

– О! Забудь о групи. Давай снимем секс-видео!

– Теперь я понимаю, что ты пьяна. – Я