Порочный рокер - Джейн Даймонд

– М‐м‐м угу, – пробормотал он.

– Не думала, что они так здорово сочетаются вместе, – прошептала я, ставя скейтборд у своих ног.

– Не забивай голову всякой ерундой, – сказал он, снова поцеловав меня. – Пора одеваться.

– А это обязательно? – Я забралась к нему на колени и оседлала его прямо на стуле. На мне была одна из его футболок и узкие белые трусики, которые так его возбуждали. Я немного задрала рубашку, чтобы он мог их видеть, и прижалась к его члену.

Он застонал, уткнувшись мне в шею, и я начала тереться о него, чувствуя, как он становится тверже. Я стянула с него трусы, высвобождая член.

Джесси поцеловал меня в шею и, просунув руку под футболку, сжал мою грудь. Я зарылась пальцами в его волосы и застонала, когда другая рука скользнула мне между ног. Он просунул пальцы под трусики и погладил мою влажную плоть. Затем, сжав в кулаке хлопок, отодвинул его в сторону, и, когда я поднялась на цыпочки, чтобы соответствовать его длине, он вошел в меня.

На этот раз не сдерживаясь, не заставляя меня ждать.

Я скакала на нем быстро и жестко, а он схватил меня за бедра, прижимая к себе, с каждым толчком проникая все глубже. Мы целовались так страстно, что оставляли укусы на нежной коже. Мы держались друг за друга так крепко, что нас точно в скором времени будут покрывать синяки. От удовольствия у меня закружилась голова, и, внезапно кончив, я навалилась на него всем телом.

Я закрыла глаза, и перед моими веками вспыхнули звезды. Я схватила его за волосы и укусила за шею, чтобы не закричать.

Джесси застонал, и я почувствовала, как его член напрягся внутри меня. Когда он дернулся во мне, я медленно и глубоко поцеловала его.

По итогу мы оба тяжело дышали и были скользкими от пота. Я не могла думать. Я едва могла дышать. Находясь на седьмом небе от счастья, я как бы парила и одновременно чувствовала себя приземленной от его тепла.

Он все еще был внутри меня, и все, чего я хотела, это трахнуть его снова.

И снова.

Если бы только могла пошевелиться.

Он слегка сдвинулся, уткнувшись носом мне в шею.

Я вздохнула.

– Я слезу с тебя через минуту, клянусь, – невнятно пробормотала я, уткнувшись в его соленую кожу. – Как только снова почувствую ноги…

Он обнял меня за бедра, чтобы поддержать. И это было хорошо, потому что в противном случае я могла бы соскользнуть с его колен прямо на пол, так как не чувствовала ног.

С Джесси секс всегда был таким.

Сумасшедшим.

Расплавляющим.

Горячим.

Может, у меня и не было большого опыта в сексе, но я все равно довольно хороша в нем. Между нами определенно было искреннее и настоящее желание. В этом я не сомневалась. Он хотел меня. Жадно и часто. Может быть, это было больше связано с его аппетитом, чем со мной, но, по крайней мере, это должно иметь какое-то отношение ко мне.

И он купил мне скейтборд. Очень хороший подарок для того, чтобы просто осчастливить меня. Это ведь должно что-то значить.

Или нет?

На самом деле, насколько я знала, парень зарабатывал около миллиона долларов, так что, возможно, покупка мне скейтборда не была чем-то особенным. Может быть, он дарил такие безделушки каждой знакомой девчонке, ничего особенного.

Блин.

И вот я снова за свое. Как раз в тот момент, когда я была почти уверена, что между нами что-то есть, я превратила все в то, чего на самом деле не было.

Потому что я до сих пор толком не понимала, что происходит.

И я уж точно не стану спрашивать.

Я оторвалась от него, может быть, немного резко, и, дернув футболку вниз, чтобы прикрыться, встала.

– Пора одеваться, – объявила я, возможно, чересчур бодро, но не посмотрела ему в глаза, чтобы узнать, что он думает о моем внезапном уходе. – День Кэти ждет.

С этими словами я взяла свою «Мимозу» и поплелась на ватных ногах в ванную, чтобы полакомиться вишнями в душе.

Очевидно, Джесси тоже любил вишни в душе. Если их нужно было съесть с моего тела.

Когда мы наконец вытащили свои задницы из номера, первое, что мы сделали в День Кэти, это дали Флинну оплачиваемый выходной. После чего Джуду пришлось возить нас по окрестностям на арендованной машине, пока Джесси сидел со мной на заднем сиденье.

По сути, все, чего я хотела, – это тусоваться с Джесси там, где его никто не узнает, а это означало, что в итоге нам пришлось много разъезжать по городу. Мы взяли еду и фрисби и отправились в парк на пикник, где провели бо́льшую часть дня, хотя все равно привлекли к себе внимание. Я каталась на своем новом скейте для Джесси, по его просьбе. Потом мы зашли в крутой магазин для скейтбординга, где продавались аэрозольные краски, купили кучу баночек, и Джуд нашел для нас прилично уединенный, но не слишком живописный мост, под которым Джесси настоял, чтобы я оставила свой след.

Я напомнила ему, что это незаконно.

Он напомнил мне, что раньше я делала это постоянно.

Я напомнила ему, что в то время я была незрелой.

– Значит, будь незрелой, – сказал он. – Будет весело.

В итоге я нарисовала его имя огромными объемными розовыми и фиолетовыми буквами. С цветами.

На ужин он повел меня в потрясающий ресторан, где у нас была отдельная кабинка, и я настояла, чтобы Джуд присоединился к нам. И никаких этих отстойных раздельных столиков.

Потом мы поехали кататься за город, Джуд снова сел за руль, Джесси со мной – на заднее сиденье.

Прошел еще один великолепный день позднего лета, немного жарковатый, из-за чего мне всегда казалось, что в воздухе витает секс. Интересно, почему люди в этой части света не занимаются сексом постоянно? Начнем с того, что на них почти не было одежды. Меня даже начали раздражать любые волосы на теле, и я начала их сбривать, что в значительной степени заставляло меня постоянно чувствовать себя голой, независимо от того, что на мне надето. В данный момент на мне был самый легкий, крошечный сарафан, который только можно было надеть, и самые узкие трусики, какие только были в гардеробе, и Джесси все время пытался просунуть в них пальцы.

– Какая же ты чертовка, когда обнажена, обожаю, – выдохнул он мне в ухо, пока я изо всех сил пыталась отодвинуться от него на крошечном заднем сиденье спортивной машины, в которой мы находились.

Джуд все равно нас игнорировал. Он включил музыку на полную громкость. С Джудом всегда играла реально тяжелая музыка, та, которую я слушала в подростковом возрасте, потому