Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета - Евгения Владимировна Потапова

В углу что-то с грохотом упало, разорвав жуткую тишину. Я поползла на стук, может, это лопата какая-нибудь, попробовать ей подолбить по дверям. Дотронулась до предмета и наткнулась на что-то острое, почувствовала, как ободралась кожа на пальце. Потекла кровь. Перед глазами сразу нарисовался предмет — та самая шипастая дубина с чердака, которую я поставила для защиты от преступников. Мне стало как-то смешно.

— Ты чего там смеешься? — спросил с подозрением Саша.

— Если на стене висит ружье, то оно должно обязательно выстрелить, — рассмеялась я.

— Ты нашла ружье? — удивился он. — Откуда у нас ружье?

— Нет, я нашла шипастую дубину, которую приготовила для того, чтобы отбиваться от нападения, — ответила я.

Взяла ее в руки, почувствовала вес, положила удобно ладони на древко. Орудие даже заныло в руках, перед глазами поплыли кровожадные картинки.

— Цыц, нельзя, — прикрикнула я на него. — Будем ломать дверь.

— Не жалко? — спросил меня Саша.

— Нас жалко, двери нет, — ответила я.

Перед глазами появилась картинка какой-то руны, вроде Z, только в зеркальном отражении. Кто-то услужливо и тихо шепнул: «Квеорт». Почему бы и да. Я приложила дубину к стене и ею нацарапала ту самую руну. Потом размахнулась и со всего размаха ударила по ней. Зашептала тихо оговор, попросила работать за счет силы холода.

— Может, я помашу дубинкой? Хоть согреюсь, — спросил Саша.

— Нет, эта вещь магическая, ко мне привязана, не знаю, как в твоих руках сработает, никто не знает.

Я опять вспомнила кровожадные картинки перед глазами. Лупила я дубинкой по двери со всей силы, но даже щепки не сыпались. Но я чувствовала за ней какое-то движение, а это уже было хорошо, значит, кокон рушится.

Снова я встала в стойку и приготовилась в очередной раз ударить по двери. Однако не успела, входная дверь распахнулась, и на пороге появился «адский пес» Исмаил и огромный демон Томас. Коридор сразу наполнился ароматами самогона, чеснока, лука и сала. Пряниками там и не пахло, и чаем тоже.

— Мама, — вскрикнул Саша и упал на пол, как мешок с картошкой.

В мгновение ока все двери распахнулись. Мои помощники дружно ринулись по комнатам. Исмаил прошелся по дому, выдыхая красно-синее пламя. Изморозь и лед таяли под его дыханием. Томас исчез где-то в недрах дома, видно, отлавливал «затейника».

Прикрыла Сашу тулупом и побежала искать Шелби. В гостиной он боролся с каким-то созданием, похожим на огромного паука, но с множеством лап. От него периодически отваливались мелкие паучки и разбегались по дому. Недалеко сидел Прошка, который отлавливал «паучат» и с удовольствием их поедал. Кот жутко исхудал, от него остались одни кости, кожа висела пустым мешком. Видно, много чего они с него вытянули, пока он был в коконе.

Шелби отрывал от сущности лапы и сгрызал их, как клешни у рака, с таким же хрустом. В комнату влетел Исмаил и выдохнул столб огня на часть тушки сущи. Она завизжала, сморщилась, съежилась и стала биться в конвульсиях. Зато перестала выбрасывать мелких паучков.

— Ты зачем его поджарил? Он теперь не такой вкусный, — возмутился Томас.

Они с трех сторон набросились на чудище и мгновенно его проглотили. Проша исчез из гостиной и понесся по дому вычищать всех паучков. Томас хлопнул лапищей по пентаграмме. Ее середина обуглилась, и запахло паленым. Исмаил ушел в дом обрабатывать стены, пол и потолок своим пламенем.

— Вот мы шляпы, всё прошляпили. Ладно ты, а я-то не первый век живу, а так опростоволосился. Эх я. Защиту пробили этой штукой, а в пробоину кинулась всякая нечисть, и главное — никто не почуял. Они вон всё заморозили и оморочили, ничего не чувствуется. Только когда враг подобрался близко, тогда бабки твои сообразили. Вот только уже поздно было. Вас всех пленили.

— А почему на помощь вы так поздно пришли? — строго спросила я.

— Давай я твоего Сан Палыча в кровать отнесу, а потом и поговорим. Пусть думает, что ему кошмар приснился, — сказал Томас и исчез.

По всему дому проводилась санобработка. Помощники работали на полную мощность.

Через тридцать секунд вернулся Томас.

— Мы же с Исмаилом сидели на лавке, коньяк твой дегустировали, затем к Бугульчихе за самогоном сгоняли. Шло всё как по маслу. И тут мне Исмаил говорит: смотри-ка, на дом напали сектанты и даже не пробили его защиту, стоит как новенький, никаких сущностей не имеется в нем. Мы с ним переглянулись, и я вспомнил про Прошку, про домового, да и ты даешь свои вибрации, а тут тишина, как в заморозке. Смотрим и понимаем, что дело нечисто. И тут из окна Прошка вылетает, а за ним нечто лапы высовывает и пытается его поймать. Гляжу, а в середине дома идет какое-то волнение, словно цыпленок о скорлупку бьется.

— Тут до вас и доперло? — усмехнулась я.

— В общем, да. Я настроился на тебя и понял, что не чую тебя, не чувствую, а такого быть не должно, я же защитник, а ты еще жива. Рванули мы тогда в дом с Исмаилом. Смотрим, а ты с дубиной стоишь в морозилке, а остальное ты уже видела, — закончил он рассказ.

— Вот и новый дар Исмаила пригодился, — ответила я.

— Круто, да?

— Обалдеть, — кивнула я.

— Сейчас он тебе еще и защиту восстановит, — усмехнулся он.

— Еще бы мне кто помог убраться, — я с тоской посмотрела на бардак.

— Э нет, это не ко мне. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить, — ответил Шелби и исчез.

— Зараза, — сказала я с иронией и отправилась убираться в доме.

Саша спокойно спал в спальне.

Глава 37-38

Близкие люди

Все убрала, собрала и плюхнулась в кресло. В холодильнике на кухне всё подъели, надо спускаться в подпол за продуктами или чесать в магазин. На готовку не было ни сил, ни желания. Жаль, тут с пельменями туго, всего один