Последняя - Ольга Вадимовна Гусейнова

группе. Я заметила, что вир Ашкеран покорил даки Ильдиру с первого взгляда. До глубины души. Она пытается скрывать свои чувства, но у нее плохо выходит. Стоит ему появиться в поле ее зрения, она теряется, забывает обо всем и… Она буквально заболела им, – тихо пояснила я. Потом, заглянув Ашкерану в глаза, добавила: – Мне показалось, сегодня она поднялась на ступеньку выше остальных в ваших глазах. Вы тоже выделили ее из других девушек и запомнили…

– Она душевно спела, – согласился он обтекаемо.

– Мы старались выделиться, а Ильдира – нет. Она пела от сердца, зная, точнее, догадываясь, что вы никогда не выберете ее.

Ашкеран вскинул темную бровь:

– Почему не выберу?

– Она сильная светлая и в этом ее слабость. Такой как вы… изначальный огонь, скорее предпочтет страсть, силу и уверенность в избраннице, чем нежность, молчаливое обожание и всепрощающую любовь.

Ашкеран бесстрастно смотрел на меня, но его огонь в моей крови поделился отголосками эмоций бывшего хозяина. Он был спокоен и согласен со мной. Впору сочувствовать бедняжке Ильдире?

– Значит, мне ты прочишь Рисаш, Ашкерану – Ильдиру. А кого выбрала для Сейлишрана? – сверкнул хитрыми глазюками Шейран.

Ах ты провокатор!

– Ну почему же, я не ограничиваю ваш выбор. В поиске участвуют больше ста невест. Уверена, среди них еще много подходящих девушек найдется.

Внутри у меня закипала злость и… ревность.

– И все-таки? Кто в вашей группе заинтересован в Сейлишране? – не отставал дракон тьмы.

– Ойка, – сухо бросила я и опустилась до низости, желчно добавив, – правда, она и в других изначальных заинтересована. Впрочем, как и все невесты. Но кто их осудит, когда все изначальные красивые, сильные, обаятельные и могущественные драконы.

– А тебе…

– А мне пора в библиотеку, – остановила я драконий допрос. – Благодарю за компанию, обед и щедрый дар магии огня, виры.

Кивнула всем троим, позвала Канну и, как вчера, практически сбежала.

* * *

Оставшиеся полдня я занималась в своих покоях, штудируя учебники по магии. Между делом занялась и историей Ранивира, ведь именно здесь мой новый домом. Значит, необходимо пополнить свои знания, тщательно изучить геральдику и иерархию древних родов, структуру их взаимодействия, законы и традиции. Уроков ото Уршака и короткого хвалебного рассказа рана Хайрана о Ранивире крайне мало.

После многочасового утомительного сидения меня потянуло размяться, и я решила прогуляться по парку. Одно останавливало – бродить в сумерках по территории, где за каждым кустом может подстерегать смертельная опасность, – не лучшая идея после трех покушений на мою жизнь. Но нараставшее беспокойство и жажда деятельности моей ящерки буквально наизнанку выворачивали, требуя размять ноги-лапы любым способом. И набитая знаниями, которые еще не улеглись, голова выдала идею: «Почему бы не прогуляться проверенным, безопасным способом? По дымоходам? Придумано – сделано!

Обернувшись саламандрой, я радостно рванула к камину. Первое, что осознала, вернее, ощутила, моя ящерка подросла и в длину, и в ширину. Еще немного – и придется забыть о подобных прогулках. Зато растет быстро и успешно и в данный момент настроена полазить по дымоходам.

Ловко цепляясь за кирпичи и металлические штуковины, я забралась вверх. Потом, плутая по множеству ходов и переходов, подобных лабиринту, довольно фыркала от сажи, представляя себя этакой шпионкой. Порой приходилось замирать и прислушиваться к негромким разговорам жильцов большого дома.

В покоях Укалей, помимо самой хозяйки, чаевничали Мадра и двое дракониц из других групп, заодно беседовали на любопытную тему. Ну и как было не послушать о том, что две триады изначальных опять улетели с острова и наверняка к страстным веселушкам. Четверо девушек, подобно досужим товаркам, сетовали на привередливых женихов. По мнению этих отнюдь не подружек, незачем устраивать танцы с бубном с нелепыми чужачками, когда их избранницами могут стать сильные родовитые драконицы.

Таким вот шпионским образом я прогуливалась и отчасти развлекалась еще с час, попутно услышала пару нелестных мнений о себе от девушек из других групп. К моему удивлению, считалась реальной соперницей, чем была еще и не на шутку озабочена.

Затем саламандра рванула вниз, как если бы ее что-то очень привлекло. Я не сопротивлялась, отдала ей контроль: пусть развивается, растет, набирается звериных навыков и умений в условиях ускоренного созревания.

Вскоре я оказалась в подземелье. Здешние дымоходы давно не использовали, в некоторых обвалилась кладка и саламандре пришлось буквально протискиваться сквозь завалы. Но чем дальше, тем азартнее она лезла вперед, явно чем-то обеспокоенная, наверняка почуяв что-то очевидное только ей, существу с более чувствительным обонянием и слухом.

Наконец я увидела через дыру в разрушенной шахте, скорее всего вентиляционной, помещение, со стенами из грубо тесанного крупного камня, с каким-то пыльным хламом, затхлое, заброшенное. Пусть бы и дальше таковым оставалось, мало ли подобных подвалов в древних замках, но мое внимание привлекли жутковатые, мрачные тени и монотонные звуки. Осмотревшись, я нашла глазами три магических светляка, которые с трудом разгоняли… сущий кошмар.

Распятая стоя, по рукам и ногам прикованная к древней стене, с кляпом во рту, сероволосая волчица-оборотень, с которой мы в день отбора столкнулись, глухо мычала и отчаянно дергалась, насколько могла, будучи в таком бедственном положении. В общем, бедняжка пыталась разорвать путы и – помешать себя замуровать.

Потому что именно это собралась сделать с ней еще одна невеста изначальных. Возле горки старых кирпичей сноровисто мешала раствор для кладки жительница Гидариса, расы каменных людей. В противовес мычанию оборотницы, ее тихий голос в замогильной тишине подземелья походил на зловещий речитатив. Похоже, она творила ритуальные заклинания или обращалась к своим богам, занимаясь привычным делом, о котором я слышала от вира Ульрана, – замуровывала в стену врага, чтобы лишить его перерождения и заодно усилить себя и свой род. Правда, в чужом подземелье, а не в своих покоях, но у нее вряд ли не найдется приемлемого объяснения зачем и почему.

Оценив размах преступной деятельности, я ринулась обратно, наверх. К счастью, разум вернулся быстрее, чем перебирала лапами моя саламандра. Уверенная, что вошкана меня везде и всюду услышит, я прошипела:

– Канна, немедленно перенеси меня к Ашкерану!

Тотчас я оказалась у изначального… который за мгновение до моего появления вышел из ванной в полотенце на бедрах и каплях воды. Замерев от неожиданности, я бегло полюбовалась его фигурой – потрясающей воображение фактурой сильного, великолепно развитого мужского тела. Засмотрелась на металлические наручи от кисти до локтя, испещренные множеством рун. Да уж, если потребовались настолько действенные и сложные артефакты, какова же мощь изначальных в действительности?!

– Эйка? – удивился Ашкеран.

Встряхнувшись, я сменила форму на человеческую и затараторила:

– Там каменная