Ничего, кроме соблазна - Джоанна Линдсей

Мэлори отсутствовали слишком долго. Скорее всего забыли о ней. Значит, Кейти вполне могла рискнуть и ослушаться Джеймса. Кроме того, день был действительно тяжелым и полным событий. Сейчас бы добраться до постели и заснуть… если только она сумеет выбросить из головы все события сегодняшнего дня.

Она попыталась выбраться из каюты и тут же обнаружила, что мужчины ушли совсем недалеко. Едва дверь каюты открылась, они дружно повернули головы в сторону Кейти.

– Все в порядке? – осведомилась она с невинным видом.

– Разумеется. Я всего лишь решал, стоит ли швырнуть за борт своего братца, – сухо пояснил Джеймс, поспешно выпуская лацканы сюртука Энтони и делая вид, будто просто хотел отряхнуть пыль.

– А я объяснял Джеймсу, почему не стоит меня топить, – жизнерадостно кивнул Энтони и, оттолкнув плечом брата, поспешил проводить Кейти в каюту.

Она нехотя заняла свое место за обеденным столом. Чем она так заинтересовала Энтони? Почему он не может подождать до утра?!

– Итак, на чем мы остановились? – спросил Энтони.

Сам он не сел и снова принялся ходить по каюте. При этом вид у него был совсем не радостный. Значит, там, за дверью, он притворялся?

– Да… я хотел спросить: у вас было счастливое детство? Даже несмотря на убожество, в котором вы жили?

Джеймс застонал.

– Убожество? – нахмурилась Кейти. – Что вы имеете в виду? Домашнюю работу? Я никогда не жаловалась. Мы все делали вместе с мамой, а потом – с Грейс. Кроме того, уборка, стряпня и огород были частью моего существования. Да и заниматься этим больше было некому. Все жители Гарденера сами заботились о себе. Знаю, вы находите подобное существование немыслимым. Вы живете в другом мире. Но для нас это было совершенно обыденной вещью.

Энтони мучительно сморщился:

– Я оскорбил вас? Но поверьте, я не намеренно…

– Ну разумеется, я это поняла, – пожала плечами Кейти и хмыкнула: – До чего же забавно! Ваша дочь совершенно иначе отнеслась к моим рассказам. Она жаловалась, что никто не позволяет ей заниматься домашней работой!

– Джуди так сказала?!

– Именно. Может, вы позволите ей завести садик или маленький огород? Детям очень нравится возиться с землей. По крайней мере мне нравилось.

– Но… но она запачкается!

Кейти почувствовала, что, несмотря на потрясенный вид, Энтони просто дразнит ее.

– Знаю, но играть в грязи так здорово! Можно делать пирожки из песка! – улыбнулась она.

Джеймс покачал головой. Энтони ответил такой же широкой улыбкой:

– Сам я никогда не хотел возиться в грязи. Но, не колеблясь, могу утверждать, что мой старший брат, возможно, согласится с вами.

– Ах да, тот, что увлекается садом! Я была просто счастлива познакомиться с ним и погулять по его оранжереям.

Джеймс отрывисто хохотнул при упоминании о Джейсоне.

Кейти виновато глянула на Джеймса:

– Я что-то не то сказала? Но он настоящий садовод. Пусть это всего лишь его хобби. До того дня я никогда не видела столько прекрасных и разнообразных цветов. Джуди предупреждала, что это зрелище потрясет меня, и она была права – такого я не ожидала увидеть.

Энтони откашлялся.

– По-моему, мы слегка отклонились от темы.

Кейти нахмурилась:

– Откуда столько любопытства по поводу моего прошлого?

– Я знал вашу мать очень хорошо.

– Ну конечно, – облегченно вздохнула Кейти. – Она жила неподалеку от Хаверстона до того, как встретила моего отца. А вы там выросли, верно?

– Да, хотя, по правде сказать, я был уже взрослым и приехал домой на каникулы, когда познакомился с ней. Но я просто хотел знать, как вы жили в Америке.

– Прекрасно жила. Для Гарденера, разумеется.

– Для Гарденера? Что это означает?

– Это была очень маленькая деревушка, обитателями которой были почти одни старики. Никаких предприятий. Только несколько ферм на окраине. Я была последним ребенком, рожденным в этой деревушке, а остальные дети, вырастая, немедленно покидали дом. В Гарденер совсем не приезжали новые люди, если не считать таких же стариков, желавших спокойно доживать последние дни в тихом местечке. А местечко действительно было тихим. Там никогда ничего не происходило. Никто никого не приглашал в гости. Все собирались в лавке, и главным событием дня было чтение вслух данберской газеты. Старый Ходжкин специально ездил в Данбери дважды в неделю, чтобы купить несколько экземпляров. Словом, Гарденер был скучнейшим местом.