Моя ненормальная - Тася Лав

Парень быстро втесался в ряды футболистов и скрылся за поворотом.

Я глубоко вдохнула и прикрыла глаза.

Больно его видеть. Очень. Но нужно быть сильной.

Как бы я хотела оказаться далеко от него, чтобы не было так плохо, или же… снова в его объятьях.

Стой, Ева. Успокойся. Ты была всего лишь игрушкой. Мальчик не наигрался, вот до сих пор и проявляет интерес. Сейчас пару раз подкатит, и ему наскучит.

Неприятно себя в этом убеждать…

В душе слишком пусто, чтобы плакать. Но пустота разъедает ее.

Я ушла к Софи с Дэном. Те сидели в парке и молча смотрели на бегающих туда-сюда учеников.

Села рядом.

— Сплетен сегодня, конечно… Говорят, что тебя пытали в подвале раскаленными щипцами. — Дэн жевал жвачку.

— М, — только и смогла сказать я. После всех переживаний эмоции куда-то пропали.

— А я слышала, что Ева отбивалась от крыс, которых Катрина положила ей под одеяло. — Софи ковыряла палочкой землю.

— О как. — Похоже, я начинаю разговаривать односложными предложениями.

— «Барсы» выиграли еще, — добавил парень.

Я облокотилась спиной на лавочку.

— Ну это я знаю.

— А ты перестала быть с Даном, и он снова свободный и одинокий, как деревце в поле. — Дэн повернул ко мне голову.

Я резко напряглась, но постаралась не подать вида, что меня это волнует.

— Времена меняются. Нашей сделке больше нет смысла существовать. Все остались при своем.

— Сделке?! — переспросили ребята одновременно, и оба вперили в меня любопытные взгляды.

— Ну что уже скрывать. Я с Даном ходила не потому, что безумно влюбленная фанатка, а потому, что у нас был договор. Я должна была не светиться и сохранить его авторитет, а он обещал, — голос чуть не дрогнул, — защитить меня.

— А мы все думали, что у вас большая любовь, — задумчиво прошептала София, — он так на тебя смотрел всегда…

Отвернулась от них, чтобы случайно не увидели собирающиеся на глазах слезы.

— Сейчас все равно не до этого. Нужно постоянно быть на виду, чтобы меня не растерзали некоторые мстительные особы.

— Давай ты сегодня переночуешь у меня, — предложила подруга, — я схожу с тобой, возьмем твое одеяло и пижаму. У нас безопаснее будет.

Я благодарно сжала ее ладонь.

— Отлично, спасибо большое.

— Еще из нового. Учителям стали поступать жалобы. Они, конечно же, все анонимны. Но, говорят, собралось уже немало. Правосудие восторжествует.

— Гип-гип-ура, — улыбнулась Дэну. — Ладно, мне на урок пора.

Махнула ребятам и пошла в первый корпус.

— Ева! — В коридоре меня встретила Аннушка. — Понимаю, что тебе теперь тяжело в А-классе из-за событий. Но нужно ждать приезда всех родителей и собрать побольше жалоб. Поэтому у меня есть к тебе предложение.

— Слушаю, — серьезно встала рядом с ней.

— В Б-классе освободилось место, как раз той уехавшей девочки. Вот только что все документы забрали. У тебя вроде бы там друзья. Тебе будет безопаснее находиться, и директор одобрил. Да и ты сама вроде хотела. Согласна?

Я застыла.

Уйти из А?

Да я мечтала об этом с начала года!

Но… я же сидела с Даном. Теперь он снова будет один…

Блин. Что я о нем думаю вообще?

Мне нужно думать о себе, хватит с меня этого. Пусть живет как хочет. Нас больше ничего не связывает. И мы вообще с разных планет.

— Согласна, — кивнула ей.

— Тогда можешь прямо сейчас идти к ним. Сейчас как раз мой урок. — Она обрадованно погладила меня по плечу. По расписанию у них те же самые уроки, но в другом порядке. Сейчас мне придется снова сидеть на литературе.

Зашла в класс Б, как в первый раз в А. Опять страшно. Другие ребята. Но тогда и сейчас есть одна разница.

Здесь у меня есть друзья.

— А вот и ваша новая ученица, — встретил меня класс с этой фразой.

Аннушка довольно села к столу и пригласила меня к кому-нибудь присоединиться. Знакомые лица. Многих ребят я уже видела на физкультуре и на балу. А на дальних партах сидели мои друзья и во все глаза таращились, удивленные этой новостью. Рядом с Витей пустовало место, он уже начал спешно убирать с него портфель.

— Привет, — подсела к нему.

— Это что… — Он был и потрясен, и рад. София и Дэн сидели сзади. — Ты теперь Б-шка?

Кивнула, разбирая рюкзак.

— А как же Данил? — неожиданно спросил Витя, и я застыла с тетрадью в руках. Губы задрожали, пришлось сглотнуть вставший в горле ком, не поворачиваясь к нему.

— А что он? — Мой голос вышел глухим. — Необходимости в его крыше больше нет. Ты был прав. Во всем.

— Ну да, — как-то обреченно согласился парень. Мне показалось, что он сейчас хотел чего угодно, но только не оказаться правым.

Урок просидели тихо, а после него — ого! — ко мне стали подходить ребята, как тогда, на балу. Они восхищенно жали руку, удивляясь моей смелости против золотых.

Неужели здесь есть нормальные люди?

Офигеть.

За эту перемену я перезнакомилась со всем классом, но, к сожалению, запомнила лишь пару имен. Так было много их зараз.

— Пошли в столовую, — потянули меня друзья, — а то того и гляди автографы будут брать.

— За что?

— За то, что дала отпор тем кого-нельзя-называ-а-ать, — захохотал Дэн. — Есть хочу, идемте уже.

По пути в столовую прошел А-класс. И та золотая, но уже несчастная компания. Они пытались сожрать меня взглядами. Катрины снова не было, а Зима был равнодушен и апатичен к окружающему.

Мимо прошел Данил, почти задев меня плечом. Когда мы поравнялись, наши взгляды встретились. Мир на мгновение замер. Всего на миг. Показалось, что сердце стукнуло всего один раз и застыло. Звуки тоже притихли. Остались только его серые, как туман, глаза и что-то в них. Он был расстроен.

Первоклассник забежал мне под ноги, и мы разорвали короткий зрительный контакт.

Через минуту Дан потерялся в толпе.

Душа заныла и потребовала найти его, но я затолкала все резко возникнувшие чувства глубоко в себя и натянула маску.

В столовой я его не увидела. Я не искала, просто взгляд сам бродил по столикам, будто ища что-то. После нее тоже. А там уже и не судьба. Мы теперь в разных классах, как в разных вселенных.

Так надо. Расстояние лечит.

Постоянное нахождение рядом с объектом привязанности лишь бередит душу. Ты просто снова и снова вскрываешь начинающие заживать раны. Это мазохизм, ведь они кровоточат и делают невыносимо больно.

Нужно уметь отпускать.

Но сколько бы я себя ни убеждала, мне тяжело.