Новая хозяйка собаки Баскервилей - Наталия Миронина

– Да, должна.

– Буду ждать.

Она вышла из палаты.

Он хотел было встать посмотреть в окно, увидеть, как она садится в машину, но почему-то раздумал. Он лег поверх больничного одеяла, удобнее устроил больную руку и прикрыл глаза. На человека, который возвращается в счастливое прошлое, Юрий совсем не был похож.

Аля вышла из больничных ворот и поискала глазами машину. Водитель Женя, отогнавший авто на больничную парковку, посигналил. В ответ на звук клаксона раздался лай. Аля обернулась и увидела Катю.

– Вы еще не уехали? – Аля вынуждена была заговорить.

– Нет. С Гектором не так все просто. Его сначала из машины не выгонишь, потом не затащишь. Вот, теперь гуляем. Надеюсь, после прогулки соизволим послушаться.

– Как вы с ним управляетесь?

– С трудом. И уже очень устала от него. Надеюсь, скоро заберут…

– Это не ваша собака?

– Нет, я просто взяла его на время.

– Это ваша профессия? – Аля не могла удержаться от расспросов – ведь это девушка, о которой трезвонили все газеты и к которой она вдруг приревновала. – Вы – собачья няня?

– Почему вы все так думаете? Я не вижу ничего неприличного в этой профессии, но меня удивляет, что никому не приходит в голову, что собаку можно взять просто так. Ну, для того, чтобы помочь человеку.

– А, это конечно. – Аля незаметно рассматривала девушку. Фигура так себе, немного приземистая, не худая, не толстая, а лицо симпатичное. Даже очень, когда говорит. Ну и, конечно, глаза. Как всегда в таких случаях, спасают положение глаза. Они – хорошие.

– Правда, я тоже не просто так взяла. Что уж тут. – Катя хотела было рассказать историю про яхту и собаку, но промолчала.

– Неважно, главное, что пес под присмотром. Тем более вы так хорошо справляетесь, – отмахнулась Аля. В истории покушения на Юру было столько загадочного, столько непонятного, что даже следователи, с которыми разговаривала Аля, разводили руками: «Такое стечение обстоятельств – все произошло в абсолютно пустынном месте. Все улики либо затонули, либо их затоптали, и вообще яхта ушла с места происшествия. Там концов практически не найти».

Но больше всего Алю волновало другое: «Неужели за все время круиза они даже не поцеловались? Это с Юриным темпераментом и желанием всех покорять? Что-то не очень верится. Надо ее разговорить. А она – девушка неглупая, образованная, наблюдательная. Кстати, может, и заметила что-нибудь?» Аля посмотрела по сторонам и предложила:

– Давайте зайдем куда-нибудь? Кофе выпьем. Поговорим.

– Что вы?! Мне собаку надо отвезти, она в машину без меня не сядет.

– А может, попробуем?

– Да? Ну ладно, у меня еще есть кусочек бублика…

– Бублик! Вы лучше бы ему Юрин беляш отдали. Все больше пользы было бы, – буркнула Аля, но потом извинилась: – Меня мама в детстве наказывала за такую еду. Говорила, что очень вредно. А я любила всякие пончики в сахарной пудре.

– Вы не думайте, я за домашнее здоровое питание. Мой сын Ваня тоже старается в рот всякую гадость запихнуть, я на него ругаюсь – в доме всегда есть домашняя еда. Но дети порой неуправляемы. А что касается беляша – он действительно вкусный, качественный. Юра просто уже несколько дней плохо ест. Вот я решила его порадовать.

– Понятно. Я хоть и ворчала – пахло вкусно.

– Ну, Гектор, подождешь меня еще немного?

Катя осторожно, стараясь не спугнуть вредного пса, двинулась к машине. Гектор, на всякий случай оглядываясь на новую знакомую, послушно влез на заднее сиденье.

– А окно вы откроете? – Аля посмотрела на розовый длинный язык, который тут же вывалился из пасти.

– Конечно. Я даже могу машину на сигнализацию не ставить. Эта псина – отличный сторож. Одного вида достаточно.

– Нет, вы все же закройте машину, а до кафе мы доедем на моей.

– Хорошо. А где вы ее оставили?

– А вон там, – Аля махнула рукой в сторону огромной черной машины и водителя Жени, который прохаживался под деревьями.

– А, это ваша… – Катя была удивлена, но потом вслух сама себе и все объяснила: – Конечно, вы же звезда, вам по статусу положено.

– Что вы! Не смущайте меня. Я, как и вы, не люблю излишнее внимание, – отмахнулась Аля, но все равно было заметно, что она польщена.

– Нет, не скажите, вы можете гордиться собой по полному праву. Я читала о вас. Вы с раннего возраста умели ставить себе правильные цели.

– Мне просто очень нравилось и нравится петь. Я себе не могу представить жизни без музыки и пения. А уж если делать, то делать это так, чтобы все завидовали.

– Вам завидуют, я больше чем уверена. Только вряд ли это главное.

– Не главное, но в этом тоже есть смысл.

– Не знаю, я сама никогда не завидую. И не хотела бы, чтобы завидовали мне.

Катя и Аля уже ехали в машине. Широкий кожаный салон, прохлада кондиционера, телевизор – Катя с особенным наслаждением устроилась в этом комфорте.

– Давайте только не очень далеко. За Гектора душа болит. Мне кажется, что он все понимает. Вот сейчас сидит и думает, что его бросили.

– Надо было его с собой в кафе взять. Ему бы там воду налили.

– Ой, так это были вы!

И Катя, и Аля воскликнули эту фразу одновременно. Каждая вспомнила историю с розовым тазиком, из которого по вине Гектора выплеснулась вода.

– Да, я приезжала к Юре и воду для собаки несла. Гектор меня у дерева ждал, вы шли навстречу. И мы вас случайно облили.

– Да, все правильно. На ноги. Выплеснули целый тазик.

– Извините еще раз. А вот Гектора в кафе и ресторан нельзя – он там такое устроит, что мало не покажется. Вы не представляете, он съел занавеску в ресторанчике, куда мы с Юрой ходили в том маленьком городке. Съел почти все, до чего мог дотянуться.

– Вы в ресторане были с Юрой?

– Да, он меня пригласил. В том городке мы стояли почти весь день. Делать было нечего. Вот мы и пошли.

– А вы тогда тоже к Юре приезжали? Когда водой меня облили?

– Ну да. Тогда меня следователь попросил.

– Зачем? Он же сам мог приехать к нему.

– А он и был. Только у меня была другая задача – я должна была вспомнить все детали происшествия, а у меня не получалось. Вот тогда и подумали, что если мы поговорим, то что-то всплывет.

– И что?

– Ничего. Видимо, шок отбил память.

Тем временем они подъехали к кафе. Устроившись на веранде и заказав кофе, Аля и Катя вернулись к разговору:

– А как вы думаете, кто это мог сделать?

– Не знаю. Совсем не знаю. Я даже список составила всех пассажиров и нарисовала план яхты. Я посвятила этому две недели, но так ничего и не припомнила. Мне сказали, что такие вещи всплывают внезапно.