Счастье бывает разным - Иосиф Гольман

Вадик частенько подтрунивает над боссом, но, во-первых, относится к нему тепло, а во-вторых, отдает себе полный отчет в том, что этот ненаигравшийся дядька вполне способен претворять в жизнь такие дела, о которых дисциплинированный и целеустремленный лейтенант Чистов даже мечтать побаивается. Не то что реализовывать их.

Кстати, он уже не лейтенант. Он — вице-адмирал флота страны, название которой пока так и не научился выговаривать, но чей флаг висит у них над кормой и на клотике коротенькой мачты. А также заместитель командующего флотом этой невеликой державы.

Ефим Аркадьевич даже табличку над его каютой повесил с реквизитами. И удостоверение дал. Хотя, на взгляд Вадика, на всем этом, как и на сверкающей золотом парадной форме, вполне можно было сэкономить. Глядишь, и кредит бы не понадобился.

Нет, кредит все равно бы понадобился.

Первоначальная стоимость судна оказалась в разы меньше реально необходимых денег. В противном случае их первый выход в океан легко мог оказаться последним.

Вообще же кораблик со странным именем «NATALY № 351» Вадику безумно нравился — и за непотопляемые обводы, и за нефорсированный, но надежнейший, тоже японский, дизель, и за крошечные уютные каюты. Хотя, наверное, главная причина — что «NATALY № 351» была первым судном, целиком подчинявшимся руке и воле капитана Вадима Чистова.

Откуда взялось такое странное название, тоже было понятно. Ефим Аркадьевич желал увековечить имя своей многотерпеливой жены, но поскольку корабль был военным, то потребовалось и международное кодовое обозначение. В итоге — не факт, что адмиральской супруге понравится прикрепление к ее светлому имени трехзначного номера. С учетом имевшихся неправильных наклонностей адмирала — а говоря прямым текстом, любвеобильности — это выглядело особенно двусмысленно.

— Командир, что там на радаре? — На мостик зашел Славка Беклемишев. Он отвечал за боевую команду из четырех штыков, тоже, как и сам Славка, вышедших из псковской десантной дивизии. Прапорщику Беклемишеву Береславский, человек не жадный по сути, отвалил звание генерала и должность командующего морской пехотой все того же государства с невыговариваемым названием. «Эх, еще б зарплаты соответствовали званиям», — помечтал Вадик: денег пока что не платили ни разу, поскольку все уходило на содержание их могучего флота.

— Пусто на радаре, — глянув на экран, отозвался вице-адмирал Чистов. И не удержавшись, добавил: — Генерал, ко мне следует обращаться либо «ваше превосходительство», либо «господин капитан». Так что оставьте свои сухопутные привычки.

— Есть, ваше превосходительство! — заржал Беклемишев. И спросил, не ожидается ли в ближайшем будущем хоть какая-то денежка — его жена в Пскове только что родила второго, и вопрос стоял остро.

— Аркадьич обещал в течение недели, — слил Вадька секретную информацию. За конвоирование «Дианы» они точно должны были заработать — договор был заранее подписан. А вот сухогруз пристроился к ним хоть и сознательно, но нелегально — видимо, благодаре утечке информации с «Дианы». И теперь Береславский вел трудные переговоры с его капитаном.

— Значит, даст, — обрадовался Славка. — Он мужичок не гнилой. Сам сидит, как и мы, на консервах с макаронами.

— Абсолютно не гнилой, — подтвердил адмирал. — Но… — он попытался точнее подобрать слова, — уж очень небанальные у него идеи. А потому велик риск.

— Это точно, — согласился Беклемишев. — Полный нестандарт. Однако романтика.

— Мне тоже нравится, — признался Чистов-младший.

Они выкурили по сигаретке, после чего Славка пошел к своей — носовой — пушке: она была замаскирована брезентовой беседкой, и у него там находился командный пункт со средствами связи и мощной оптикой. Его бойцы дрыхли в кубрике, но Вадик не сомневался, что в течение минуты их линкор смог бы открыть огонь. Все парни были тертые, не по разу участвовали в реальных боевых действиях.

Так прошло еще три часа.

Береславский появился лишь раз, похвастал, что бабки с «Дианы» уже на их счету и что он ведет трудные переговоры с капитаном сухогруза, но этот жмот пока отпирается, утверждая, что в море платных дорог нет.

Еще несколько часов — и рассветет.

Вадик помечтал, куда они с Томкой вложат полученные деньги. Хоть сумма ожидалась приличная, однако на все желаемое молодой семье явно не хватало.

«Ничего, — подумал Чистов. — Лиха беда начало». Он до последнего не верил, что кто-то будет платить им за конвоирование или — тем более — за выкуп захваченных ими пиратов.

Но ведь в экологическую деревню имени Береславского он поначалу тоже ни на грош не верил! А отец позавчера сказал, что уже ветровое поле построено — даже по Первому каналу показали, — и продажи идут довольно активно. Да еще семь гектаров площади сданы под опытное поле и экспозицию экологичных стройматериалов. За немалые деньги, между прочим. По крайней мере, новые инвесторы у них чуть не в очередь выстроились.

Нет, идеи Береславского, несомненно, безумны, но явно имеют свойство претворяться в жизнь. Наверное, Всевышний, поглядывая вниз, посмеивается над этим прикольным персонажем и не дает ему пропасть.

Запищавший зуммер целеуказателя вывел новоиспеченного адмирала из состояния легкой мечтательности.

Черт! Ну и дела!

Целых три скоростные цели!

Маломерки догоняли конвой сзади, конкретно охватывая сухогруз в клещи.

Раньше они были в тени его большого корпуса, сообразил Вадик. Теперь разошлись для маневра и последующего абордажа. Кстати, отметил он для себя, за сухогрузом и сейчас может прятаться четвертый, а то и пятый член волчьей стаи.

Чистов нажал на кнопку, объявляя боевую тревогу. По всем помещениям зазвененели звонки. С треском включилась и внешняя громкая связь — вызывал капитан атакованного сухогруза.

Прибежавший на мостик Береславский судорожно застегивал штаны. Вадик в это время ему переводил: английский Ефима Аркадьевича был слабоват для контактов в реальном времени.

Капитан просил помощи, соглашаясь на означенные адмиралом Береславским коммерческие условия.

— Вот жмот, — сказал профессор и неакадемично выругался. — Я ж с него тридцать процентов от таксы просил. С «Дианой» за компанию. Что будем делать, Вадь?

— Выполнять договор, — спокойно сказал Чистов-младший.

Оба друг друга поняли.

Конечно, у адмирала королевства Мабуи-Н’Бонго был большой соблазн, пользуясь бедственным положением сухогруза, попросить с него в разы больше — вряд ли его хозяева будут против.

Но это было бы не очень этично. Вот вице-адмирал и высказался. Полный адмирал покряхтел и вынужден был согласиться:

— Ладно. Атакуем мерзавцев задешево.

Чистов заложил крутую циркуляцию.

Корабль накренился и, рассекая черную воду, стал выворачивать нос на приближавшихся пиратов. А в том, что это были пираты, не оставалось никаких сомнений: даже без оптики были видны красные трассы автоматных очередей. Потом по-явились белые и зеленые струйки, направленные на атакуемое судно.