Пороки джентльмена - Джейн Фэйзер

Корнелия заметила, как ее подруги быстро переглянулись, и приготовилась к вопросу, на который не могла дать ответа, однако в этот момент дверь зала отворилась, дав ей счастливый повод отвлечь их внимание.

– Там два джентльмена, миледи, – доложил Морком своим обычным суровым тоном, просунув голову в узенькую щель приоткрытой двери.

– Какие два джентльмена? – вполголоса проговорила Ливия.

Корнелия, пожав плечами, покачала головой. Это был не Гарри. Его Морком всегда называл «этот виконт».

– Проводите их, пожалуйста, сюда, Морком, – попросила Аурелия.

– А они уж и сами здесь. – Голова Моркома скрылась, и кто-то широко распахнул дверь.

– Я, кажется, никогда еще не встречал такого эксцентричного дворецкого, мэм, – заявил Ник Питершем, проходя в зал в сопровождении Дэвида Форстера.

– Удивительно, что вы его держите, – заметил Дэвид. – Не пора ли ему на покой?

– Возможно, но моя тетя специально оговорила в завещании, что он со своей женой и свояченицей должны оставаться в доме, покуда сами не пожелают уйти, – объяснила Ливия.

– Господи Иисусе, стало быть, есть еще двое? – ужаснулся Ник.

– Да, и точно такие же эксцентричные. Но готовят превосходно, – рассмеялась Аурелия. – Прошу садиться, джентльмены. Чего желаете?

– Херес, мадера? – Корнелия подошла к буфету. – Или кларет? Я отыскала тут в винном погребе очень недурной, девяносто второго года, когда последний раз туда спускалась.

– Тогда вина, благодарю вас, леди Дагенем. – Ник подошел к ней за бокалами.

Разливая вино, Корнелия искоса посмотрела на него.

– Мы давно не видели лорда Бонема, – заметила она. – Надеюсь, он не захворал? – После знакомства с Ником и Дэвидом стало ясно, что трое мужчин близкие друзья.

– О, вовсе нет, мэм, – весело отозвался Ник. – Гарри здоров как бык. Форстер, ты его не видел?

– Да вроде нет, – ответил Дэвид, принимая у Ника бокал и кивая в знак благодарности. – Должно быть, уехал по каким-то семейным делам, помяните мое слово.

– Ах да, конечно, – с неподдельным участием проговорила Аурелия. – Его племянники и племянницы, бедные сиротки. Виконт рассказывал нам о них.

На лицах джентльменов отразилось изумление.

– У Гарри большая семья, мэм, но об осиротевших племянниках и племянницах я ничего не слышал… а ты, Ник?

– Да-да, я тоже помню, как он рассказывал, – энергично подхватила Ливия. – Такая печальная история! Именно поэтому он и хотел купить этот особняк. Сказал, что дом напоминает ему его лондонский, в котором он сам вырос… сквер, крикет, прятки… – Увидев замешательство на лицах мужчин, она осеклась и умолкла.

– Купить этот особняк, леди Ливия? – переспросил Ник. – Но у него отличный дом.

– О нет, не для себя, он хотел, чтобы дети жили рядом, под его надзором.

– А! – отозвался Ник неопределенно. Он точно знал, что все сестры Гарри были в добром здравии, и хотя племянников и племянниц у него действительно было полно, никто из них не осиротел. Но если Гарри сплел эту сказку, должно быть, он имел на то свои резоны, и выставлять его лжецом вряд ли было бы дружеским жестом.

Дэвид, по-видимому, пришел к такому же заключению.

– Ах да, совершенно верно, – сказал он. – Да… да. – Он спрятал нос и свое замешательство в бокале вина.

– В конце концов, дела лорда Бонема – это его сугубо личные дела, – сказала Корнелия, делая глоток из своего бокала. – Как вы находите вино, сэр Николас?

– О! Превосходное! – ответил он, радуясь тому, что вновь обрел почву под ногами. Он поднял бокал и посмотрел его на просвет. Рубиновое вино заиграло на солнце. – Красивый цвет… хорошая крепость, – со знанием дела отметил он.

– Интересно, как отразится континентальная система Наполеона на торговле вином? – сказала Корнелия, направляясь к шезлонгу. Пора было решительно уводить разговор от Гарри Бонема. Оставшись в одиночестве, она обдумает подтекст, который она расслышала в их словах… или не расслышала. – Что вы думаете на сей счет, лорд Форстер?

Дэвид, судя по всему, сконфузился еще больше.

– Что до этого, мэм… то лично я, право, плохо разбираюсь в политике.

– Она может отразиться только негативно, – рассудительно проговорил Ник, прибегая другу на выручку. – Блокада портов французами не может не повлечь за собой самых серьезных последствий для торговли Британии с Европой.

– Я думаю, пострадает не только виноторговля, – вступила в разговор Аурелия. – Это коснется не только импорта – ведь наши товары тоже лишатся рынков сбыта, не правда ли?

Прибыли другие гости, которые приняли живейшее участие в разговоре, но Корнелия, как ни старалась, не могла полностью на нем сосредоточиться: она все больше склонялась к мысли, что Гарри самый настоящий лгун.

Теперь ей было совершенно ясно, что никаких сирот на его попечении не было.

Но почему он тогда так настойчиво стремился купить дом Лив?