Дочь по завещанию - Аниса Таниева

Малышка поворачивает голову ко мне, когда слышит шаги. Её плач тут же утихает, а на пухлом личике расцветает улыбка. Моя хорошенькая, внимания захотела.

– Соскучилась? – проверяю памперс, и прижимаю дочь к себе. – Спасаешь маму от папы, да?

Называть Ратмира «папой» удивительно легко. Мне казалось, что я никогда не привыкну к этому. Не смогу рассказать мужчине. Но сейчас всё складывается… нормально.

Да, это лучшее определение.

– А маму нужно было спасать? – Огнев оказывается за моей спиной, прислонившись к дверному косяку. – Она ведь так против была.

– Ратмир! Я не понимаю про что ты говоришь.

– Врушка.

– Добавь это в список мох недостатков, - язвлю в ответ, пока дочь пытается выдрать мои пряди. – Не трогая, милая. Ты же не хочешь, чтобы мама была лысой? Её надо накормить.

– Эм… Ты хочешь, чтобы я этим занялся?

И смотрит так, словно я предложила ему оседлать дракона! Хотя сам утром носился с малышкой, не разбудив меня. О чём я напоминаю мужчине, но тот отмахивается.

– Это была необходимость. Сейчас-то ты не спишь. А я могу пока забрать её игрушки и манеж. Саша будет играть внизу, мы продолжим разговор. И все довольны.

Прищуриваюсь, рассматривая мужчину. Тот даже бровью не ведет, хотя я чувствую откровенный обман. Но не спорю, понимая чувства Ратмира. Первые недели я сама боялась брать Сашу на руки. Переживала, что точно сделаю ошибку. Ни один самоучитель для мам не включает в себя ответы на всё.

Но со временем это приходит. Ратмир тоже научится, если действительно захочет. И будет дальше приходить домой вовремя, а не за полночь. Почему-то мне кажется, что из него получится неплохой отец.

Раньше я была уверена в обратном, не подпустила бы Огнева к дочери. Пыталась держать как можно дальше, скрывать всеми силами, что у нас появилась малышка.

Вот только не все мои страхи по поводу Ратмира оказываются правдивыми.

– Пюре или молочко? – интересуюсь у Саши, спустившись вниз. Дочь отвечает что-то на своем собственном языке, бурчит мне в шею. – Я тоже думаю, что пюре хороший вариант.

– Ах.

– Надеюсь, ты довольна. Так…

Заглядываю в холодильник, а после на полки. Не могу найти ни одной баночки, хотя уверена, что вчера оставляла что-то. Надо бы полную ревизию провести и съездить в магазин.

– На верхней полке, - Ратмир сам тянется за упаковкой нового детского питания. – Я купил и поставил сюда.

– Ты купил?

– Ну, утром ты спала, и я, возможно, съел последнюю банку.

– Возможно? Огнев, ты нашу дочь объедаешь?

– Я был голоден! Не очень питательно, между прочим. Уверена, что ей хватает? Не нужно больше? Клянусь, та баночка на один зуб.

– Потому что ты не ребёнок! Видишь, Сашунь? – покачиваю дочь на руках, доставая силиконовую ложку. – Папе совсем нельзя доверять. Отвернешься и останешься без обеда.

– И без ужина, если мама что-то не придумает.

Вздыхаю, потому что Огнев это Огнев. Даже такую простую просьбу он умудряется завуалировать. И делает так, что я сама вызываюсь помочь. Подлец и стратег, вот кто он. Но его можно понять. Он после работы, ничего ещё не ел. Хотя в таком возрасте можно научиться просить.

Отдаю Ратмиру дочь, пусть занимается, раз повесил на меня ужин. Я бы в любом случае готовила что-то для себя. Но эта бесцеремонность немного подбешивает.

– Не умеешь просить, - бросаю мужчине, когда тот устраивается на ковре с малышкой. – Раз мы не закончили наш разговор.

– Мы много чего не закончили, красавица.

Фыркаю, но лицо покрывается горящими пятнами. Смущение растекается по телу, заставляя неловко улыбаться. Будто кто-то бы позволил закончить Ратмиру всё.

Может быть.

Нет.

Без понятия.

С возвращением Огнева, моя жизнь стремительно меняется. И всё, что раньше получалось держать в себе, медленно просачивается наружу. Я не знаю пока, что мне с этим делать.

– Арин! – резко разворачиваю на голос мужчины, беспокоясь. – Она… Она перевернулась. Так должно быть?

– Да, всё нормально, - глушу в себе смех, потому что это не вина Ратмира. – Подвинь к ней ближе зайца, она его любит.

– Может, просто дать?

– Нет, пусть тянется.

– И это меня называют жестоким.

Я не могу удержать щемящее чувство в сердце, которое вырывается коротким смешком. Это удивительно, как мужчина справляется с дочерью. Напряжен, следит за каждым движением. Вовремя стягивает с себя галстук, пряча от Саши.

Огнев выглядит так, словно ему сюрприз вручили. И мужчина не знает, как себя вести. Наблюдает, как за диковинкой, постоянно оборачивается на меня. И замирает, когда Саша вдруг сжимает его палец, стараясь укусить.

А у меня внутри тепло разливается. Как цунами накрывает, глупым, необъяснимым счастьем. Таким осязаемым и плотным, что едва могу удержать его внутри.

Страшно, что всё закончится больнее, чем в прошлый раз.

И ощущение, что этого не избежать.

~ 33 ~

А Р И Н А

– Александра…

Стону, понимая, что дочь испортила платье. Я сдерживаю дрожь в пальцах, прижимая к себе малышку. Улыбаюсь ей, показывая, что мама совсем не злится. Мама сама виновата.

Я ведь знала, что нельзя кормить малышку уже одетой. Потому что одна секунда – и пюре оказалось на моем воротнике. Но у меня катастрофически не хватало времени. И я сейчас ничего не успеваю. Сегодняшнего дня словно и не было, а нам выходить через несколько минут.

Ладно. Всё нормально. Не нормально! Это ужин с семьей Ратмира, а я совсем не готова. Ни морально, ни физически. Мужчина не раз повторял, что его семья – тот