Сиреневая госпожа поместья Лундун - Ксения Винтер

— Я могу чем-то помочь? — неуверенно поинтересовалась я, не в силах просто так наблюдать за мучениями своего наставника.

Вэлтейн прервал экзекуцию и повернулся ко мне, пристальным взглядом впившись в моё лицо.

— Принесите таз с тёплой водой и бинты, — после непродолжительной паузы распорядился он. — И приготовьте атодзиу.

Послав Вэлтейну благодарный взгляд, я отправилась выполнять поручение. Чала, всё это время незримой тенью стоявшая у меня за спиной, естественно, пошла следом, однако не предприняла ни малейшей попытки помочь. Так что воду из колодца, расположенного позади лекарского павильона, я таскала и нагревала самостоятельно. Ушибленная нога на подобные издевательства отозвалась острой болью, которую я благополучно проигнорировала.

Вылив в принесённый таз с водой содержимое нескольких фиалов и перемешав получившуюся смесь с помощью деревянной палочки, Вэлтейн намочил несколько небольших кусков плотной белой ткани, которую здесь использовали вместо бинтов, и аккуратно облепил ими всю спину Васта, закрепив при помощи длинного тёмно-зелёного полотнища, которым полностью обмотал торс пациента.

— Всё готово, — по завершении процедуры объявил Вэлтейн.

— Благодарю.

Васт поднялся на ноги и принялся одеваться, начисто игнорируя моё присутствие в комнате. Приведя себя в надлежащий вид, мужчина опустился на самый край дивана и с невозмутимым выражением лица взял со стола пиалу с атодзиу.

— Уже лучше, Сиреневая госпожа, — заметил он, сделав небольшой глоток. — Но всё ещё не идеально.

Я с огромным трудом удержалась от истерического смешка.

— Ещё что-нибудь? — спросила я, не сводя с Васта внимательного взгляда. — Вы пропустили обед…

— Лёгкая закуска лишней не будет, — согласился Вэлтейн. — Салат вполне подойдёт.

— Вы тоже не обедали, — заметила я, вспомнив, что ни он, ни Эльтайн также не присутствовали в трапезной. — И Первого молодого господина горы Абора я тоже не видела.

— Он наверху, контролирует состояние пациента, — губы Вэлтейна слегка дрогнули, словно он хотел улыбнуться, но сдержался от столь неуместного для целителя проявления эмоций. — Мы оба будем благодарны Сиреневой госпоже, если она позаботится о нашем обеде.

— Нет нужды в благодарностях, — заверила я его. — Через полчаса всё будет готово.

* * *

Вместе с Чалой мы без труда организовали нехитрую трапезу для троих человек. Мои навыки в кулинарии, конечно, заметно улучшились за последнее время, но всё равно оставались довольно скудными и подходили разве что для наших с Ришаном вечерних посиделок. Выходцы с горы Абора, впрочем, оказались крайне непритязательны и охотно — ну, или создав видимость этого, — съели всё, что мы с Чалой им приготовили. После обеда Васт, сдавшись настойчивым уговорам племянника, выпил сильное обезболивающее со снотворным эффектом и удалился в спальню, Вэлтейн отправился следить за состоянием больного, и мы с Эльтайном остались практически одни, не считая Чалы, как всегда весьма удачно прикидывающейся предметом интерьера, когда того требовала ситуация.

— Как вы себя чувствуете, Сиреневая госпожа? — участливо спросил юноша, и его карие глаза, направленные на меня, лучились теплотой.

Я горько усмехнулась на этот вопрос, но вместо привычного «хорошо» или «я в порядке», с моих уст против воли сорвалась правда:

— Безмерно виноватой.

— Почему?

— Чатьена Васта наказали из-за меня, — я взяла со стола пиалу с недопитым соком и поднесла к губам, хотя пить совершенно не хотелось.

— Вашей вины в случившемся нет, — уверенно заявил Эльтайн. — Никто не мог предугадать подобное развитие событий, даже ваш вихо, устроивший это испытание.

При упоминании Нанзу я нахмурилась. Его обвинения всё ещё набатом стучали в голове, окончательно портя моё и без того нерадужное настроение.

— Нет смысла искать виноватых, — длинно вздохнув, заметила я.

— Совершенно верно, — улыбнувшись, согласился юноша. — Неважно, кто виноват. Что случилось, то случилось. Нам всем стоит сделать выводы и идти дальше.

В этом он был прав. И всё же от груза вины было не так просто избавиться.

— Думаю, вы желаете отдохнуть, — я поставила пиалу с соком на стол и поднялась с дивана. — Завтра вы с чатьеном Вэлтейном покинете нас?

— Да, мы уйдём на рассвете, — Эльтайн встал следом за мной.

— Жаль, что мы с Ришаном так и не смогли показать вам окрестности, — заметила я, вспомнив о предлоге, под которым Эльтайн и его наставник задержались в Краце.

— Ничего страшного, — заверил меня юноша. — Скоро состоится Большой Совет, так что у нас ещё будет возможность совершить совместную прогулку и насладиться здешними красотами.

Мне показалось, или это был флирт? После того, как Нанзу напрямую высказал предположение о том, что я могу быть одержимой какой-то тёмной тварью, Эльтайн всё ещё намерен ухаживать за мной?

— Вас не беспокоят слова вихо Нанзу? — оставить этот вопрос при себе было выше моих сил. — О том, что «Сеющий ужас» на меня не подействовал потому, что я могу быть одержима.

— Нет, — Эльтайн твёрдо взглянул в мои глаза.

— Откуда такая уверенность? — мне не удалось полностью убрать горечь из своего голоса. Правда раздирала горло изнутри, желая вырваться наружу. Или это был мой собственный страх? Делить его с тринадцатилетним пареньком, которого я знаю лишь пару дней, было крайне неосмотрительно. Поэтому я удержалась от сенсационного признания в опасениях на собственный счёт.

— Вы не похожи на одержимую, Сиреневая госпожа, — спокойно ответил Эльтайн. — Да и дядя бы заметил, если бы с вами было что-то не так. Это не говоря о бэкхране и Розовой госпоже, от которых бы точно не укрылся тот факт, что их дочь стала вести себя иначе.

«Если бы ты только знал…» — подумала я, судорожно сжимая пальцы, пытаясь сохранить те крохи самообладания, что у меня ещё остались.

Отвесив Эльтайну вежливый поклон, тем самым подводя итог нашей беседы, я направилась к выходу. Мне хотелось как можно скорее добраться до своего дома, забаррикадироваться в нём и хорошенько всё обдумать. Но прежде нужно было разобраться с ещё одним делом.

Йи — дом Дэйчи, — находился по соседству с библиотекой и лекарским павильоном, так что долго идти мне не пришлось.

— Чала, узнай у вихо, может ли она сейчас принять меня, — попросила я служанку, остановившись перед светлой деревянной дверью, которую неожиданно никто не охранял.

Чала поднялась на крыльцо и беспрепятственно вошла внутрь. Я же осталась ждать её снаружи.

— Вихо Дэйчи готова уделить вам время, — вместо Чалы ко мне вышла низенькая, чуть полноватая женщина лет сорока, с густыми тёмными волосами, заплетёнными в толстую косу, перевязанную выцветшей синей лентой.

Вихо, как и положено по этикету, ожидала меня в гостиной. Мне в глаза сразу же бросилась её нездоровая бледность, которой ещё с утра и в помине