Золото глупцов - Риз Боуэн

— Спасибо, Либби, ты — ангел, — закрывая глаза, сказал он, и она на цыпочках вышла из комнаты.

Гейб стал быстро поправляться. Дошли известия о том, что случилось на холмах из-за нескончаемых дождей. Озеро Райвла вышло из берегов, и бурлящая вода хлынула к его дому. Он собрал людей, и они укрепили плотину, но все это было бесполезно. Водная лавина разрушила плотину, людей его смыло, и некоторых из них так и не нашли. Одному или двоим удалось избежать смерти — они выплыли, зацепившись на плавающих деревьях. Тело самого Шелдона Райвла не могли обнаружить целую неделю. Наконец его нашли застрявшим в ветвях дерева. Тело так распухло, что Райвла невозможно было узнать.

Гейб выздоровел, и Либби надеялась соединиться с ним, но она почувствовала, что между ними возникла какая-то холодность, которой раньше никогда не было.

Либби однажды попыталась это выяснить.

— Гейб… у тебя кто-нибудь есть в Сан-Франциско, кому нужно сообщить, что ты здесь?

— Не думаю — сказал он. — В Сан-Франциско был один инцидент — дуэль, и мне пришлось покинуть город, который мне уже тогда наскучил. Я собирался проехаться по приискам, а потом… ничего не помню. Интересно, что случилось с моим конем?

— Я могу одолжить тебе своего, — сказала Либби. — Если ты действительно хочешь уехать.

Он почувствовал скрытый смысл ее слов.

— Ты и так много для меня сделала, Либби. Я не могу тебя больше стеснять.

— Ты думаешь, что ты стесняешь меня?

Гейб отвернулся.

— Мне не нужна твоя жалость.

— Ты что думаешь, что я сделала это из жалости?

— Я не глупец и знаю, как выглядят больные оспой, а те, кому удается выжить, становятся неузнаваемыми. Не притворяйся, я ведь страшен как черт.

Либби села к нему на кровать.

— Когда-то ты мне сказал, что я не знаю, что такое любовь, — тихо проговорила она. — Теперь я говорю тебе, что ты сам не имеешь о любви ни малейшего представления. Я люблю тебя, Гейб. Неужели ты думаешь, что если у тебя не будет ноги или глаза, то я буду меньше тебя любить?!

— Но если Бог послал человеку красивую внешность, разве не больно чувствовать, что всю оставшуюся жизнь люди будут смотреть на него с отвращением, — глядя на стену, сказал Гейб. — Я не хочу всю жизнь думать о том, что ты заслуживаешь лучшей…

— Габриэль Фостер, ты самый тщеславный человек из всех живущих на планете людей? — смеясь, сказала Либби. — Подожди, я сейчас вернусь.

— Куда ты, Либби? Вернись, — крикнул он вдогонку.

Либби побежала в главный дом и вскоре вернулась с зеркалом в руке.

— Посмотрись, — сказала она.

— Я лучше не буду.

— Трус.

— Хорошо, — сдаваясь, сказал он. Медленно, Гейб поднес зеркало к лицу, потом с радостью выпалил: — Нормальное, — не веря своим глазам, проговорил он. Гейб взял ее за руку.

— Конечно, нормальное, — рассмеялась Либби.

— А я все время думал, что я самый страшный * человек на свете, — хохоча вместе с Либби, сказал Гейб. — Я чувствую себя заново рожденным. Мне дали второй шанс в жизни. После всего, что произошло, я верю даже в чудеса. Ты знаешь, что я хотел в тот момент, когда увидел тебя в Новом Орлеане, — сказал он. — Я знал, что ты создана для меня. Я не мог думать о тебе. Один Господь знает, как я пытался выкинуть тебя из головы.

— А я тебя, — отозвалась Либби.

Гейб дотронулся рукой до ее щеки и вытер рукой слезу.

— Это глупо, я ни разу не всплакнула, а сейчас не могу удержаться.

— Любимая, теперь не надо будет плакать. Мы прошли этот долгий, тяжкий путь. Мы все начнем сначала.

— Ты бросишь играть в карты и будешь вести нормальную жизнь? — улыбаясь, спросила она.

— Все что хочешь, чтобы только сделать тебя счастливой, — ответил он. — Я даже могу стать миссионером.

— Я люблю тебя таким, какой ты есть, Гейб Фостер.

— А я тебя, Либби Гренвил, — нежно сказал он. — Как ты думаешь, я уже достаточно выздоровел, чтобы ты рискнула и разрешила мне тебя поцеловать?

— Я рискну, — сказала она и наклонилась над Гейбом.

Губы сплелись в нежном поцелуе, а в их открытых глазах светилась нежность. Кажется, что прошла вечность, прежде чем они отпустили друг друга.

— Хватит на сегодня. Не забывайте, мистер Фостер, что вы были очень больны.

Гейб рассеялся.

— Ты — лучшее укрепляющее средство, миссис Гренвил, — его лицо стало серьезным. — Мне не нравится твоя фамилия. Фостер гораздо лучше и надежнее.

— Если вы просите моей руки, мистер Фостер, то я жду предложения.

— Хорошо, — Гейб встал с кровати и упал на колени. — Я никогда этого не делал. Прости, если я скажу не те слова.

— Нет неподходящих слов, — сказала Либби и взяла его за руки.

— Либби Гренвил, окажите мне честь стать моей женой!

Либби пыталась ответить, но ком подкатил к горлу. Она кивнула головой, и слезы покатились по ее щекам.

— Это нужно отметить! Я здоров, чтобы выйти из моей тюрьмы и увидеть моих принцесс?!

— Думаю, да, — сказала Либби. — Они умирают от желания увидеть тебя. Ах Фонгу пришлось как сторожевому псу отгонять их от дома. Я попрошу его поставить тебе стул на улице.

Вскоре Гейб уже сидел, обернувшись одеялом, в кресле-качалке.

— Твой дом впечатляет, — я думал, что у тебя хижина, похожая на ту, в которой я лежал. Я не знал, что женюсь на богатой землевладелице. Все будут думать, что я женюсь из-за денег, и они… — он не договорил до конца, увидев бегущих девочек, которые визжали от восторга.

— Мама не разрешала нам раньше! — завопила Блисс. — Вы не заразны? — спросила она.

— Не заразен, — засмеялся Гейб. — А вы так выросли, что я с трудом вас узнал. Вы превратились в прекрасных леди.

Из дома послышался плач.

— Это Ноэль, мам, можно я его принесу, — спросила Иден.

Либби кивнула, Гейб взглянула на Либби.

— Ноэль?

Иден появилась с ребенком.

— Он только что научился ходить, — объяснила Блисс.

— Иди к маме, — сказала Иден.

Ноэль, качаясь, побежал к Либби. Он открыл рот и уставился на Гейба.

Либби подняла его на руки.

— Вам нравится наш братишка? Правда, он хорошенький? — спросила Блисс.

Гейб нахмурился.

— Ему скоро год, — добавила Иден.

Либби почувствовала, что краснеет.

— Ну-ка, дайте мне мистера Ноэля, — сказал Гейб. — Чем быстрее мы узнаем друг друга, тем лучше.

40

В доме было тихо. Либби накинула халат и подошла к