Обольщение в красном - Мэдлин Хантер

Теперь он уже сожалел о том, что не сжег письмо с самого начала, как подсказывало ему мужское чутье.

— Я дам ему поговорить с тобой, но буду недалеко, — сказал Себастьян.

Площадь и рыночные прилавки будут запружены людьми. И Одрианна не сможет выбрать из этой толпы нужного ей человека. Поэтому следует рассчитывать на то, что Домино сам найдет ее.

Наконец карета остановилась, и они вышли из нее. Себастьян проводил Одрианну до боковой стены собора. И прежде чем обогнуть его угол и выйти на площадь, объяснил жене свой план:

— Иди и встань с западной стороны портика, возле второй колонны. Не уходи оттуда ни на шаг. Даже если он будет уговаривать тебя, намекать на то, что вам нужно потолковать в более уединенном месте, не уходи, пока я не подойду к тебе.

Кивнув, Одрианна пошла прочь. Себастьян окликнул ее, взглянув на ее ридикюль.

— Ты взяла пистолет? — спросил он. — Клянусь, если ты это сделала, я немедленно…

— Не говори глупостей, — перебила его Одрианна. — Пистолет в Камберуорте. К тому же он принадлежит Дафне, а не мне. Да и в мою сумочку он не влезет. Я рассчитывала, что на этот раз оружие возьмешь ты.

Едва она свернула за угол, на площадь с западной стороны вышел красивый мужчина. Он шел с видом человека, жаждущего развлечений, у которого полно времени. Мужчина кивнул в сторону Себастьяна. Себастьян кивнул ему в ответ, а затем пошел в другую сторону, чтобы обогнуть собор и подойти к портику с противоположной стороны.

Одрианна заняла свое место у второй колонны с западной стороны собора Святого Павла. Она надеялась, что Себастьян будет действовать осторожно. Слишком велика вероятность того, что их друг исчезнет.

На площади царило настоящее столпотворение. Торговцы фруктами, корзинами, цветами и даже поношенной одеждой выносили свой товар из-под деревянных крыш убогих палаток. Женщины разного происхождения торговали в одиночестве или вместе с мужчинами в высоких шляпах.

По сравнению с этой толчеей в портике было очень тихо и спокойно. Домино выбрал подходящее место для встречи. Он мог понаблюдать за Одрианной из толпы и убедиться в том, что ему ничего не угрожает, а уж после этого приблизиться к ней. И даже если он не успел запомнить ее в «Двух мечах», то само ее присутствие в портике выдавало в ней особу, скрывающуюся на инициалами «O.K.».

Какой-то джентльмен прошел мимо ближайшего прилавка. Он выглядел лучше, чем большинство собравшихся здесь мужчин, но не лучше всех. Одрианна узнала в нем лорда Хоксуэлла. Заметив ее, он приподнял шляпу в знак приветствия, а затем затерялся в толпе.

Себастьяна Одрианна не видела нигде.

— Пардон, мадам! — обратился к ней кто-то по-французски, да еще с акцентом. Вздрогнув, Одрианна оглянулась через плечо.

В портик вошел еще один человек. На нем были высокие сапоги, панталоны, а под накинутым на плечи плащом виднелся сюртук. Из-под полей широкополой шляпы выбивались рыжие кудри. Его лицо оказалось полнее, чем ей запомнилось во время их первой встречи, к тому же при дневном свете было видно, что его щеки залиты ярким румянцем.

А вот плащ у него странный. Слишком теплый для такого погожего дня. Он придавал ему театральный вид, особенно после того, как Домино откинул его назад. Белая подкладка черного одеяния казалась совсем уж нелепой. Да и вообще, учитывая, что на нем, кроме плаща и панталон, была еще и широкополая шляпа, Домино можно было принять за артиста из какой-нибудь костюмированной драмы.

И только потом Одрианна поняла, что плащ — это своего рода визитная карточка для него.

Встав справа от нее, Домино осмотрел площадь.

— Прошу прощения за то, что первой начинаю разговор, но мне бы хотелось заметить, что у вас очень красивый плащ, — заговорила Одрианна. —Сочетание черного и белого, как домино.

Он перевел на нее взгляд.

— Мне сказали, что такие плащи во Франции обычно носят церковнослужители, — промолвил незнакомец.

— Человек, с которым вы хотели встретиться в «Двух мечах», был моим отцом, — проговорила Одрианна. — Его нет уже довольно давно. Я пришла на встречу тогда и теперь тоже выступаю от его имени.

— Мне известно, что он умер. Теперь известно, — добавил он. — Тогда я этого не знал.

— Зачем вы хотели встретиться с ним?

— Я слышал, что у него возникли некоторые трудности. И подумал, что, возможно, я мог бы ему помочь.

— Вы были с ним знакомы?

Его акцент стал не похож на французский. Скорее на немецкий.

— Вы из Голландии? — спросила Одрианна.

— Мадам, не в моих интересах рассказывать о себе.

— Разумеется, извините, пожалуйста. Мой отец все еще может воспользоваться вашей помощью, если вы не передумали. — Еще не закончив фразы, Одрианна заметила, что незнакомец отступил в дальний конец портика.

Домино встретился с ней взглядом. Он огляделся по сторонам. В его глазах появилось выражение тревоги. Он хотел было отступить к западной арке, но остановился.

Одрианна повернула голову. Рядом с аркой, прислонившись к ней плечом, стоял лорд Хоксуэлл.

— Вы устроили ловушку для Домино, мадам!

— Нет, не устроила, — возразила Одрианна. — Да, я привела с собой людей, которые могут защитить меня, это так. В конце концов, я — женщина. — Она произносила слова очень быстро, чтобы он не убежал. И пока Одрианна говорила, она заметила второе знакомое лицо.

По площади брел герцог Каслфорд, он тер глаза и застегивал пуговицы на сюртуке. Вид у него был такой, будто он только что выбрался из постели. Впрочем, учитывая всю эту противную торговлю, которая развернулась на прилегающих к собору улочках, скорее всего так оно и было.

Подняв глаза, герцог тут же отскочил в сторону, когда на его лицо упал солнечный луч. Затем, взяв себя в руки, нацепил шляпу на голову и пошел вперед по булыжной мостовой.

Увидев Себастьяна, он оживился. Затем проследил за его взглядом, устремленным на портик, и заметил Одрианну, стоявшую рядом с Домино.

— Леди Саммерхейз, добрый день! — поздоровался Каслфорд. — Что-то случилось? Этот актер вам мешает?

Оглядевшись, Домино посмотрел на нового игрока. Одрианна поняла, что он прикидывает, как бы нырнуть в толпу и скрыться.

— Мы бы хотели, чтобы этот парень остался пока с нами, — крикнул Себастьян, направляясь к ним, но стараясь своим видом не спугнуть Домино. — Если он побежит в вашу сторону, Каслфорд, задержите его. Я буду вам очень признателен за это.

— Вы хотите его поймать? Остановить?

— Да.

— Ну и черт с ним. — Герцог зевнул. Сунул руку в карман. А когда он вынул ее, то в ней оказался пистолет.

Каслфорд прицелился в Домино.

— На вашем месте я бы не стал двигаться, сэр, — сказал он. — Вообще-то я отличный стрелок, но у меня так болит голова, что я могу прицелиться вам в ногу, а попасть прямо в ваше мужское достоинство.