Последняя из рода Гонт - Ласточкин

Лицо Виктора исказилось от ужаса. Он забился всем телом, пытаясь вырваться из пут, но чёрные щупальца тьмы всё сильнее затягивались вокруг его ног и рук, обездвиживая свою жертву. Чемпион разжал ослабевшую ладонь, и его посох упал. Я сама не заметила, как вскочила и упёрлась ладонями в защитную сферу.

Виктор повернул ко мне голову, словно ища спасения, и меня охватило острое чувство жалости. Я просто оцепенела от понимания, что сейчас он умрёт, прямо на моих глазах. В моей голове должна была отпечататься некая мысль, которую Волан-де-Морт не хотел донести голосом. Это было масштабнее и значительнее слов. Рука Тёмного Лорда, сотканная из мрака, вонзилась в грудь Виктора и вырвала ему сердце. Кровь тёмным облаком выплеснулась из раны и перемешалась с водой. Глаза Крама остекленели, и мёртвое тело стало медленно опускаться вниз. Меня оглушил собственный крик, и я резко отвернулась, но перед моим взором предстало не менее жуткое зрелище: не дождавшись сестру, Габриэль Делакур билась в судорогах, не приходя в сознание. Она задыхалась. И то, что девочка находилась вне защитной сферы, говорило о том, что спасать её не входило в планы Тёмного Лорда.

Наблюдать за двумя смертями подряд было выше моих сил. Я принялась колотить по прозрачным стенкам, в надежде выбраться и помочь маленькой Делакур, но сфера не поддалась и я впала в такое отчаяние, что не смогла удержать слёз.

— Милорд, прошу вас… — Я опустилась на колени. — Пожалуйста, спасите её, молю!

Мои слова переплелись с рыданиями. Волан-де-Морт приблизился, и тьма заклубилась вокруг прозрачной сферы.

— Я сделаю всё, что угодно, только не дайте ей умереть! — Я стояла перед ним на коленях, жалкая и заплаканная, вымаливая чужую жизнь и надеясь, что вызову у Тёмного Лорда не только чувство брезгливости.

«Я умею быть и милосердным, Аннабель», — раздался в моей голове его голос.

Я повернулась и увидела, как веревка, удерживающая Габриэль, оборвалась. Тьма подхватила девочку, сфера замерцала, и из тёмной дымки мои руки приняли почти бездыханное тело.

«Спасибо, милорд…»

Сфера резко взмыла вверх и у самой поверхности растворилась. Нас вытолкнуло на поверхность. Закашлявшись, Габриэль сделала спасительный вздох и открыла глаза. Я крепко прижала её к себе. Мгновение — и нас оглушили ликующие выкрики с трибун, расположенных над Чёрным озером.

— Да! — радостно воскликнул Людо Бэгмэн. — Габриэль Делакур и Аннабель Гонт спасены! Подождите… а где же их спаситель?

Когда мы подплыли к мосткам рядом с трибунами, Флёр Делакур подбежала к нам, завернутая в длинное полотенце, и протянула руку сестре, помогая ей выбраться. Мне подал руку Теодор Нотт.

— Ну и напугала же ты меня, Аннабель! — с облегчением выдохнул он.

От пережитого потрясения я едва могла говорить и плохо понимала, что происходит вокруг. Пэнси Паркинсон набросила мне на плечи тёплое полотенце, и я с трудом прошептала слова благодарности. В это время Флёр подошла и сжала меня в объятиях.

— Ты спасла мою сестру! Спасибо тебе, Аннабель! — растроганно воскликнула она, поцеловала меня в щеку и снова вернулась к своей сестрёнке.

А я стояла и рассеянно думала о том, что Лорд вряд ли поймёт, почему я вступилась за эту девочку. Ведь ни она, ни Флёр не были мне даже подругами. Но я отчетливо представляла, какое это горе — гибель самого близкого и родного человека. У меня был тот, кого я ни за что не хотела бы потерять. А вот у Волан-де-Морта — вряд ли…

Морозный воздух обжигал кожу, и я задрожала от холода. Опомнившись, Теодор накинул на меня согревающие чары. Я огляделась и заметила, что недалеко от нас стоят Седрик Диггори и Чжоу Чанг — мокрые, но очень довольные. Подняла глаза на трибуны, пытаясь отыскать министра магии, но его не было. Даже Тёмный Лорд не может находиться в двух местах одновременно. Официально на второе испытание он не явился.

— Виктор Крам так и не всплыл, — объявил Альбус Дамблдор. — Погружаемся.

Директор и Александр Крылов немедленно нырнули в озеро.

— Без паники! — провозгласил Людо Бэгмэн. — Уверен, ничего плохого не случилось. Чемпион мог запутаться в водорослях или его схватили гриндилоу, как мисс Делакур.

Все притихли в ожидании, которое не продлилось слишком долго. Через пару минут на поверхности показался Александр Крылов, держа на руках обмякшего Виктора Крама. Он положил его на мостки недалеко от нас. К нему тут же подошла мадам Помфри.

— Мальчик погиб, — всхлипнула она. Целительница сняла с себя мантию и накрыла ею тело Виктора. К сожалению, воскрешать мёртвых она не умела.

Надежда на лицах студентов сменилась потрясением, даже шоком. Тут и там до меня доносился нарастающий гул голосов: «Не может быть», «Не могу в это поверить» и «Виктор Крам мёртв!», и мне, как никогда прежде, хотелось заткнуть уши…

Ближе к вечеру за мной пришёл Северус Снейп. Глупо было надеяться, что меня так просто оставят в покое.

— Мисс Гонт, вас ждут директор и глава аврората.

— Тогда идемте, сэр, — бесцветно ответила я.

— Как вы себя чувствуете? Вы в порядке? — я впервые услышала в голосе профессора искреннее и неприкрытое беспокойство обо мне.

— Да какая разница! Если я отвечу «нет», разве это что-то изменит?

— Если вам так будет спокойнее, я могу остаться с вами, — предложил Снейп.

— Спасибо, сэр.

В кабинете Дамблдора меня встретили директора всех трёх школ, Руфус Скримджер и… министр магии.

Милостивый Мерлин! Он уже здесь!

Я осторожно села на предложенный мне стул. Профессор Снейп остался стоять за моей спиной. На меня уставились пять пар внимательных глаз. Тёмный Лорд, как всегда, стоял с бесстрастным лицом. Мне показалось забавным то, что убийца Виктора Крама находится совсем рядом, а на допрос пригласили меня. Но в присутствии Волан-де-Морта я почувствовала, как охватившее меня напряжение постепенно уходит. «Его утренний визит остался для всех незамеченным, а сейчас он явился, чтобы подстраховать меня, если разговор пойдет не в то русло», — поняла я.

— Мисс Гонт, кто освободил вас в озере? Как вы выбрались? — не церемонясь, начал допрос Руфус Скримджер.

— Я проснулась раньше времени, мистер Скримджер. Не знаю, как это получилось, но веревка, удерживающая мою ногу, ослабла и я оказалась на свободе.

— Это называется беспалочковая магия, — подсказала мадам Максим.