Последняя из рода Гонт - Ласточкин

— Клянусь вам, что подобное больше никогда не повторится, — пролепетала я.

— Когда-нибудь ты доиграешься, Аннабель, — он провел пальцами по моим векам, и я закрыла глаза. Волан-де-Морт уткнулся мне в висок и сделал глубокий вдох. — Я убью его.

Когда Пожиратели Смерти грозили убить кого-то, это вызывало ужас. А если это обещал сделать их господин?

Глава 22. Вопросы и ответы

— Милорд… вы готовы убить Виктора Крама лишь за один поцелуй?! — растерянно прошептала я.

Волан-де-Морт выпрямился, расправил плечи. Мужчина был намного выше меня — пришлось поднять голову, чтобы не потерять зрительный контакт.

— Ты утратила свободу в тот миг, когда вмешалась в ритуал и осколок моей души попал в тебя. Ты принадлежишь мне, Аннабель. И если кто-то попытается оспорить эту истину, я убью этого идиота. Помни это всегда, — отчеканил Тёмный Лорд, пригвоздив меня ледяным взглядом.

— Хорошо, — я опустила глаза.

Гостиную огласил скрежет когтей по стеклу. Волан-де-Морт взмахнул рукой, окно распахнулось, и вместе с порывом морозного воздуха в комнату влетела сова. Она разжала лапы, и на журнальный столик упала небольшая прямоугольная коробка, красиво перевитая лентой. С довольным уханьем птица вылетела обратно, радуясь, что справилась с заданием. На коробке была надпись: «Для Аннабель Гонт».

Как вовремя…

— Открой её, — сузив глаза, велел Волан-де-Морт.

Под его пристальным взглядом я развязала ленту и сняла крышку. Внутри были букет и записка. Знакомый аромат вызвал у меня тошноту.

— Лаванда, — я поморщилась. Эти цветы напомнили мне о годах заточения и издевательствах, которые я пережила во Франции.

— Интересно, от кого же это? — насмешливо протянул Тёмный Лорд и двумя пальцами взял письмо. Развернув его, он начал читать вслух: «Аннабель, я понял, каким был идиотом, поторопив события. Прости, что напугал, я ужасно виноват перед тобой. Я люблю тебя, и ты сделаешь меня самым счастливым волшебником на свете, если согласишься стать моей невестой. Если хочешь знать, насколько моя любовь к тебе велика, посмотри на звёздное небо».

Лорд перевёл взгляд на меня, следя за моей реакцией.

— В Краме погибает поэт, — заключила я мрачно.

— Это еще не конец, — усмехнулся он и продолжил чтение:

«Прошу, не отвергай меня. Если не хочешь быть моей невестой, я могу стать тебе преданным другом. Я узнал, что твой опекун — бывший Пожиратель Смерти. Тебе не место с ним под одной крышей. У меня есть план, как спасти тебя. Мы можем объявить о помолвке, и ты переедешь к моей тёте, она живёт в Англии. Спокойно закончишь школу. А я буду каждый день доказывать, что достоин тебя. С любовью, Виктор».

— Ни за что на свете, — сказала я бесцветным голосом под пристальным взглядом Лорда.

На моих глазах записка в руке Волан-де-Морта превратилась в пепел. Та же участь постигла и букет.

— Хочу, чтобы так оставалось и впредь, — отрезал он. — Больше никаких цветов, никаких признаний и поцелуев. Никаких кавалеров, которые могут тебе это всё обеспечить. Ты поняла меня?

— Да, милорд, — угрюмо отозвалась я. — Получается, без вашего благословения мне теперь и шагу не сделать?

Тёмный Лорд мгновенно приблизился и обхватил ладонями моё вспыхнувшее лицо.

— Каждая минута твоей жизни, каждый твой шаг принадлежат мне, — опасно прошипел он, и мурашки побежали у меня по спине. — Ты всё еще дышишь, потому что я тебе это позволяю. И умрёшь через секунду, если я захочу. Живи для меня. — Мужчина прикоснулся губами к моему пылающему виску и прошептал на выдохе: — Аннабель…

У меня всё же сдали нервы и глаза наполнились слезами. Рука Лорда коснулась моей щеки и стерла предательски скатившуюся каплю.

— Опять слёзы? Считаешь, что я слишком жестоко обращаюсь с тобой? — спросил он, отступая на шаг.

— Вы всё время мной недовольны, — переведя дыхание, ответила я.

— По-твоему, я должен мириться с твоей безрассудностью? — спросил Волан-де-Морт, садясь на диван.

Я подошла к нему и, опустившись на пол, как в детстве, положила голову ему на колени. У меня на душе было неспокойно, и я не знала, как реабилитироваться в его глазах.

— Я не нарочно, — прошептала я.

— В самом деле? — хмыкнул Волан-де-Морт. — А бесконтрольное употребление зелья?

— Простите, милорд, я больше думала о спокойном сне, чем о вреде здоровью.

Повисла пауза. Кажется, мы подобрались к отложенному разговору, одинаково непростому для нас обоих.

— Послушай, Аннабель, — наконец произнёс Лорд, — ты становишься взрослой, — рука мужчины коснулась моих волос. — И изменения, которые происходят с тобой, вполне нормальны. Не нужно этого стыдиться. — Он пропустил пряди моих волос сквозь пальцы. — Или в твоих снах я… делал что-то недозволенное?

Мои щёки предательски запылали. Мне казалось, что я сейчас умру от стыда. Но и в голосе Лорда чувствовалась непривычная неловкость.

— Нет, милорд… дело совсем в другом, — замялась я.

— И в чём тогда? — приподнял бровь Волан-де-Морт. И нетерпеливо вздохнул: — Ну же, Аннабель, я устал от твоих увиливаний и недомолвок!

Приподняв пылающее лицо, я заглянула ему в глаза:

— Хорошо, я расскажу вам честно про свои сны. А вы честно ответите на один мой вопрос.

Лорд обомлел от такой наглости. Еще никто не смел так разговаривать с ним.

— Ты стала настолько дерзкой, что вздумала со мной торговаться? — усмехнулся Волан-де-Морт. — Что ж, сейчас у тебя есть, что мне предложить. Рассказывай, Аннабель.

— Я видела… я видела во сне вас с разными женщинами, — выпалила я, вставая. — Как вы ласкали их, как… — я опустила глаза и отвернулась, не в силах продолжать.

Похоже, ответ, которого так добивался Тёмный Лорд, заставил его опешить. Он молчал, и когда я вновь посмотрела на него, то впервые в жизни увидела на лице мужчины тень смущения. Такого поворота он не ожидал.

И это придало мне смелости:

— Скажите, что эти женщины значат для вас?

— Ровным счетом ничего, — он равнодушно пожал плечами. И тогда неожиданно я выпалила:

— А что для вас значу я?

Тёмный Лорд внимательно посмотрел на меня. И усмехнулся:

— Мы договаривались только на один вопрос, Аннабель.

Он поднялся с дивана, и, повинуясь мгновенному порыву, я положила руку ему на грудь. Этот безрассудный жест вызвал недоумение у Лорда, а я почувствовала биение его сердца под моей ладонью. И задумалась над человечностью Волан-де-Морта, допуская мысль, что, как и у любого волшебника, у него тоже есть слабости и, возможно, чувства. Справившись с собой, Волан-де-Морт обдал меня ледяным взглядом, и я убрала ладонь с его сердца, которое билось так быстро.

Мужчина стремительно покинул гостиную,