Все время с тобой - Сара Пурпура

– Знаю, что должна хорошо заниматься. Пропустила всего лишь пару занятий…

Она замолкает, и на ее лице проявляется ярость.

Анаис крутит прядь волос пальцами, но ее движение быстрое и резкое.

– Откуда ты об этом знаешь? Кто тебе сообщил?

Молчание наполняется негодованием. Во мне начинает расти гордость за нее.

Анаис еще сильнее начинает теребить волосы. Ей хочется причинить себе боль.

– Конечно! Я должна была догадаться об этом. Ладно, знаешь, что я скажу? Тебе стоило лучше потратить деньги.

Она еще немного слушает отца, и разочарование, то самое, которое уже видел множество раз, снова начинает проявляться.

Медленно подхожу к ней и беру за руку, которой она изводит себя.

Наши взгляды встречаются, и страдание, которое читаю в ее глазах, едва не разрушает меня, однако она оставляет руку в моей и отпускает волосы.

– Я верну тебе все до центика, – цедит она сквозь зубы и вешает трубку.

Когда Анаис видит, что снова приближаюсь к ней, поднимает руку, чтобы остановить:

– Мне нужна минутка, Дез.

– Даже не мечтай.

Игнорирую просьбу и крепко обнимаю ее. Она яростно дышит, но ярость куда лучше, чем покорность.

– Он болван.

– Это так.

– Хочешь об этом поговорить?

– Нет.

– Окей.

Немного качаю ее, пока дыхание не успокаивается, и она поднимает голову, чтобы посмотреть на меня:

– Я хочу блинчики.

Расслабленно выдыхаю. Мэтт не вывел ее из равновесия. По крайней мере, не так, как в прошлые разы. Глажу ее по щеке.

– Тогда вперед, малышка. Приготовим лучшие блинчики во всей Калифорнии.

– Хвастунишка.

Она встает на носочки и целует меня.

Возможно, ей достаточно меня, чтобы быть счастливой. Мне точно достаточно ее.

30

Анаис

Даже у самого сильного человека есть слабости.

Быть здесь в худший момент для Деза и не сломаться. Для меня это стало важной трансформацией. Будто сердце изменило ритм, а кровь принялась еще быстрее бежать по венам. Будто я по-настоящему была живой, а не казалась, как было многие годы.

Дез принимает душ, и я пользуюсь этим, чтобы немного прибраться. Приготовленные блинчики были просто пальчики оближешь, но мы учинили беспорядок на кухне.

Собираюсь и сегодня пропустить уроки, потому что сейчас в приоритете Дезмонд, и даже отец не сможет отвлечь от этого намерения. Вернусь к учебе, как только, так сразу, но не сейчас.

Садовник воскресил в памяти Дезмонда вещи, которые до сих пор находятся с ним, пришитые к нему, словно вторая кожа, пусть Дез и не хочет, чтобы я беспокоилась из-за этого.

Учитывая, что Дезмонд не хочет ничем делиться с Брейденом, остаюсь единственным человеком, который может быть рядом с ним, так что не собираюсь ни на сантиметр отдаляться от него.

Мир Дезмонда темное обиталище, и я знаю лишь его часть. Это все должно бы испугать, и, возможно, прежняя Анаис отдалилась бы от Деза, но я изменилась.

Мы связаны неразрывно и вместе встретим демонов.

Мою сковородку, когда в дверь два раза осторожно, почти нерешительно, стучат.

У Брейдена есть ключи, так что это не он. И хотя на мне почти ничего нет, Дез еще в ванной, поэтому придется открыть.

Не готова к тому, кого вижу, хотя стоило ожидать, что рано или поздно она снова появится.

Виолет.

На ней белый топ, который доходит до живота, обнажая его, и джинсы с дырками на коленках. Она прекрасна. Как только видит меня, ее глаза округляются от удивления:

– Анаис.

– Виолет.

Признаю, мой тон далек от приветливого, но после всего того, что случилось вчера, собираюсь держать подальше от Дезмонда все, что может побеспокоить.

С удовлетворением слежу за ее взглядом, который пробегает по моему телу. На мне только майка Деза, что само по себе достаточно ясно и однозначно говорит обо всем. Однако на лице Виолет появляется саркастичная усмешка, и я чувствую, что того и гляди взорвусь.

– Дезмонд дома?

– Он принимает душ. Передам, что ты приходила.

– Я могу подождать. Это не проблема.

Что за нахалка!

В этот момент Дез выходит из ванной.

Хвала небесам, он одет, но от его вида, как обычно, хочется восторженно завизжать, так что чувствую желание застолбить территорию.

– Виолет!

Она вскрикивает и бросается в его объятия.

– Я скучала по тебе!

Что?

Дез замирает в изумлении. Виолет перегибает палку, чтобы побесить меня, и это глупо, потому что Дез не знает, как вести себя с нами обеими. Однако знаю, насколько мы важны друг другу, так что сдерживаю ревность и стараюсь оставаться спокойной.

– Да, э… – Дез бросает на меня взгляд, полный раскаяния, и отстраняет Виолет на приличное расстояние. – Как у тебя дела?

– Сейчас хорошо, – произносит Виолет и аккуратно дотрагивается до повязки на плече Деза. – Чемпион, что с тобой стряслось?

Дез не отвечает. Нервная судорога пробегает по нижней челюсти. Виолет поворачивается и смотрит на меня, и я чувствую, как она смотрит на мои шрамы.

Что она видит? Сумасшедшую девицу, взбаламутившую голову парня, в которого она влюблена?

Избегаю ее взгляда и, уставившись в пол, тереблю кантик майки Деза, переминаясь с ноги на ногу. Затем наконец-то чувствую объятия рук, рук моего парня. Дез заметил замешательство и дает знать о себе.

– Все нормально?

Киваю:

– Мне нужно идти.

Хочу оставить их одних, чтобы они могли сказать друг другу все, что захотят, чтобы положить конец… тому, что есть между ними.

– Ты не должна.

Дез ни капельки не беспокоится, что Виолет его услышит.

– Нет, мне нужно, Дез. На прием к доктору.

Целую его в губы и, когда он отпускает, вижу на его лице разочарование, потому что он считает, что ранил меня.

Это не так, любовь моя.

Надеюсь, что взгляд передает ему это. Убегаю в ванную, оставляя им возможность объясниться и оказывая Дезмонду доверие.

В спешке переодеваюсь. Приму душ у себя.

Не слышу их голосов. Ничего удивительного, что они не говорят в моем присутствии.

Именно так это и представляла.

Выхожу из комнаты и хватаю телефон, даже не взглянув на них, иначе могу раскаяться в огромном доверии, которое оказываю Дезу. Однако татуировка на безымянном пальце значит больше, чем настоящее кольцо. И это успокаивает.

Прикасаюсь пальцем к ней, когда ухожу из квартиры Деза, и снова думаю про обещания, которыми обменялись в Лас-Вегасе. О любви, которая никогда не исчезала и вернулась, чтобы снова овладеть нами, безудержная как никогда.

Закрывая за собой дверь, глубоко вздыхаю и пытаюсь отогнать тяжелые мысли.

То, что есть у нас с Дезмондом, всегда будет намного сильнее