Вторая Академия - Ольга Дмитриевна Силаева

Чувство чёрного юмора у голема явно зашкаливало.

Я выглянула в окно, где за раскидистым столетним беором виднелась дымка телепорта. Совсем скоро придётся возвращаться во Вторую Академию и действовать самостоятельно. Так, как я и хотела.

А Рэй… после этой ночи Рэй не будет ставить мне препятствий. В этом я была уверена, и дело было не только в наслаждении, которое получили мы оба. Просто… с его губ срывались слова, которых я не слышала от Рэя до этой ночи и вряд ли услышу после.

В них была не нежность и не благодарность. Что-то ещё. Что-то новое. Доверие.

— Ты всё ещё думаешь, что я совсем не знаю Рэя? — спросила я, глядя в лицо голема. — Может быть, подскажешь мне что-нибудь?

Хат помедлил.

— Может, кое-что о хозяине тебе и стоит знать, — неохотно произнёс он. — Ты видишь лишь то, куда он позволяет тебе заглянуть. Ты не просто чего-то не знаешь — ты даже следов не замечаешь, потому что их нет. Ни малейшего намёка. Хозяин ведь тебе так и не сказал, что сходит с ума от тревоги, верно?

Мои глаза расширились.

— Рэй сходит с ума от тревоги? — быстро спросила я. — Почему?

Голем не умел улыбаться, но сейчас мне показалось, что он ехидно скалится.

— Злорадное унижение: ты агент разведки или кто? Догадайся, раз такая умная. Или спроси у него самого. Ленивая подсказка: хозяин сейчас у озера.

Если Хат был прав…

Я должна была видеть Рэя. Немедленно.

Я решительно отстранила голема. Поправила метательные ножи, подаренные Рэем. В домике они были мне не нужны, но мало ли что ждало у озера?

— Мне пора.

Голем ловко подхватил качнувшуюся коробку с пирожными.

— Эй, только не начни раздеваться ещё по пути на берег! И заканчивайте уже с вашим инстинктом размножения, пока не случилось непоправимое!

Я не соизволила обернуться.

Рэй стоял у самого берега, полностью одетый. Глаза его были закрыты, а фигура окутана мерцающим алым сиянием, которое делалось то ярче, то слабее, то исчезало вовсе. Руки, вытянутые ладонями вверх, были направлены к озеру.

Я думала, что ступаю бесшумно, но, едва я остановилась в трёх шагах от него, Рэй опустил руки и обернулся.

Минуты из прошлой ночи мгновенно воскресли в памяти. Я с Рэем в постели, всё ещё неспособная двигаться, с кожей, горящей от его ласк. И его лицо, почти неразличимое в темноте.

«Хочешь ещё? Уверена?»

Он коснулся моих губ, и я смогла поцеловать его в ответ. Едва-едва, но даже парализованная, я пила его дыхание, как он — моё.

И я помнила его шёпот. Совсем не похожий на того Рэя, которого я знала наяву.

«Ты — единственное, что здесь есть реального. Прохладный камень, перед которым можно преклонить голову. Крыло дракона. Морской берег. Хочешь быть морским берегом?»

«Нет, — хотела прошептать я. — Я хочу быть собой. Для себя и для тебя».

И он понял.

«Ты и есть ты. Обнажённая ты в моей власти. Моя ученица, моя опасная соперница… и многое другое. Знала бы ты, сколько у тебя впереди масок…»

Он шептал и об убийствах, не называя имён. О предательствах, сделанных на благо империи. И я просто приняла это, как приняла той ночью всё остальное. Себя, беззащитную, принадлежащую ему. И искры в его глазах, всё ярче сверкающие в темноте. Для меня.

А сейчас я стояла на берегу озера и глядела на Рэя.

— Что-нибудь между нами изменилось? — наконец спросила я.

Рэй поднял бровь:

— А какой вариант тебя больше устроит? «Ты была очень хороша этой ночью, но всё осталось как есть»? «Ты поступила как умный и способный агент, и это большой шаг на твоём пути»? «Я люблю тебя, давай быть вместе вечно»?

— Дай угадаю, — произнесла я. — Это всё правда?

— В чём-то да, — задумчиво сказал Рэй. — А в чём-то нет. «Большой шаг», «ты была хороша»… это ведь полная чушь, да? Та ночь значила больше любых слов. — Он чуть улыбнулся. — Собственно, любые слова были бы ложью.

— Да, — тихо сказала я.

— Да.

Рэй прищурился, оглядывая озеро:

— Отойди-ка. Сейчас прохладно: если я потеряю контроль, ты можешь простудиться, а это точно не входит в мои планы.

— Какие планы?

— Просто сделай три шага назад.

Я послушно отступила, с подозрением глядя на Рэя. Что он собирался делать? Что он вообще делал у озера?

А потом я поняла что.

Руки Рэя загорелись красным. Он сделал жест, уверенный, сильный, — и вода посреди спокойного озера вдруг забурлила, словно холодные ключи-фонтаны забили из ниоткуда.

Я оторопело смотрела, как стена прозрачной серой воды, бурлящей в предутренних сумерках, поднимается в человеческий рост. И скользит к Рэю, будто послушная зверюшка.

Водная стена замерла в шаге от Рэя. Теперь она была высотой с двухэтажный дом. И Рэй удерживал её своим даром.

— Вернулся, — севшим голосом сказал он. — Дар вернулся. Всё хорошо.

Рэй тяжело рухнул на песок, и волна, нависшая над ним, мягко-мягко упала назад, словно гимнаст, раскинувший руки и падающий в воду.

Я выдохнула. Я только что поняла, что все эти секунды я даже не дышала.

— Я никогда не видела ничего подобного. Рэй… как?

Рэй не обернулся.

— Во мне кровь великой династии. Но чем меньше вспоминают о моём даре и чем реже в чужие головы приходит мысль, что я вообще им владею, тем лучше. В конце концов, я провожу операции не с помощью дара, а с помощью мозгов.

Наступило молчание. Я глядела на спокойную воду озера и на отрешённое, расслабленное лицо Рэя, полное странного облегчения, и слова голема вдруг зазвенели в ушах.

«Он ведь тебе так и не сказал, что сходит с ума от тревоги, верно?»

— Хат сказал, ты сильно беспокоишься о чём-то, — осторожно сказала я.

— Каждый раз, когда срабатывает восстанавливающий артефакт, есть шанс полного лишения дара, — отрешённо промолвил Рэй. — В моём случае — уже два раза.

Невероятно. Рэй вообще не выдал себя. Ни единого намёка, что он чудовищно боится лишения дара. Даже когда у него был бред, он промолчал.

Рэй едва заметно улыбнулся, заметив моё выражение лица:

— Теперь ты дважды подумаешь, перед тем как считать, что я снял все маски, правда?

Он развалился на песке и похлопал рядом с собой. Помедлив, я села на берегу рядом с ним, опираясь на руки.

— Помнишь, я рассказывал тебе, что Джейен влюбился в неподходящую девушку? — спросил он.

— Помню, конечно.

— Я ужасно ему завидовал.

Я моргнула.

— Ты