Вторая Академия - Ольга Дмитриевна Силаева

Я вздрогнула. Об этом я не думала. Мне даже не приходило это в голову.

Но мой отец был главой разведки. Почему бы Маркусу Рише не стать императором? Возможно, он уже и побывал им, кто знает?

— Эй! — раздался металлический крик внизу. — На землю, хозяин! Мир рушится!

— Что, убивать стало некого? — пробормотала я.

Рэй издал смешок, услышав мой вопрос:

— Для нашего общего обсидианового друга это стало бы катастрофой, не так ли?

Мы приземлились на траве прямо перед коттеджем. Драконица грациозно изогнула шею, и я, с благодарностью погладив серебристую чешую на прощание, соскользнула по роскошным чешуйкам на землю.

— Что? — коротко спросил Рэй, когда Хат приблизился.

— Скорее уж кто. — Голем выглядел мрачным. — Пришло сообщение от Зеро. Леди Алетта забирает твои артефакты, хозяин. С императорским указом не спорят.

Глаза Рэя сузились.

— Кажется, — с расстановкой произнёс он, — пришла пора возвращаться в Академию.

— А мне пора воплощать свой план, — негромко сказала я.

Рэй повернулся ко мне.

— Ты ведь тоже подозреваешь Алетту, как и я, — задумчиво сказал он. — И что ты будешь делать? Набиваться к ней в друзья?

Я покачала головой:

— Это будет выглядеть слишком очевидно. А вот лорд Нил был близким другом моего отца. Вряд ли отец решился бы занять его тело, но кем бы он ни был, отец заметит, если мы с лордом Нилом… подружимся.

Рэй хмыкнул:

— И с чего ты думаешь, что лорд-хранитель Академии вообще будет с тобой разговаривать?

Я посмотрела на телепорт. Из-за деревьев вышло солнце, и золотые лучи пронизали белую дымку, наполняя её живым утренним золотом.

— Я знаю его слабое место, — наконец сказала я. — Он потерял друга. А я заинтересовала его, иначе он не помог бы мне принять присягу. Я это использую.

— А ещё тебе действительно хочется с ним подружиться, — проронил Рэй. — Ведь я для тебя — слишком непостоянная компания. А в друге отца есть что-то успокаивающее, правда?

Он остро взглянул на меня:

— Лорд-хранитель не вне подозрений. Никто не вне подозрений, Фаэль. Твой отец может оказаться за любой маской. И если ты об этом забудешь, нашей операции конец. Тебе достаточно будет оговориться один раз, чтобы Маркус Рише в очередной раз сменил лицо и сбежал. Или убил нас обоих, едва мы окажемся вне защиты Академии.

— Я знаю, — тихо сказала я.

Мы долго-долго смотрели друг на друга. Наконец Рэй наклонил голову:

— Тогда действуй. А мне пора отвоёвывать артефакты.

Артефакты. Парные артефакты-восьмигранники, скованные короткой молнией. Я вдруг ясно вспомнила рассказ Рэя о парном артефакте, который он уничтожил, и свой собственный защитный артефакт, рассыпавшийся в пыль в ту же ночь.

«Сейчас или никогда», — мелькнуло в голове.

— Рэй, — произнесла я. — Ведь артефакт, который ты использовал в ночь переворота, был парным, да? И второй артефакт был у меня.

Рэй спокойно выдержал мой взгляд.

— Да.

— И… что это означает?

— Что твой отец расскажет тебе об этом. И почти наверняка скажет неправду.

Я подняла бровь:

— Тогда, может быть, ты расскажешь мне правду первым?

— Даже не подумаю. — Губы Рэя изогнулись в насмешливой улыбке. — Впрочем, ты ведь и так знаешь, что агент имперской разведки способен на всё, верно?

Мгновение он смотрел на меня. А потом в его глазах появилось совсем другое выражение.

— Помни, что Маркус Рише уже сделал нам предупреждение, — негромко сказал он. — Второго не будет.

И шагнул к дому.

Глава 24

Леди Алетту я так и не увидела.

Рэй сказал, что разберётся сам, и справился блестяще: Хат, которого я встретила во Втором Архивариате на следующий день, ехидным тоном сообщил, что артефакты остались в единоличном владении Рэя. Официально фаворитку императора отстранила от расследования сама леди Финхалас, правящая леди и формальная глава имперской разведки, и с отстранением леди Алетты императорский указ потерял силу. Взгляды леди Финхалас были весьма консервативными, и любовниц, которые мешали повторной женитьбе императора Сарффа, она не терпела.

А повторный брак императору и впрямь был нужен. Мать принца Тиара он вышвырнул из дома за измену много лет назад, и леди Тиаде Сарфф умерла семь лет назад в отдалённой провинции, когда её муж был ещё правящим лордом. У императора не было других детей, по крайней мере законных: по слухам, после развода он испытывал к браку лишь отвращение.

Ходила сплетня, что леди Алетта мечтала сделаться следующей императрицей и родить императору сына, который мог бы стать наследником, впади принц Тиар в немилость. И, похоже, леди Алетта была на пути к заветной цели: она получила-таки императорский указ, пусть он и оказался бесполезен.

А у меня наконец-то начались занятия.

Изнурительные физические тренировки следовали через день. Я уже не обращала внимания на неуютную общую спальню: я падала в постель в полуобмороке. Мне едва хватало сил на то, чтобы поесть и вымыться.

— Я смотрю, ты уже освоилась, — заметила Вейра, когда я в очередной раз рухнула на кровать.

— А я слышала, ты замолвила за меня кое-кому доброе словечко, — пробормотала я, не открывая глаз.

— Пока у тебя такой красивый наставник, выгодно с тобой дружить, — хмыкнула Вейра. — Но дело в другом: у нас в семье принято друг другу не врать. Ты умудрилась принять присягу, найти союзников, чтобы выстоять день у позорной стены, и ты всё ещё в Академии. Кто я такая, чтобы не поаплодировать?

Я прищурилась, глядя на неё:

— А сейчас ты говоришь мне правду, чтобы я оценила твою искренность и забыла о том, что ты всё-таки хочешь воткнуть нож мне в спину?

— Угу.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Интересная у нас будет дружба, — пробормотала я. — Раз других друзей у меня, похоже, не предвидится, а ты будешь пытаться меня подловить по двадцать раз на дню.

— Пользуйся.

Я лишь вздохнула.

В остальном мы с Вейрой мы почти не пересекались: наши расписания не совпадали, и я подозревала, что к этому приложил руку Рэй, чтобы дать мне такую желанную и долгожданную свободу. Увы, сам Рэй меня полностью игнорировал: я не видела его с тех пор, как мы вернулись в Академию. Даже занятия по обращению с простейшими боевыми и исцеляющими артефактами вела мастер Лашарта, и ничего интересного я там для себя не нашла: отец учил меня обращаться и с теми, и с другими.

Но тем лучше. Это значило, что за мной никто не следил и никто не приглядывал и я наконец смогу осуществить первый шаг своего плана. Совсем простой.