Все, что мне нужно - Э. Сальвадор

Нам не следует быть в художественной студии в субботу в 23:00, но Дариус и ассистент профессора Гарсии, Маркус, «чрезвычайно близки». Они познакомились в прошлом году, когда оба записались в качестве моделей на курсы рисования фигурок, чтобы подзаработать. С тех пор они были близки. Парни не навешивают ярлык на свои отношения, но эксклюзивны.

— Я серьезно не понимаю, почему бы просто не стать живым художником на полную ставку. Тебе не нужна степень, чтобы определить, насколько ты талантлива.

Я ерзаю на табурете, снова обращая внимание на мольберт. Я прикусываю внутреннюю часть щеки, глядя на наполовину нарисованный холст, пока в глазах не затуманивается, и все, о чем я могу думать, это о родителях.

Они не верили, что я чего-нибудь добьюсь, и не верили, что когда-нибудь получу ученую степень. Знаю, что потенциально могу добиться успеха, рисуя живые картины на постоянной основе, но их вера в то, что я неудачница, тормозит меня.

— Хорошо иметь план «Б», — отвечаю, пожимаю плечами и надеюсь, что он не заметит напряжения в голосе. Трудно сдерживать боль, когда каждый раз, когда я думаю о них, сердце замирает. — Я не могу гарантировать, что у меня всегда будут клиенты. У меня их почти нет.

— Так и должно быть. План «Б» обязателен. Если у меня не будет собственной студии, мой план «Б» — продавать фотографии ног. Если все остальное не поможет, по крайней мере, я знаю, что у меня красивые ноги.

Я смеюсь, зная, что он говорит на сто процентов серьезно, но также знаю, что он слишком талантлив, чтобы что-то у него не получилось. Помимо того, что Дариус талантливый художник, он также отлично умеет лепить.

— Дай знать, как это произойдет. Возможно, мне придется присоединиться, — шучу я, может быть.

Несмотря на то, что наша квартира дешевая и безопасная, поездка по часу туда и обратно почти каждый день утомляет. Помимо этого, я чувствую себя виноватой из-за того, что Каре и Дейзи приходится это делать, только потому, что я не могу позволить себе переехать поближе к кампусу.

— Я сомневаюсь, что тебе придется это сделать. Уверен, что все получится.

Заглянув через плечо, я обнаруживаю, что он уже смотрит на меня, улыбаясь. Отвечаю на улыбку, чувствуя, как боль в груди растворяется.

— Не пытаюсь сменить тему, но ты уже решила, какой костюм наденешь на следующей неделе?

— Вроде того…

Дариус прорезает пространство между нами своей палитрой и кистью в руке. Он сияет, в его голосе чувствуется волнение.

— У тебя есть костюм. Ты должна сказать мне, что это, — сияет Дариус, в его голосе чувствуется волнение.

Дейзи настолько непреклонна, что я надену это платье, но все еще не уверена, что смогу его снять.

— Может быть, у меня есть один наряд.

— Хорошо, и? — нетерпеливо спрашивает он.

— Но я все еще думаю.

Дариус ворчит, морща нос.

— Хэллоуин на следующей неделе. Все костюмы, наверное, разобраны, если только ты не сделаешь что-нибудь своими руками.

Я могла бы просто надеть костюм, который купила Дейзи. Просто надеюсь, что не пожалею об этом.

— Я уверена, что что-нибудь придумаю.

— Я уверен, что бы ты ни надела, будет горячо, — он возвращается туда, где находится его холст, и садится на табуретку. — Ну и как сегодня все прошло с папочкой твоего малыша? Думаю, хорошо, поскольку ты немного опоздала.

Я не ожидала, что ТиДжей останется надолго, учитывая, что сегодня вечером он встречается с Алексией. Хотя если бы мне пришлось догадываться, я уверена, что он уже с ней.

— Ты можешь просто произнести его имя, — говорю я, но это бессмысленно.

Кажется, что все любят говорить «папа» вместо его настоящего имени.

— И да, все прошло… хорошо.

Хорошо — это мягко сказано. Это было нечто большее. Было такое ощущение, будто я разговариваю с кем-то, кого давно знаю. Пока не увидела его телефон и не осознала, что чувствую себя слишком комфортно и на самом деле не знаю ТиДжея.

Не могу поверить, что я добровольно согласилась надеть это.

На самом деле, мне не стоит удивляться, что Дейзи каким-то образом убедила меня надеть платье, а Кара убедила обуть каблуки. Не то чтобы я против всего этого, но знаю, что мы вернемся домой очень поздно, а это значит, что у меня будут болеть ноги.

Поскольку родители Дейзи не видели Феникса с августа, они решили приехать и позаботиться о нем в эти выходные. Если бы это был кто-то другой, я бы этого не сделала, но он вырос вместе с ними, и я им доверяю.

— Прекрати это!

Кара кричит мне в ухо из-за громкой музыки, раздающейся по всему «Ликвид». Она отбрасывает мою руку, когда я в сотый раз за вечер пытаюсь одернуть подол платья.

— Я обещаю, если ты не наклонишься, никто ничего не увидит.

Я пристально смотрю на нее.

— Это заставляет меня чувствовать себя намного лучше.

Кара одета как Шторм из «Marvel». Несмотря на то, что на ней черный латексный комбинезон, а ее задница практически вываливается из костюма, накидка, накинутая на плечи, закрывает ее.

Она пренебрежительно машет рукой, как раз в тот момент, когда бармен ставит перед нами три рюмки.

— Вот, выпей это. Это поможет тебе расслабиться.

Она протягивает мне и Дейзи наши напитки.

Дейзи одета как греческая богиня. Бюстгальтер и короткая юбка, которые она носит, покрыты золотыми перьями, которые Дейзи сделала сама.

— Улыбнись, Ло, я имею в виду Джессика Рэббит, — улыбается Дейзи, ее взгляд скользит вниз по моему телу и обратно вверх. — Я знала, что это будет хорошо смотреться на тебе.

Несмотря на то, сколько раз Кара и Дейзи убеждали, что я выгляжу сексуально, я все равно чувствую себя немного неловко. Мои бедра натираются, а живот определенно не такой плоский, как у настоящей Джессики Рэббит.

— Я улыбаюсь. Я просто пытаюсь быть уверенной, что случайно ничего не оголю.

Я отказываюсь опускать платье. Сколько раз этого ни делай, оно все равно поднимается.

— Эй, это может принести нам бесплатные напитки.

Её непринуждённый тон дал мне понять, что она не будет против, если я возьму этот удар на себя.

Меньше всего мне хочется хвастаться своей задницей, но я бы не отказалась от бесплатной выпивки.

О чем, черт возьми, я думаю? Точно нет.

— Но даже если бы кто-нибудь что-нибудь увидел, они бы все забыли. Посмотри на них.

Она машет рукой на толпу людей, занимающих каждый дюйм пространства внутри «Ликвид».

— Они все либо пьяны,