Упрямая. (Не)пара для волка - Кира Райт

Потому что мне показалось, что он сейчас на меня набросится. Инстинктивно прикрыла живот и немного сгруппировалась, ожидая нападения, даже глаза зажмурила. Но ничего не происходило. Что, бить не будет? Открыла один глаз, потом второй. Атман стоял и с огромными глазами смотрел на руки на моём животе.

– Как ты… ты же не его пара… – наконец созрел он.

– Какое тебе дело, пара не пара.

– Но это же невозможно…

И его реакция только ещё больше укрепила во мне веру, что ничего он мне не делал ни сам, ни с чьей-то помощью. Надо бы это как-то выяснить…

– Вот видишь, я может уже в прошлый раз была в положении, а у тебя ни капли мужского достоинства, раз воспользовался беззащитной слабой девушкой…

– Дура! Я не трогал тебя!

– Говорил же…

– Я не трогал!

Даже не знаю, почему он так всполошился. Его прям трясло уже. Вид был такой, словно только что эта новость вышибла его из колеи, поломала все планы и разрушила планы на будущее. Ну не из-за нашей неудавшейся свадьбы же он так нервничает…

– А, ну не ты…

– К тебе никто не прикасался! Я хотел, чтобы он озверел, совершил ошибку и полез к нам! Но ты не сказала. Ведь не сказала? Иначе прискакал бы как миленький.

Тогда…значит… я присела на кресло. Значит это и правда ребёнок Эмина! Небо! Так я была права! Я БЫЛА ПРАВА! Отец моего лисёнка – Эмин! Мой замечательный, самый лучший на свете Эмин! Я же знала! Знала!

И тут в голову пришла вторая мысль. Если мой бывший жених оказался таким благородным, что не трогал, но не настолько благородным, чтобы сказать мне правду, то какого лешего он делает в нашем доме сейчас? Что за новый дурацкий план? И не может ли он навредить моему малышу… Вновь встала, оказываясь с ним почти на одном уровне.

– Так что ты тут забыл, скажи на милость? – и тут же повернулась к одному из его прихвостней, решившему открыть дверцу шкафа, за которой я хранила нижнее бельё. – А ну-ка закрыл быстро!

Того от шкафа как ветром сдуло, а Атаман приподнял брось, оглядывая меня с ног до головы. С каким-то сожалением.

– Ты дар речи потерял? Я кого десятый раз спрашиваю? Пришли тут, натоптали.

Вздохнула. Эмину снова полы мыть…Ну а что поделать? Я везде убирать готова, стирать, даже, так и быть, готовить, но полы мыть ненавижу! А он такой добрый, что согласился делить обязанности по дому поровну.

– Мы за тобой пришли, но кто ж знал, что ты…того.

– Того, – не удержавшись передразнила я, а в его глазах вновь вспыхнули опасные огоньки.

Но почему-то мне прям вот хотелось вывести его из себя, побесить. Еле сдерживалась. Но он и без слов это чувствовал, судя по неприязни на лице. А ведь мог бы быть симпатичным, если бы не этот злобный оскал…

Ой. Вслух сказала.

– Твоему «альфе» понравится, что ты считаешь меня симпатичным.

– Я просто люблю собак, – сдула я со лба выбившуюся из причёски прядку. И он опять понял мой намёк, набычившись.

– Жаль, беременных самок мы не трогаем, иначе бы тебе…

– Сам ты самка. Понял?

Я даже шаг вперёд сделала, явно нарываясь на неприятности. Да что это со мной? Прям хочется… Мамочки. Опять зубы чешутся. Только того, хорошего, волка хотелось кусать, заставляя себя любить, а этого, злого, поддавая пинка в зад с лестницы. Атаман вопреки моим ожиданиям, сделал шаг назад от меня. Это он так сдерживается, чтобы мне не наподдать за то, что язык без костей, или правда побаивается?

– Слушай, а что вы вообще делите? К чему это всё?

Ну правда. Волки же и волки. Барсы там. Кто ещё бывает. Живут вон себе тихо, мирно. Чего надо-то? Мало того, что люди их терпеть не могут, так ещё и меж собой враждуют. И вновь несостоявшийся жених ответил на мой вопрос вместо того, чтобы послать.

– Территорию.

– А разве нельзя жить на ней вместе? Почему обязательно нужно воевать?

– Тебе не понять.

– Знаешь, если ваша вражда унесла жизнь хотя бы одного человека или оборотня, то она уже этого не стоит. Вот ты ворвался ко мне, напугал, – Атаман усмехнулся, давая понять, что не заметил по моему поведению, как сильно я напугана, но я уже вошла в роль, – а разве я виновата хоть в чем-то? Что лично я и мой малыш сделали тебе и твоей стае?

– Вы принадлежите чужакам.

– И только? Это повод ломать чью-то жизнь? Ты правда так думаешь?

– Не учи меня жить, невестушка.

– Я не твоя невеста.

– Вот именно, ты мне никто, чтобы лечить меня, – огрызнулся он. И вдруг издал такой звук… Ну вроде как ему всё надоело и сил больше нет. – Как же вы задолбали со своими…то одна, то другая! Чтобы я ещё раз связался с девками…

– Ну кто ж виноват, что ты себе ровню ищешь, чтоб воевать? Сюда небось не завалился со своими… друзьями, пока тут Эмин был, ко мне же одной пришёл, смельчак.

– Ты, кажется, совсем забываешься! – он угрожающе двинулся ко мне, что на самом деле немного испугало.

– Стой, где стоишь! – крикнула ему, и на удивление обнаружила, что правда стоит. Надо же. Какой послушный оборотень. Только вот матом ругается, но стоит.

А потом вдруг отмирает и отдаёт одному из своих команду подержать меня, я даже не успела пикнуть, как тот со спины прижал к себе и рот заткнул толстой ручищей. Да он её не мыл ещё, наверное, с детства! Мало ли какие там микробы! А он мне ей рот затыкает! Но пока я решалась укусить, Атаман вынул из кармана телефон и сделал пару фото, сразу кивнув этому невоспитанному мужлану, чтобы пустил меня. Изловчившись, пнула его в пах и отскочила к двери.

– Не смейте. Меня. ТРОГАТЬ! – прорычала я, отчего все мужчины в комнате почему-то пригнулись.

Но тут дверь слетела с петель и в квартиру влетел Эмин.

– Ты жива? Что с тобой сделали?!

Он начал осматривать меня, вертеть, обнюхивать, а в любимых серых глазах плескался страх. Я впервые видела его таким. Но стало так приятно и спокойно на душе. Он за меня беспокоится. Он меня любит…

Нашу идиллию разрушил этот мой бывший невоспитанный жених:

– Ты бы её в