Шепот ветра - Элизабет Хэран

— О растительности?! — Габриель не мог поверить своим ушам.

— Да, я люблю готовить, и хотела бы узнать, есть ли здесь какие-нибудь растения, которые я могла бы использовать. В это так трудно поверить?

Габриель хотел ответить, что ему трудно поверить вообще всему, что она говорит, но придумал ответ получше.

— Нет, конечно нет. Просто раньше вы вообще не проявляли интереса к острову, поэтому я немного удивлен.

— Мне стало скучно. Здесь нечего делать. Так есть у вас книги об этом или нет?

— Да, есть.

Хотя Габриеля и поразил внезапный интерес итальянки к местным растениям, он был доволен, что теперь у нее на уме будут не только они с Сарой.

— Хорошо, тогда вы дадите их мне, vero? — Карлотта улыбнулась.

— Сейчас?

— Si, сейчас. Я пойду с вами.

Габриель вздрогнул. Он никак не мог привыкнуть к тому, как бесцеремонно и напористо итальянка ведет себя. Он взял канистру с маслом и направился домой, а Карлотта последовала за ним. Дома он отобрал для нее три книги. Одна из них была написана профессором Джеймсом Лалли, ботаником из университета Нью-Саус-Уэльс. Эта книга сразу же понравилась итальянке.

— Здесь много иллюстраций, с помощью которых можно легко определить растения на острове, — сообщил Габриель.

Карлотта улыбнулась и быстро ушла, оставив Габриеля в раздумье.

Через час Габриель направился на ферму Финнли, надеясь встретить Сару. Они не разговаривали с тех пор, как она прочла письмо мисс Амелии Дивайн, Габриель тревожился.

Постучав по открытой двери большого дома, Габриель увидел, как Эван сидит за столом с Майло на коленях. Рядом с ними были Джесси и Молли. Амелия мыла тарелки после завтрака, а Сисси вытирала их.

— Входи, Габриель, — позвал Эван.

— Доброе утро, — поздоровался Габриель, войдя в дом.

Его взгляд был прикован к Амелии. Габриель видел, как напряглась девушка, когда Эван произнес его имя. Она не обернулась, чтобы поприветствовать его.

— Садись, — пригласил его к столу Эван — Сара приготовит тебе чашку чая.

— Нет, спасибо, Эван. Я только что пил чай.

Не обращая на него внимания, Амелия быстро пошла к двери. Сердце Габриеля болезненно сжалось.

Через полчаса Габриель подошел к огороду. Амелия копалась в земле, стоя на коленях. По тому, как яростно и методично девушка пронзала и переворачивала землю, Габриель понял, что она не рада его видеть.

— Вы продолжаете избегать меня, — проговорил он.

Она не ответила.

— Мои чувства к вам не изменились, Сара. И не изменятся, — добавил Габриель.

На мгновение Амелия перестала копать, но не посмотрела на него. Казалось, она собирается с мыслями, чтобы ответить. Амелия хотела сказать ему, что недостойна его чувств, но вместо слов к горлу подкатил ком. Она покачала головой, и слезы заблестели у нее на глазах.

— Вы заблуждаетесь. Я ужасный человек, — прошептала Амелия. — Забудьте обо мне. — Она поднялась и пошла прочь.

— Я не смогу забыть о вас… это все равно что забыть, как дышать, — произнес ей вслед Габриель.

Амелию тронули его слова, и она повернулась к нему. Слезы бежали у нее по щекам.

— Я не достойна вас. И никогда таковой не стану.

— Разве не мне это решать, Сара?

— Вы знаете меня слишком мало, и очевидно, что это не истинная я. Девушка из того письма — настоящая… она эгоистичная… она чудовище.

— Нет, Сара.

— Признайте это, Габриель, и держитесь от меня подальше. — Амелия повернулась и поспешила прочь, задыхаясь от нахлынувших на нее чувств. Она любила этого мужчину, и то, что она разрывала их отношения, похоронив надежду на совместное будущее, разбивало ей сердце. Но она должна была это сделать ради Габриеля.

Габриель хотел догнать и остановить Сару, но подумал, что сейчас лучше будет отпустить ее. Ей нужно побыть одной. Он лишь молился, чтобы девушка изменила свое мнение о себе, поняла, что она хороший человек. Он скорее вырежет себе сердце, чем забудет ее.

Кингскот

— А где Амелия? — спросил Чарльтон, когда его жена утром вошла на кухню.

— Полчаса назад она уехала в город, — ответила Эдна.

Чарльтон выглянул во двор через дверь черного хода и увидел там лошадь.

— Она захотела пройтись.

— Одна? — спросил он сурово.

— Да. Она настояла на этом.

Чарльтон собирался еще что-то сказать, но тут раздался стук в парадную дверь. Он пошел открывать, вернулся несколькими минутами позже с конвертом в руках.

— Кто приходил? — спросила Эдна.

— Мальчик доставил послание. — Чарльтон пробежал записку глазами. — Это от Брайана Хаксвелла. Сегодня утром он прибыл сюда на пароходе. Устроился в отеле «Озон». Видимо, он сильно страдал от морской болезни, поэтому сегодняшний и завтрашний день ему потребуется, чтобы прийти в себя. Он просит, чтобы я пришел с Амелией в отель в пятницу в десять.

— Не знаю, когда она вернется, но у меня такое чувство, что Амелия ушла, чтобы не встречаться с мистером Хаксвеллом. Она знала, что он должен приехать со дня на день.

К обеду Сара вернулась. У нее было на редкость хорошее настроение, что удивило Эдну и Чарльтона.

— Что ты делала в городе, дорогая? — спросила Эдна, гадая, стоит ли говорить, что Брайан Хаксвелл уже прибыл в Кингскот.

Сара действительно насладилась одиночеством и свободой. Она гуляла одна, впервые за много лет, и это было здорово.

— Я прошлась по магазинам, а затем выпила чаю в отеле «Озон», — рассказала Сара. Удивленные взгляды Эдны и Чарльтона смутили ее. — Что-то не так? — спросила она.

— Мы только что получили записку от Брайана Хаксвелла, — начал Чарльтон. — Он остановился в этом отеле и хочет видеть нас в пятницу утром.

Сара побледнела. Отель «Озон»! Что, если она встретила его? Конечно, она не знала, как он выглядит. Но и он не узнал бы ее, ведь она не Амелия Дивайн.

— В пятницу? — переспросила она.

— Он не хочет встречаться раньше, так как путешествие с Большой земли оказалось слишком тяжелым. У Брайана были сильные приступы морской болезни, и ему нужно несколько дней, чтобы поправиться.

Сара побледнела и без сил откинулась на спинку стула. В ее голове замелькали ужасные картины.

— Что случилось, Амелия? — заволновалась Эдна. — Почему ты не хочешь видеть мистера Хаксвелла?

— Просто не хочу, — бросила в ответ Сара. Она посмотрела на Чарльтона. — А вы сказали, что я могу его не видеть, дядя Чарльтон.