Женитьба повесы - Кристина Кук

– Так он покаялся в грехах, не правда ли?

– Тебя это не касается, но тем не менее. Муж не имеет от меня тайн. Я отлично знаю, сколько он проиграл.

– Меня поражает, что ты восприняла новость так спокойно. Ведь он, разумеется, очистит землю от арендаторов. Я имею в виду Миффина, конечно. Тем более что это совсем рядом с твоим возлюбленным Гленброхом.

Сердце замерло в груди Бренны.

– О чем ты говоришь?

Хью достал часы, щелчком откинул крышечку и внимательно уставился на циферблат.

– Или, может быть, ярость по поводу огораживания была показной? Теперь ты стала английской виконтессой и тебя не слишком заботит, что будет с твоими бывшими соотечественниками и их землей. Может даже, в один прекрасный день ты тоже решишь отдать землю под овец. – Он захлопнул крышку часов, сунул их в карман и посмотрел Бренне прямо в глаза. – Не сомневаюсь, твоему мужу деньги будут кстати, – добавил он.

– О чем ты говоришь, Хью? – спросила леди Данвилл. – Мне казалось, ты просто решил помириться с сестрой.

– Возможно, если она поймет, что я с самого начала верно судил о ее муже. Тогда мы могли бы забыть наши разногласия. Жаль только, что она не слушала меня раньше, пока не стало слишком поздно.

Наконец Бренна обрела способность говорить, хотя ее голос предательски дрожал:

– Хью, понятия не имею, о чем ты. Полагаю, тебе следует рассказать все без обиняков. Впрочем, не сомневаюсь – это будет очередная ложь.

– Если бы! Если тебе мало моих слов, спроси кого-нибудь еще. В любом случае, – сказал Хью, зловеще улыбаясь, – говорят, что, помимо денег, новоиспеченный виконт Розмур поставил на кон кое-что из недвижимости в Шотландии. Точнее, землю, которую, в свою очередь, недавно выиграл в карты у маркиза Хэмптона.

Бренна судорожно вздохнула.

– Нет, – прошептала она. Хью кивнул:

– Да, поставил и проиграл. Очень легкомысленно с его стороны. Земля теперь принадлежит Гарольду Миффину, а он, как известно, человек решительный и весьма корыстный. – Хью беззаботно взмахнул рукой. – Если у вас с мужем нет секретов друг от друга, то я не рассказал ничего нового. Ты, конечно, и так уже знаешь.

Неужели правда? Разум отказывался верить. Не впервой Хью клеветать на Колина. Она не повторит прежней ошибки и не отвернется от Колина, выслушав от брата очередную ложь.

Бренна встала, высоко держа голову.

– С вашего позволения, леди и лорд Данвилл. У меня сегодня много дел в Розмур-Хаусе.

Она не удостоила взглядом Хью.

– Тебе обязательно нужно спешить домой? – спросила леди Данвилл. – Мы даже не выпили чаю! У нас чудесные заварные пирожные.

– Как-нибудь в другой раз, – пробормотала Бренна.

– Ну, если тебе так уж необходимо идти, я провожу тебя, – сказал лорд Данвилл, подавая ей руку.

Бренна с благодарностью приняла его поддержку. Ее пальцы все еще дрожали.

– Желаю приятного дня, – сказала она, кивнув на прощание матери.

Вскоре она шла домой, в Розмур-Хаус, неслась быстрыми шагами, так что Селеста взмолилась:

– Прошу вас, госпожа, пожалуйста, помедленнее! Что подумают люди? Вы бежите, словно за вами гонятся.

Бренне пришлось остановиться и довольно долго ждать, пока Селеста ее нагонит.

– Мне все равно, что подумают люди.

Она опять пустилась почти бегом. Каблуки ее туфель выбивали дробь из мостовой в унисон с бешено колотящимся сердцем. Это неправда, повторяла она снова и снова. Не может быть правдой!

Раскрасневшаяся, вконец запыхавшись, она вбежала в дом и обнаружила в передней Джейн.

– Вот и ты наконец, – сказала она. – Колин с тобой?

– Нет, а почему ты спрашиваешь?

– Он пришел домой с час назад, на нем лица не было. Спросил про тебя, и мама сказала, что Данвиллы пригласили тебя на чай. Клянусь, Бренна, он побелел, как мертвец, потом, как безумный, выскочил, чтобы разыскать тебя. Не хочу показаться излишне любопытной, но все же...

– Прости, Джейн. Но я не могу говорить об этом, пока не увижусь с Колином.

– О Боже, – простонала Джейн, заламывая руки. – Боюсь даже предположить, что мой братец натворил на этот раз. Надеюсь, все обойдется.

– Надеюсь. Не тревожься, Джейн. Мы пока ничего не знаем.

В этот момент парадная дверь хлопнула, и женщины вздрогнули от неожиданности. В переднюю ворвался Колин. Увидев Бренну, да еще в обществе сестры, он застыл на месте, не сводя взгляда с лица жены. Выглядел он ужасно. Волосы взлохмачены, галстук съехал набок. Хуже всего было выражение его лица – чернее тучи, взгляд виноватый. Бренна сразу все поняла. Она воскликнула:

– Нет, Колин! Пожалуйста, скажи. Это ведь неправда!

– Значит, Баллард сказал тебе...

– Что он ей сказал? – вмешалась Джейн. – Колин, что происходит?

– Да! Он рассказал мне ужасную новость, и я сначала не поверила. Но сейчас...

Бренна находилась на грани отчаяния. Она отчетливо читала на его лице, что он повержен, уничтожен, не смеет смотреть ей в глаза.

– Значит, это правда.

– Джейн, – сказал Колин твердо, – если позволишь, мне бы хотелось поговорить с женой с глазу на глаз.

Поколебавшись минуту, Джейн кивнула и вышла, не говоря ни слова. Бренна закрыла глаза. Разочарование причиняло ей почти физическую боль. Ложь, кругом одна ложь! Он клялся в искренности, прекрасно зная, что солгал снова. Он нарушил клятву, и чего ради? Чтобы сыграть партию в карты. Будь у него хоть немного совести, он бы признался, прежде чем... Ее щеки вспыхнули. Невыносимо было стоять тут и смотреть на него, вспоминая, что произошло между ними ночью. Нежные слова, которые он ей говорил, когда они были вместе.

Наконец она открыла глаза. Колин внимательно рассматривал ее лицо, и взгляд у него был твердый и решительный.

– Как ты мог, Колин?

– Я был слишком пьян и не соображал, что творю.

– Нет. Это не оправдание. Дело не в выпивке. Ты лицемер, – выпалила она. – Проклятый лицемер, который осмелился обвинять меня в недоверии.

– Ты спросила, как я мог сделать подобное, и я ответил со всей прямотой. Я даже не знал, что натворил, пока Найджел не рассказал мне.

– А ты понимаешь, что натворил, хотя бы сейчас? – Бренна сама поразилась, как резко звучит ее голос. – Понимаешь? Он ведь отдаст землю под огораживание. Людей выгонят из собственных домов. Я писала им в письме, что им нечего больше бояться, что ты обещал мне, а теперь вижу, что ты оказался обманщиком. Люди верили мне, Колин. А теперь мой муж, мой собственный муж... – Она повторила еще громче: – Мой муж сделал так, что они потеряют дома и землю.

Бренна без сил привалилась к стене, чувствуя, что вот-вот упадет.