Я люблю Капри - Белинда Джонс

— Когда она вернулась? — спрашиваю я по возможности непринужденно.

— Утром. Она хотела сделать ему сюрприз, но, по-моему, у нее не получилось! — радостно фыркает мама. — Она забеспокоилась, узнав, что Люка будет ночевать с тобой, но я сказала, что, когда она с тобой познакомится, то поймет, что не стоит волноваться.

— Большое спасибо!

— Я совсем не то имела в виду! — говорит мама. — Я сказала, что она с первого взгляда поймет — ты не из тех девушек, которые могут завести интрижку с женатым мужчиной. Я ей рассказала, как строго ты осуждаешь такие вещи.

Мамино лицо меняется на долю секунды, и я понимаю, что она думает: «Как строго ты осуждаешь меня».

У меня сжимается сердце. Я обнимаю маму. Мне хочется ее утешить. И спрятать от нее лицо.

— Марио вечером очень за тебя волновался, — говорит мама. — Нужно пойти и выпить у него по коктейлю, чтобы он знал, что ты вернулась в целости и сохранности.

Я вздыхаю. Мне сейчас и думать страшно о том, чтобы наряжаться к ужину. Все бы отдала за разогретый в микроволновке готовый ужин перед телевизором.

— Быстренько переодевайся. Поужинаем в отеле и пораньше ляжем спать. Как тебе такой план?

— А как же Платиновый Блондин?

— Сегодняшний вечер я хочу провести с тобой, — улыбается мама. — Ас ним мы увидимся завтра. Тайлер приезжает после обеда — в девять вечера мы ужинаем в его отеле.

У меня вытягивается лицо. Совсем забыла об этом нелепом «свидании вслепую».

— Все будет замечательно! Слушай, а может, зайдем сначала в «Квизизану» выпить по коктейлю перед ужином — так мы за один вечер посетим оба пятизвездочных отеля на этом острове!

— Великолепно, — говорю я, но мне не удается разбудить в себе энтузиазм.

Между мной и Тайлером ничего не произойдет, но все-таки я чувствую себя предательницей по отношению к Люка из-за того, что ужинаю с сыном Платинового Блондина. Вечер будет полон пустой болтовни и тихих маминых замечаний, от которых я буду краснеть. И уж конечно, мне не удастся потихоньку ускользнуть, чтобы побыть с Люка, даже если у него подобная возможность появится. Я не хочу расставаться с воспоминаниями о нем. Его прикосновения…

— Ким!

— Что? — огрызаюсь я, обозленная, что мои воспоминания так бесцеремонно прервали. Однако следом я вспоминаю наш с Люка разговор в автобусе и с улыбкой открываю дверь в ванную. — Извини, мам, что ты сказала?

— Я просто проверяла, пошла ли ты в душ — уже девятый час!

— Я быстро! — щебечу я. возвращаюсь в ванную и нехотя снимаю шляпу.

Двадцать минут спустя мы выходим из лифта. Маму тут же отзывает в сторону менеджер отеля, а я подхожу к бару.

— А! Добро пожаловать! Ты вернулась! — сияет Марио. — Мы скучали по тебе.

Я с улыбкой вспархиваю на барный стул. При виде Марио мне почему-то становится спокойнее.

— Я тоже по тебе скучала, — вру я.

— Ну как, понравился тебе Равелло?

— По-моему, это самое прекрасное место на земле, — улыбаюсь я.

— Даже в дождь?

— Да!

Марио недовольно кивает.

— Твоя мама говорила, что управляющий вашего магазина отправился тебя спасать…

Я стараюсь не выглядеть виновато.

— Да.

— Хм-м-м, — Марио с подозрением меня разглядывает. — По-моему, ты ему нравишься.

— Он женат, — говорю я. стараясь сбить его со следа.

— Это ничего не значит, — пожимает плечами Марио. — Я тоже женат.

— Ты женат? — Я разеваю рот от удивления.

— Ну, я уже десять лет живу с одной женщиной, а это то же самое.

Я несколько озадачена. Марио так откровенно ко мне приставал, что мне и в голову не приходило, будто у него есть какая-то женщина.

— И она знает, что ты за фрукт?

— Что я за фрукт? — Марио озадачен.

— Она знает про других твоих женщин?

— Она знает, что я ее люблю и что я ее не оставлю.

— А ты ее любишь?

— Конечно. — Впервые я вижу в глазах Марио искренность.

Я в замешательстве.

— Но зачем тогда тебе другие женщины?

— Всегда приятно прикоснуться к новому телу, — говорит он. — И… Синьора! — Марио приветствует маму, которая в этот момент входит в бар.

Я беру коктейль, который Марио мне приготовил, и выпиваю его одним махом. Неужели в наши дни никто больше не влюбляется раз и навсегда в одного-единственного человека? Когда мы были с Люка, я чувствовала себя особенной, единственной, а сейчас я как будто оказалась на грязной вечеринке, где все бегают с завязанными глазами, а потом занимаются сексом с первым, на кого наткнутся.

Так или иначе, но я переживаю и ужин, и следующую за ним ночь. Мне нужно многое обсудить с мамой, но сегодня я не могу думать ни о чем другом, кроме того, что через несколько часов я увижу Люка.

Утром я убегаю еще до завтрака, сказав маме, что иду фотографировать Пьяццетту, пока там не появились толпы народа, но на самом деле я хочу попасть в магазин раньше нее, чтобы побыть несколько минут наедине с Люка.

Я спускаюсь по Виа Лонгано — от волнения и нетерпения у меня подгибаются коленки. Мне кажется, я с первого взгляда узнаю, что он чувствует: если его глаза заблестят и он поцелует меня, я пойму, что ничего не изменилось и все будет хорошо. Если он станет хмуриться и вид у него будет виноватый, я пойму, что ночь для него выдалась нелегкая и теперь он разрывается между любовью и чувством долга. Если он будет холоден и станет избегать моего взгляда, значит, он принял решение не иметь со мной больше ничего общего и постарается притвориться, что ничего не было.

Я берусь за ручку двери. Закрыто. Я стучу в стекло. Нет ответа. Если я сяду на ступеньки, у меня будет слишком несчастный вид, поэтому я начинаю ходить туда-сюда по улице, притворяясь, что рассматриваю витрины других магазинов. Проходит пятнадцать минут — его нет. В четверть десятого появляется мама.

— Получилось?

Я смотрю непонимающе.

— Фотографии.

— Э там был туман, но кое-что вышло.

Вслед за ней я вхожу в магазин, но не могу найти себе места.

— Может, я пойду принесу всем кофе? — предлагаю я.

— Мы сегодня с тобой вдвоем, — отвечает мама. — Люка позвонил и взял выходной.

— Почему? — не сдерживаюсь я.

— Хочет провести день с женой.