Выходи за меня! - Рита Херрон

– Вчера я говорил с Оглторпом.

Мэдди беззвучно охнула.

– Ты говорил сДжеффом?

– Да, а Ланс и Рид тебе разве не сказали?

– Нет. – Может, поэтому они так странно себя вели? Ее рука снова потянулась к несуществующему колье. – Это по поводу ожерелья, да? Джефф признался? – Она присела на край ванны и уронила голову на руки. – Лансу и Риду все известно?

Чейз покачал головой:

– Какое колье?

– Мое наследство. Я не хотела, чтобы ребята об этом узнали.

Чейз присел рядом с ней, взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза.

– Мы говорим о разных вещах, Мэдди. Что происходит?

– Так они не знают?

– А что они должны знать?

– Что я отдала мамино колье под залог, чтобы получить ссуду для открытия собственного дела.

– Так Оглторп взял у тебя в залог мамино колье? – воскликнул Чейз, не веря своим ушам.

Мэдди кивнула с несчастным видом:

– Я тоже была удивлена, но он сказал, что я сама устанавливаю правила. Я хотела получить официальную ссуду через банк, значит, надо было предоставить что-нибудь ценное в залог. – Мэдди заправила выбившийся локон за ухо. Все-таки хорошо, что она наконец облегчила душу. – Вот почему я так надеюсь на успех. Мне нужны деньги, чтобы начать карьеру дизайнера и выкупить мамино колье.

– Твои братья ни о чем не догадываются, – промолвил Чейз, погладив ее по спине.

Мэдди нахмурилась.

– Надеюсь, что нет. Они будут разочарованы, а я не хочу чтобы братья мною гордились. Это наследство – наше общее достояние. Единственная вещь, доставшаяся мне от мамы. – «Да еще эта забавная книжка с рецептами, которую уж точно не отдашь в залог».

Сердце Чейза сжалось, Мэдди выглядела такой несчастной.

– Я понимаю тебя, Мэд. У тебя была замечательная мама.

– Правда? – промолвила Мэдди.

– Да, намного лучше моей. – Он готов был прикончить Оглторпа за то, что тот забрал у Мэдди драгоценную памятную вещь. Неужели мерзавец надеется, что, если их бизнес потерпит крах, Мэдди обратится кнему за помощью?

Какой извращенный план! Но от этого эгоиста всего можно ожидать.

К несчастью, свои подозрения Чейзу не удастся подтвердить фактами. Проныра научился ловко обделывать свои делишки, прикрываясь гладкими фразами и законом.

По дороге сюда Чейз размышлял, как быть с Оглторпом и Мэдди. Он планировал положить конец их связи до начала смотра, но сейчас он просто не мог ее огорчить. Ей и так нелегко. Она выглядит такой хрупкой и уязвимой...

Ему хотелось ее утешить, но, если он ее обнимет, это неминуемо приведет к тому, чего следует избегать.

Нет, надо набраться решимости и покончить с этим раз и навсегда. Может, рассказать ей освоей матери? Тогда она проникнется отвращением и кнему самому. Чейз набрался мужества, но голос его звучал нетвердо:

– Мэдди, я всегда восхищался твоей мамой. А моя мать меня ненавидела. В тот день, когда она бросила меня, она сказала, что рада от меня избавиться, что я злобный мальчишка и мое место в тюрьме.

– Какой ужас! – Мэдди нежно коснулась его щеки. – Маленькие дети на то и дети, Чейз, что не способны на такую злость.

Все повернулось не так, как он планировал.

Ее нежное сочувствие невольно его растрогало.

– Я говорю тебе это не затем, чтобы вызвать, жалость к себе. Просто ты должна знать, что тебе повезло, что у тебя такая мама. Не беспокойся, смотр закончится, и ты выкупишь колье.

Мэдди улыбнулась, и от этой улыбки по телу его пробежала сладостная дрожь.

– Ты просто чудо, Чейз. – Она обхватила его за шею и прильнула к нему, и ее грудь коснулась его груди. – Я так по тебе соскучилась. И рада, что ты пришел.

Она прижалась губами к era губам, запустила руки в его волосы, и он забыл обо всем насвете. Чейз заключил ее в объятия, тело охватило пламя страсти, требующей утоления. Мэдди выгнулась ему навстречу, царапая ногтями его спину и привлекая к себе, а ее язык скользнул ему в рот.

– Господи, Мэдди, сейчас начнется смотр.

– Мы быстро, – хрипло прошептала она, снимая с него рубашку. – Я хочу тебя, Чейз. Я не могу без тебя.

Ее слова уничтожили последние сомнения, которые имелись у него на этот счет.

– А я хочу тебя, Мэдди. – «Еще один раз». Он покрыл поцелуями ее шек. – Я никогда не пробовал ничего слаще твоего тела.

Она ласкала его грудь, потом запустила руку ему в брюки и нащупала его плоть, освободив от плавок. Он застонал, обвил ее одной рукой и прижал к себе.

– Да, Чейз, да! – Она раздвинула ноги, оседлала его, а он в это время возился с застежкой ее лифчика. Ее восхитительные груди выпрыгнули ему в руки, и они приник к ним губами. Звуки поцелуев нарушали тишину комнаты, но ему было все равно.

Чейз задрал ей юбку и ахнул при виде ее кружевного белья. С лукавой улыбкой она устроилась на нем сверху.

Внизу по деревянному полу загрохотали шаги.

– Чейз, Мэдди?

– О, черт! – хрипло шепнул Чейз. – Твои братья!

Мэдди вскочила и мимоходом заехала ему локтем в глаз.

Чейз взвыл от боли и потянулся к брюкам.

– Принесла их нелегкая! – Мэдди торопливо застегнула лифчик и оправила юбку. И в этот момент дверь распахнулась.

Чейз пытался застегнуть штаны, но молнию опять заклинило.

– Что за... – Ланс не договорил и остолбенело уставился на них. Картина и впрямь впечатляла.

Чейз стиснул руки в кулаки. Вот дьявол! На этот раз отвертеться не удастся.

У Мэдди на блузке оторвалась пуговка, а сам Чейз был застигнут со спущенными штанами.