В радости и в горе - Кэрол Мэттьюс

Дэмиен склонился к окошку водителя.

— Подожди, приятель, — сказал он, — тут для тебя есть еще работенка.

Потом он поднял голову. И увидел Марту. Она была явно сильно пьяна и помята, гораздо сильнее, чем обычно бывает невеста.

— Марта!

Тут и Марта заметила Дэмиена. Глаза у нее округлились, и она уставилась на него. Но эти глаза были красными и замутненными, готовыми вот-вот закатиться в обмороке. Эта девица, вероятно, вылакала бочку шампанского, подумал он. Но, впрочем, эта ее склонность была известна всем и каждому. В этом Марта не уступала самым крепким мужикам — просто львица среди толпы травоядных гостей.

Но глаза быстро вернулись в нормальное состояние и сфокусировались на нем.

— Дэмиен!

— Выглядишь просто сказочно! — сказал он.

— Что ты здесь делаешь?

— Я не мог не принести свои поздравления моей самой любимой свояченице! — Он поставил чемодан на мостовую и обнял Марту. — Поздравляю! — Он крепко поцеловал ее в губы. — Поздравляю!

Следует отметить, что реакция Марты была далека от энтузиазма. Слава богу, что он проделал весь этот путь не для того только, чтобы поздравить ее! А иначе это было бы просто ведром холодной воды на его голову!

— А мы вот уезжаем, — сказала она.

— Только не говори мне, что я, проделав весь этот путь, так и не погуляю на твоей свадьбе!

— Да нет, это мы… мы просто… — И Марта погрузилась в молчание.

— А где же восторженная толпа провожающих?

Марта с беспокойством оглянулась по сторонам.

— Нет никого, — сказала она.

— А, хотите сбежать потихоньку? Понятно. Не хотите всех этих подпихиваний и подмигиваний.

— Да. Да, конечно.

— И каковы же ваши планы? — подмигнул Дэмиен.

Казалось, Марта оцепенела:

— Не знаю.

— Большой секрет? Надеюсь, что вы проведете свой медовый месяц на каком-нибудь экзотическом острове в Карибском море.

— Ах вот ты о чем…

Мужчина, попросивший Дэмиена задержать такси, подошел к ним; он явно сильно волновался.

— Марта, нам лучше уехать.

— А это, должно быть, твой муж? — спросил Дэмиен, схватив мужчину за руку и сильно тряся ее. Рука эта безвольно повисла в руке Дэмиена, а человек попытался выдавить из себя улыбку. Черт, эта свадьба, должно быть, сбоила и барахлила, если даже жених и невеста такие жалкие. — Поздравляю, старик! — Дэмиен ободряюще похлопал его по плечу и почувствовал, что хлопает по пустой оболочке. — Тебе очень повезло!

— Я знаю.

Марта смотрела в землю.

— Чем же ты ее взял, а? Я ее знаю, уж она-то ни за что бы не пошла под венец без борьбы.

— Марта, — торопил невесту мужчина, показывая глазами на такси.

Марта стояла, наматывая фату на палец.

— Долго рассказывать, Дэмиен, а у меня, правда, совсем нет времени, чтобы посвящать тебя во все волнующие подробности этого события.

— О, — сказал Дэмиен, почувствовав, что его ставят на место.

— Нам надо ехать.

— Желаю вам замечательно провести медовый месяц, — произнес Дэмиен. — И не делайте ничего, чего не сделал бы я.

Молодожены взглянули друг на друга.

— Еще увидимся, приятель, — сказал ему этот здоровяк, запихивая Марту в такси.

Дэмиен постучал по крыше машины:

— Никогда вам горя не знать!

Марта выглянула из окна.

— А Джози еще там, — сказала она ему. — Вам с ней надо поговорить.

Именно ради этого он и проделал весь этот славный путь.

— Сожалею насчет развода и все такое, — добавила Марта, а такси, наклонившись на сторону, отъехало и исчезло в темноте, оставив Дэмиена одиноко стоять на тротуаре. Как ни старался, он все же не мог отделаться от ощущения, что Марта испортила его эффектное появление на этой свадьбе.

— Осторожнее, Марта, — сказал он и для пущей уверенности похлопал себя по карману пиджака. — Осторожнее!

Разрывы фейерверка вспыхивали в ночном небе, сопровождаемые восторженными криками гостей. Играли свадебный марш. И казалось, что прошла целая вечность с того момента, как под эту же музыку Джек и Марта шли вдвоем к алтарю и, полные надежд, обещали друг другу новую, счастливую жизнь. И новая жизнь началась уже вечером. Марта если уж обещает что-то, то никогда не обманывает.

Укрытые в лодочном домике, Джек и Джози смотрели, как в тихой, спокойной воде озера отражаются взрывы ракет фейерверка. Вот по всей поверхности воды рассыпался искрами дождь розовых, зеленых и желтых огоньков и померк в чернильной темноте. Мимо проплыли утки, на них это великолепие впечатления не производило.

— Я люблю ее, Джози. — Джек закрыл лицо руками.

Джози закуталась в одеяло, перепачканное паутиной, которое она нашла заткнутым за край скамейки, и старалась не думать, где могут быть хозяева этой паутины и насколько они крупные. Она налила Джеку бокал шампанского.

— Вот, выпей.

— Нет. — Он отвел ее руку с бокалом и, взяв у нее вместо него бутылку, опрокинул половину содержимого себе в горло, вытерев мокрый рот тыльной стороной руки.

— Вкусно, — сказал он и посмотрел на этикетку.

— Ты в порядке? — спросила Джози.

— Нет.

— Не могу поверить, что она так поступила с тобой.

Джек засмеялся, но его смех был горьким и опустошенным и отдавался эхом от деревянных стен лодочного домика.

— Она такая красивая, такая необычная, такая любящая. — Он повернулся к Джози. — Я с трудом поверил, когда она согласилась выйти за меня замуж.

— Ну… — протянула Джози.

— Тебе тоже не верилось, что это правда?

— Мне… Как тебе сказать…

— Ты хорошая актриса. — Он опять рассмеялся, и на этот раз смех его был мягче.

Пш-ш-ш. Бам. О-о-о-о! Они смотрели, как на воду безмятежно падают тихие снежинки.

— Марта никак не могла прийти в себя после смерти Джинни. Для всех нас это было ударом. Я не знаю, чего она хочет. Она не знает, чего хочет. — Джози покачала головой. — Моя мать сказала бы, что она хочет получить в ухо.

— Я бы так о ней заботился, Джози! Я был бы ей хорошим мужем. Я обожаю ее.

— Тогда ей же хуже. Я совсем не уверена, что Тлен ее тоже обожает.

— Я и не подозревал, что он и она все это время…

— Да нет. До сегодняшнего дня ничего не было. — Сумели они выбрать день!

— Не знаю, лучше мне от этого или хуже. — Он еще раз приложился к бутылке, но закашлялся.