Драгоценный камень - Норма Бейшир

«Значит, все действительно случилось по моей вине».

– В последнее время она почти ничего не ест и уже похудела на семь килограммов.

Кэти встревоженно смотрела на Джордана.

– Нет аппетита, – грустно продолжил он. – Это Слоун так объясняет.

– Потеря аппетита всегда сопутствует депрессии, – кивнула Кэти. – А как у нее со сном?

Он пожал плечами:

– Спит, но довольно беспокойно. Мне кажется, ее мучают кошмары. Я часто захожу к ней ночью и вижу, что Слоун постоянно ворочается во сне. Иногда что-то бормочет. – Джордан помолчал. – Вы не знаете, есть ли у нее знакомый по имени Родди?

По лицу Кэти пробежала неясная тень, но не успел Джордан открыть рот, как в дверях появилась Слоун.

– Я иду к себе наверх… – начала она, но, увидев Кэти, умолкла, а затем, после паузы, безразлично сказала: – О, привет! Решила на время расстаться с Манхэттеном?

Кэти улыбнулась:

– Захотелось посмотреть, как продвигается работа над книгой.

– Смотреть пока не на что, – ответила Слоун и молча направилась к лестнице.

Когда Слоун поднялась наверх, силы ее были на исходе. Она вошла в спальню, закрыла дверь и рухнула на постель.

«И зачем это Кэти понадобилось ехать сюда, в Мартас-Виньярд? Если бы из-за книги, она просто позвонила бы. Нет, Кэти здесь по другой причине. Наверное, ее вызвал Джордан».

Ее вялые мысли прервал стук в дверь. Слоун приподнялась:

– Джордан, мне нужно отдохнуть…

– Это не Джордан, – сказала Кэти, открывая дверь. – Можно войти?

– Конечно.

Слоун заставила себя сесть. Кэти опустилась рядом с ней на край постели и расправила на коленях юбку своего нефритово-зеленого костюма.

– Как ты себя чувствуешь?

– Примерно так, как и положено в моей ситуации. – Слоун избегала смотреть Кэти в глаза и методично теребила маленькие катышки на своем голубом свитере.

– Джордан говорит, что ты ничего не ешь.

– Ем.

– Только для поддержания жизни.

– Возможно, поддержание жизни не такая уж хорошая идея.

– Надеюсь, ты это не серьезно?

– Вот этого я как раз и не знаю, – искренне призналась Слоун. – Временами… я не вижу никакого смысла.

– Ты пройдешь через это, Слоун. Ты сильная. Тебе пришлось пережить и не такое…

– Тогда все было по-другому. – Слоун продолжала теребить свитер.

– Верно, – согласилась Кэти. – Но ты должна с этим справиться, я верю в тебя.

– Рада, что хоть ты в меня веришь.

– Джордан тоже верит. Он хочет тебе помочь, но ты ему не позволяешь.

Слоун натянуто улыбнулась:

– Тебя позвал Джордан?

– Да, он звонил мне, – призналась Кэти, помолчав.

– Вы с ним зря теряете время.

– Он беспокоится за тебя. Ты отчуждаешься от него.

Слоун впервые подняла глаза на Кэти.

– Он сказал тебе это?

– Нет… то есть да… да, сказал, – кивнула Кэти. – Джордан надеется, что мне удастся установить с тобой контакт… поскольку ему самому это сделать не удается.

– Не надо устанавливать со мной никакого контакта, – холодно возразила Слоун. – Я должна некоторое время побыть одна. Мне нужно подумать.

– О чем?

– Обо всем.

– О Джордане?

– В известном смысле да.

– О том, сможешь ли ты снова быть его женой?

– Откуда такой вопрос?

– Я все понимаю, Слоун. А вот тебе еще многое неясно. Ты так погрузилась в свое горе, что забыла о нем. А он тоже страдает, Слоун. Джордан тоскует по этому нерожденному ребенку так же, как и ты. Он хочет облегчить твои страдания… и хочет, чтобы ты помогла ему… Но ты не делаешь этого.

Слоун глубоко вздохнула:

– Он сказал тебе, что мы спим раздельно. – Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

– Сказал, что переехал в одну из гостевых комнат. Сказал, что ты плохо спишь и тебя мучают кошмары.

– В таком случае он сказал тебе не всю правду.

– Смотря что ты называешь правдой.

Слоун отвернулась.

– Я не хочу спать с ним, боюсь, что он захочет заниматься со мной любовью. А я не могу.

– Джордан это понимает, Слоун.

– Нет, не это я имела в виду.

– Ну так скажи мне – что?

– Я не о… о медицинских причинах.

– А о чем же?

– Я боюсь.

– Чего?

– Снова забеременеть.

– К чему такая спешка…

– Я не могу позволить себе снова забеременеть. – Слоун с трудом поднялась на ноги и начала нервно ходить по комнате. – Никогда.

– Не думаешь ли ты, что принимать такие решения сейчас рановато?

Слоун повернулась к ней лицом, и их глаза встретились.

– Мне больше не пройти через это. Я просто не смогу.

Ночью в гостевой комнате Кэти беспокойно ворочалась в постели. Ее тревожила Слоун. Всякое бывало за эти годы, но такой она еще никогда не видела ее. Похоже, Слоун на всем поставила крест – на браке, карьере, на всей своей жизни. Кэти жалела, что не взяла с собой своего мужа Шона. Сейчас Слоун очень нужно, чтобы ее проконсультировал профессиональный психотерапевт.

Кэти беспокоил и разговор с Джорданом в библиотеке. В частности, его последний вопрос.

«Если бы он еще раз спросил о Родди, удалось ли бы мне выкрутиться?»

«Я люблю его. Я не хочу его потерять. Но мне страшно».

Слоун посмотрела на часы, стоящие на ночном столике. Двадцать минут четвертого. А она так и не заснула. Слоун лежала в постели в своей коротенькой сиреневой ночной рубашке и вспоминала разговор с Кэти.

Дело в том, что Джордана она не переставала любить, хотя в последнее время не могла показать ему это. Слоун знала, что причиняет ему боль, но ей не удавалось преодолеть себя. Она потеряла ребенка и теперь постепенно теряет Джордана. И то и другое исключительно по ее вине. От одной этой мысли у Слоун внутри начинало все болеть.

Она встала с постели и подошла к туалетному столику. Открыв верхний ящик, вытащила небольшой флакончик с этикеткой аптеки в Манхэттене. В нем были капсулы янтарного цвета. Их выписал ей терапевт год назад, когда во время рекламной поездки у Слоун возникли проблемы со сном. Флакончик был почти полон, потому что она приняла очень мало капсул.

Слоун взяла другой флакончик, со стимулятором амфетамином. Он был наполовину полон. Она как-то пробовала принимать эти таблетки, но не ощутила особого эффекта.