Любовь в полдень - Лиза Клейпас

— Неужели? Откуда такая уверенность?

— Три года брака с Джоном, а детей нет. И даже неудачной беременности не было. В подобных случаях вину неизменно возлагают на женщину.

— Позволь не согласиться. Далеко не всегда ответственность за отсутствие потомства несет жена: это доказано. Подумай сама: почти все время Джон проболел. Вполне разумно надеяться, что у тебя родятся дети от другого мужчины.

Одри грустно вздохнула.

— Время покажет, что приготовила судьба. Должна признаться: замуж пока не рвусь. Устала страшно. Я чувствую себя не на двадцать пять, а на все девяносто.

— Состояние постепенно изменится, — заверил Кристофер. — Время свое возьмет: в один прекрасный день ты почувствуешь себя новым человеком.

— Возможно, — неуверенно согласилась Одри.

Тем временем беседа Беатрикс с лордом Аннандейлом заметно оживилась.

— Умею лазать по деревьям не хуже любого из лесников Рамзи! — пылко заверила мисс Хатауэй.

— Не верю, — провозгласил чрезвычайно заинтригованный граф.

— И напрасно! Долой юбки, долой корсет: бриджи и рубашка позволяют делать что угодно!

— Беатрикс, — вмешалась Одри, опасаясь, что скандальное обсуждение еще и нижнего белья зайдет слишком далеко. — Я только что заметила в соседней комнате Поппи. Давным-давно с ней не встречалась и до сих пор не знакома с супругом.

— О! — Беатрикс неохотно прервала увлекательный разговор. — Хочешь, чтобы я отвела тебя к ним?

— Да. — Одри решительно схватила подругу за руку.

Лорд Аннандейл откровенно расстроился; густые черные брови обиженно сошлись у переносицы.

Кристофер подошел к деду.

— Ну и как она тебе?

Граф ответил без тени сомнения:

— Будь я на пять лет моложе, женился бы сам.

— На пять? — скептически усмехнулся Кристофер.

— Ну хорошо, на десять, черт тебя подери. — Утомленное лицо осветилось улыбкой. — Поздравляю с прекрасным выбором. Одухотворенная девочка. Бесстрашная. По-своему прелестна, а с подобным обаянием настоящая красота и не нужна. Конечно, придется крепко держать на поводу, но игра стоит свеч. — Он задумался; очевидно, погрузился в воспоминания. — Если хотя бы раз в жизни повстречаешь подобное чудо, обычной женщиной уже никогда не удовлетворишься.

Кристофер собрался было оспорить реплику насчет настоящей красоты — по его мнению, прекраснее Беатрикс нет никого на свете. Но последняя фраза отвлекла.

— Ты говоришь о бабушке? — уточнил он.

— Нет. На твоей бабушке я женился потому, что считал ее достойной партией. А любил другую, менее подходящую девушку, с которой, к своему вечному сожалению, расстался. — Он печально вздохнул. — Долгая жизнь прошла в разлуке…

Кристоферу хотелось узнать как можно больше, но здесь и сейчас разговор на подобную тему был бы неуместен. Хорошо, что удалось мельком заглянуть в душу деда и обнаружить неожиданные и в то же время понятные чувства. Каково это, любить Беатрикс, а жениться на Пруденс? При таком жизненном раскладе кто угодно затоскует.

Вечер продолжался своим чередом. Появились подносы с шампанским, и гости с нетерпением ожидали торжественного объявления о помолвке.

К сожалению, человек, которому предстояло выполнить почетную функцию, неожиданно исчез в неизвестном направлении.

После коротких, но активных поисков Лео наконец обнаружили и вернули в зал. Лорд Рамзи произнес обворожительный тост и перечислил ряд веских, убедительных и в то же время забавных причин для свадьбы. Большинство собравшихся слушали с неослабным вниманием и не переставали удовлетворенно кивать и посмеиваться, однако Кристофер услышал, как неподалеку шептались две сплетницы:

— …Рамзи нашли в темном углу с женщиной. Не поверите: с трудом удалось заставить лорда прекратить флирт и присоединиться к обществу.

— И с кем же он флиртовал?

— С собственной женой!

— Что за моветон!

— Представить невозможно! Не пристало супружеской паре так откровенно вести себя на людях!

— Думаю, Хатауэи понятия не имеют о правилах хорошего тона.

Кристофер с трудом сдержал улыбку и подавил искушение обернуться и сообщить квохчущим курицам, что на самом деле Хатауэи отлично знакомы с этикетом, просто… не считают нужным принимать во внимание косные предрассудки. Он посмотрел на Беатрикс, пытаясь понять, слышала ли она пересуды, но невеста целиком сосредоточилась на речи брата.

Лорд Рамзи закончил выступление сердечными поздравлениями в адрес обрученной пары и пожелал счастья и благополучия. Гости подняли бокалы и присоединились к тосту.

Кристофер поднес к губам затянутую в тонкую перчатку руку любимой и поцеловал. Увы, хотелось иных радостей: схватить, унести подальше от любопытных взглядов, спрятать в тишине собственного дома.

— Уже скоро, — прошептала Беатрикс, словно прочитав мысли, и он ответил благодарным взглядом. — Только не смотри на меня так, а то ноги подкашиваются.

— Раз так, то не скажу, что мечтаю с тобой сделать. Еще, чего доброго, опрокинешься, как кегля.

К сожалению, интимный момент продолжался недолго: уединение влюбленных нарушил новый тост.

Лорд Аннандейл, который стоял рядом с Лео, поднял бокал и сделал шаг вперед.

— Друзья мои, — зычно произнес он, — надеюсь преумножить радость сегодняшнего дня важной вестью из Лондона!

Толпа почтительно стихла.

Кристофер ощутил холодок неизвестности и вопросительно посмотрел на Лео, но тот с недоуменным видом пожал плечами.

— В чем дело? — шепнула Беатрикс.

Жених покачал головой и выжидающе взглянул на деда.

— Видит Бог, понятия не имею.

— Накануне моего отъезда в Гемпшир его светлость герцог Кембридж сообщил, что мой внук представлен к учрежденной в минувшем январе высшей награде за воинскую доблесть — Кресту Виктории. В грядущем июне, во время торжественной церемонии, королева сама будет вручать награжденным почетный крест.

Зал наполнился радостными восклицаниями, а Кристофер почувствовал, как останавливается и холодеет кровь. Меньше всего на свете хотелось получить на грудь новый кусок блестящего металла, да еще во время отвратительной церемонии в честь событий, воспоминания о которых приносили жестокую боль. А еще хуже оказалось то, что грубое вмешательство безвозвратно испортило счастливейший момент жизни. Неужели дед не мог предупредить заранее?

— А за что именно будет вручен Крест Виктории капитану Фелану, милорд? — поинтересовался кто-то из многочисленных гостей.

Аннандейл улыбнулся:

— Возможно, внук и сам догадается.

Кристофер мрачно покачал головой. Отсутствие энтузиазма явно покоробило графа.