Жена Эмина. Его наследник - Амина Асхадова

Эмин вышел из машины, хлопнув дверью. Так всегда: когда эмоции берут над моим мужем верх, его взгляд затуманивается. Запредельно. Опасно.

Но повториться прошлому я не позволю. Не сейчас, не здесь. Никогда.

- Твою же мать, прямо ностальгия, - чертыхнулся Давид за моей спиной.

- Не смей, Эмин. На твоем месте я бы этого не делала.

Я встала на пути мужа, но что я одна против огнедышащего дракона? Против двоих, ведь Давид не собирался отступать. Он не изменился, совсем!

Уперевшись руками в жесткую грудь, я пронзительно посмотрела Эмину в глаза.

- Поговорим? Ведь ты ради этого приехал, правда? А Давид пусть едет дальше. Мы встретились случайно, я клянусь тебе.

- Проваливай, - согласился Эмин, посмотрев выше моей головы.

- Нет, - вдруг заявил Давид, - это ты проваливай, Шах.

Я коротко выдохнула. Боже, два упрямца. Дерзких, взрослых, буйных. Невыносимо огромных. Я в шоке уставилась на Басманова.

- Что ты сказал?

Эмин помрачнел и, кажется, приготовился.

К неминуемому сражению, где останется только один.

- Я здесь кое-кого жду. И если ты не хочешь проблем, - Давид дерзко ухмыльнулся, - проваливай ты.

- Каких еще проблем? О чем ты, Давид? – спросила я.

Эмин переменился в лице и молниеносно схватил меня за руку, привлекая к себе.

- Идем, Диана.

- Куда? Что происходит, Эмин? Кого он ждет? Кого он ждет возле моего дома, черт возьми! Давид!

Я обернулась, когда Эмин подхватил меня на руки и закинул себе на плечо, унося прочь.

- Не задавай вопросы, ответы на которые не хочешь знать, Диана.

Я затихла, провожая Давида взглядом. Он был напряжен, и я уверена, он до сих пор сочувствует моей участи принадлежать Эмину, но ничего не может с этим поделать. Ни тогда, ни сейчас.

Давид бросил на меня последний взгляд, а перед тем, как мы с Эмином повернули к озеру, я увидела, что он открыл пассажирскую дверь.

И улыбнулся кому-то. Кому-то, кого я уже не видела.

Конечно, Эмин знал, где искать меня и знал про любимое мною озеро. Летом мы собирались здесь с родителями, соседями и их детьми, но сейчас, в конце ноября здесь никого не было.

Эмин не сомневался, что я приду сюда. Я все еще остаюсь его женой, хотя и полна решимости перестать быть таковой из-за того треклятого видео.

И если бы дело было только в видео…

Но ведь Алена сказала правду. Ему мало быть любимым, мало ласки, Эмину не хватает меня. Катастрофически. Жаль только, что разлюбить меня он не может, и в этом проклятие Эмина Шаха.

Эмин опустил меня на сырую холодную землю, и я содрогнулась. Злой Эмин – это еще то приключение на американских горках.

Ноябрь этого года выдался не слишком холодным, морозы еще не ударили, как и снега. На качелях было расстелено соседское одеяло, я присела на краешек.

Эмин подошел ко мне – порывисто, резко.

- Диан, я люблю тебя.

Диана.

Маленькая.

Моя девочка.

Или то, с чего все начиналось - Девочка Эмина. Так легче, так без имен.

Боже, о чем я думаю? В груди такая боль прожигающая. Он был с другой, ему не хватило моей любви.

- Скажи мне все, о чем ты молчала пока я разбирался со всеми проблемами. Я хочу знать причину твоего бегства.

- Проблема? Значит, теперь так называют таблетку?

Эмин помрачнел. Занервничав, я переместилась на другую сторону – ближе к озеру. От него пахло детством. Жаль только, что сейчас вода от холода потемнела, переливаясь серым безжизненным оттенком, а по краям и вовсе образовался тонкий слой льда.

- Причину, - жестко чеканит Эмин и подбирается ближе.

- Я не бежала, Эмин. Каждый год я навещаю могилы отца и своей подруги. Перед зимой там нужно было хорошенько прибраться.

- С каких пор ты можешь уезжать, ничего не сказав мне?

- Если бы ты только ночевал дома, всенепременно.

Он все же сел рядом со мной. Качели исступленно дернулись, и нас качнуло назад. Боже, он как ураган, сейчас все снесет и даже имя мое в порошок сотрет.

Такой Эмин не управляем.

Такой Эмин забирал меня из родного дома, когда мой юный мир рухнул в одночасье.

- Я вернусь с тобой в Волгоград. Но больше второй не буду, Эмин. Ты должен отпустить меня и решить, чего ты хочешь сам.

- Не говори, не разобравшись Диана.

- Я останусь жить в Волгограде, чтобы мы оба принимали участие в воспитании нашего сына.

- Замолчи! – рявкнул он.

- Замолчать? А она тоже молчала?

Эмин снизил тон. Вплоть до молчания. Я поежилась.

- Ты позволял ей говорить, когда она жила на Батальонной.

- Что за бред ты несешь?

Меня было не остановить. Остра на язык, как любил говорить Эмин. Вся в бабушку, которую он терпеть не мог.

- Ты позволял ей уходить из вашего дома. Позволял возвращаться. Ты, наверное, никогда не приводил ее в чувства взмахом руки, ведь, наверное, - я набрала кислород в легкие, - тогда она бы не любила тебя. Не дарила бы ласку, за которой ты продолжаешь возвращаться на Батальонную.

Эмина перекосило. Правда слух режет, верно? Выворачивает наизнанку все внутренности до боли.

- Подумай дважды, прежде чем что-то утверждать, Диана. Иначе ты за каждое слово свое ответишь.

- Это угроза?

Желваки заходили на его скулах. Я отвернулась, прогоняя из сердца непрошеный страх. Что будет, что же будет?