Влюбись в меня, Воробышек! - Янина Логвин

Возле высотки расположен небольшой супермаркет. Я помню о том, что иду в дом, где живут дети, поэтому сначала заглядываю в магазин и покупаю гостинцы Вороновым-младшим. Очутившись возле полок с конфетами, неожиданно понимаю, что совсем не знаю, какие именно любит Ромашка, и беру коробку наугад.

По дороге к подъезду в голову снова стучится мысль: неужели я и правда это делаю? Иду в чужой дом, в котором собираюсь провести несколько дней?.. Но я гоню ее прочь.

Собираюсь. И провести не один!

Лифт поднимает меня на нужный этаж и выпускает на широкую площадку. Я легко нахожу нужную дверь и нажимаю кнопку звонка. Стою, ожидая уже через секунду увидеть смущенное лицо Риты… Ну, ладно. Скорее, хмурое лицо ее отца. Но дверь открывается, и я вижу долговязого подростка. Знакомую зубастую улыбку на рыжей физиономии и хитрые каре-зеленые глаза брата Ромашки.

Пацан нагло присвистывает, от души удивившись моему появлению.

– Ого! Снова ты? Привет, чувак! – здоровается, и вдруг сбивает меня с толку вопросом: – А ты под каким номером пришел?

– Ну, привет. – Я снимаю сумку с плеча и недоуменно хмурю брови: – В смысле?

– В смысле очередности. Мне отец сказал, что вечером будет нашествие Риткиных женихов. И чтобы я пускал их по одному. Вот и хочу узнать – ты четный или нечетный? Вдруг тебе завтра приходить, а я тут с тобой время трачу?

Одно ловкое движение, захват, и пацан уже трепыхается у меня под мышкой.

– Ай! – вопит. – Придурок, ты мне ухо оторвешь!

– Ничего, проживешь с одним.

– Да ладно ты, я же пошутил! Шуток не понимаешь?

– Таких тупых – нет. Надо было тебе еще в прошлый раз за кетчуп и джинсы шею намылить, чтобы не скалился!

Я захожу в квартиру и опускаю сумку на пол. Продолжая держать пацана, спрашиваю:

– Где Рита?

– Не знаю! – слышу обиженное. – Она передо мной не отчитывается.

– А если подумать? – Я перехватываю его под грудью, вскидываю, и теперь его ноги болтаются вверху, а руки упираются в пол. – Или трусы на уши натянуть?

Я сделаю, он знает, поэтому ворчливо отвечает:

– Она приедет… скоро! Просила передать, чтобы ты чувствовал себя, как дома!

– А что насчет моих джинсов? Извинения будут?

– Оно само вышло, честное слово!

В последнее верится с трудом, слишком хитрый и изворотливый этот пацан, и вряд ли легко угомониться. Но ему повезло – я сюда не возиться с ним пришел.

Из кухни выходит младшая сестра Риты – темноволосая девчонка в наушниках и с яблоком в руке. Увидев нас, она передумывает кусать последнее и сдергивает наушники на шею.

– Ой, а что это вы тут делаете? – распахивает глаза. – Стёп, ты чего?

Пацану явно неудобно отвечать, футболка опала на голову, открыв острые лопатки, так что приходится ответить за него:

– Тренируется ходить на руках. Акробатом хочет стать. Гастролировать с бродячим цирком. Алле… Оп! – я отпускаю руку, и шутник шумно приземляется на пол.

А он довольно ловкий, если изловчился тут же вскочить и одернуть на себе футболку.

– Сам ты… акробат! – шипит мне, покраснев, и обещает: – Я тебе припомню!

– Лучше не рискуй. А то я тебя в аквалангисты тренировать буду. Научу дышать под водой… жабрами!

Я захлопнул дверь в квартиру и смотрю на подростков. Ну и что дальше? О чем с ними говорить? Если честно, моего интереса надолго не хватит, а они сейчас во мне дыру протрут.

– Так папа с мамой правду сказали, что ли? – удивляется вдруг девчонка, заметив мою сумку. – Ты будешь с нами жить?

– Не с вами, но буду.

– А с кем же? – хлопает она ресницами.

– С Ритой.

– Да-а? А ты что, уже и кольцо купил?

– Какое еще кольцо?

– Помолвочное, конечно. Золотое, с бриллиантом! Нет, можно, наверное, и серебряное, если денег нет, но ты не похож на бедного, – окидывает меня оценивающим взглядом.

– На жлоба он похож. Я у Ритки ни одного подарка не видел, а еще жених! – бросает рыжий и мне снова хочется его достать. Что я и делаю, поймав ладонью тощую шею, когда позади неожиданно открывается дверь, и я, наконец, вижу Ромашку…

– Даня?! Степка?! Что случилось?! – с беспокойством выдыхает она, забегая в прихожую, но я уже отпустил ее брата, и мы с ним в унисон выдыхаем: «Ничего». И подозреваю, он вновь скалится.

– Привет, Рит! – докладывает старшей сестре бравым тоном, подтягивая штаны. – А здесь к тебе жених приехал! Говорит, любит, жить без тебя не может – пустите переночевать. Обниматься зачем-то лез. Фу! Он у тебя такой слюнявый! Можно я не буду с ним обниматься? А то попрыщет еще.

– Даня, не смей!

Но это трудно. Черт! Я уже и забыл, когда кто-то настолько быстро выводил меня из равновесия, как этот рыжий.

– Прости, Рита. Не удержался. Он у вас такой… милый ребенок. Затискать хочется… до полусмерти!

В эту самую секунду в квартиру входит старик. Невысокий и худощавый, в твидовой кепке и недлинном пальто, он перешагивает порог и приглаживает ладонью белую короткую бороду. Окинув взглядом всю компанию, приподнимает белые брови, расстегивает пуговицу на пальто и здоровается:

– Ну, здравствуйте всем! А вот и я! В кои-то веки выбрался в город по делам и решил проведать своих внучат!

Я уже видел его несколько раз раньше в поместье Градова, причем всегда вдвоем с отчимом, без лишних лиц, поэтому догадываюсь, что передо мной вовсе не простой старикашка, несмотря на тщедушность и добродушный вид. А еще тот матерый лис.

– Ой, привет, деда! – младшая девчонка Вороновых кидается старику навстречу и обнимает за шею. Тараторит радостно: – Как здорово, что ты приехал! А ты не знаешь, почему