Лес светлячков - Артем Шишов

От ее взгляда я начал слышать голос в своей теряющей рассудок голове. Словно она была живой и звала меня куда-то.

– Теперь ты понимаешь?

Спрашивала меня София вдалеке.

– Теперь ты понимаешь? – Ее голос нарастал, а веки как будто моргали.

Она продолжала говорить эти слова. Раз за разом она звала меня с той стороны. Ей хочется, чтобы я пришел к ней?

Каждая секунда начала ощущаться как минута. А минута стала для меня часом. Поэтому я несколько часов провел наедине с Софией. С девочкой, которая когда-то подошла ко мне на детской площадке и просто захотела сделать мою жизнь счастливей.

Я начал вспоминать прошлые ситуации. София намекала, что любит меня. Наши отношения давно должны были подняться на новый уровень. Но я боялся этого и панически считал, что из-за этого останусь совсем один.

Своим добрым поведением – я давал ей надежду, давая ей шанс. Но это была иллюзия, которая убивала ее каждый день, пока не добила.

Я виноват в ее смерти.

Я и только я.

Неудачник, убивший лучшую подругу желавшую ему только самого хорошего и светлого. Я еще хуже, чем думал раньше.

– Эй парень. – Сказал голос.

Я никого не слушал, в моих ушах была пугающая и громкая тишина.

– Да очнись же ты. – Шериф схватил меня и хотел поставить на ноги.

Мои ноги совсем меня не слушались и будто отказывались вообще двигаться.

– Что здесь произошло?

Шериф боялся услышать новости об еще одной жертве Джоша. Но сегодня он знал, что Софию никто не убивал. Но если бы он углубился, то понял – убийца здесь только я.

– Хватит мямлить. – Шериф дал мне хлесткую пощечину.

Мы с ними долго общались, но все же они отпустили меня, назвав обычным свидетелем. Хотя на самом деле должны были увезти в участок, а потом в суд. Мне самое место в тюрьме за убийство человека.

Ковыляя, я ушел в лес. Стараясь найти там облегчение и хоть что-то успокаивающее. Но мертвый взгляд Софии и, ее отрубленная голова – не выходили из моего сознания. А гул листьев унижающих меня – был настолько тихим, что от его громкости мои перепонки могли лопнуть.

Под ногами я увидел что-то холодное.

Это была мертвая черная кошка. Ее глаза и цвет шерсти позволял узнать в ней ту самую кошку. Она ушла из нашего дома так и не вернулась. Но ее тело было еще немного теплым, значит, она недавно умерла.

Вырыв яму голыми руками, я аккуратно похоронил в ней мертвую кошку. И также аккуратно зарыл.

Вспомнив еще раз Софию, у меня началась истерика. Я кричал, я рыдал так громко что должен был услышать весь мир. Но мой мозг все еще не мог признать утрату Софии. Будто она еще живая.

Посмотрев на свои руки, я увидел свежую кровь. Она стекала с моих рук, напоминая о моей ошибке.

Медленно ковыляя, дополз до своего дома.

Зайдя в душевую, я старался вымыть кровавые руки. Но кровь не смывалась, она приросла ко мне и стекала с каждой секундой. В панике я нервно натирал ладони мылом, а потом скребел их до мяса. Кожа стерлась, а кровь осталась.

Закрывшись в своей комнате, я упал по центру пола.

У меня не было сил, чтобы доползти до кровати. Поэтому мне оставалось продолжать хныкать и задыхаться от собственных слез.

Именно сейчас я поверил в то, что Софии больше нет.

Софии – нет.

София 14 лет

2 декабря

Мама найдет мою записку скоро, но не сможет никак меня изолировать от самой себя. Чтобы я не старалась сделать все тщетно. А стыдные потуги что-то изменить лишь делают все хуже.

Из кустов с громкими хрустами вышел молодой парень. Его лицо было передо мной на притяжении всей моей короткой жизни. Но в план наша встреча не входила.

– Привет. – Удивилась я.

– Пр-привет. – Коннор был не менее удивлен.

Что он здесь делает и сможет ли мне помешать?

– Что ты здесь делаешь? – Спросил лучший друг.

– На звезды смотрю.

Сегодня они были настолько яркими, что можно ослепнуть. Но они были такими лишь в моей голове. Именно в последний час своей жизни я прониклась этими огоньками высоко в небе.

– Пойдем в палатку. – Пригласила я.

Когда Коннор зашел вместе со мной, то я закрыла выход.

Мой мозг готовился к последнему разговору в моей жизни. Хотя я и планировала умереть в одиночестве.

– Что тебя сюда привело? – Заинтересовалась я и постаралась улыбнуться, но вышло не то, что я хотела.

– Одиночество.

Сегодняшний Коннор, был еще прекраснее обычного. Все мое обострение, ведь я на грани смерти, и многое ощущается по-другому. Это чувство можно сравнить с последней встречей.

– Это твое личное убежище?

– Да, я поставила сюда палатку задолго до того как мы обустроили свой дом. Подальше от взрослых.

От взгляда Коннора что-то пробивалась к моим глазам. Ощущение что этот взгляд я больше никогда не увижу, лишь заставлял сфокусироваться на нем. На карих глазах, которые отличаются от множества других. Это сложно понять – но они совсем иные.

– Ты кого-то ждешь?

– Нет, просто меня мама ждет к определенному времени. – Быстро соврала я, чтобы не портить настроение друга.

Посмотрев на время, я поняла, что поезд приедет через считанные минуты. Остается мало времени поговорить в последний раз и попрощаться навсегда.

– Я рада, что ты мой друг. Столько всего хорошего и веселого мы вместе провернули. – Сказала я, будто это было окончание нашей приятной дружбы.

– Этого веселого будет в разы больше. – От нереальности слов Коннора я хотела засмеяться.

Но я спрятала взгляд, по которому можно было меня раскрыть.

– У тебя есть планы на будущее? – Спросила я.

Надеюсь, что Коннор уже продумал свое будущее и прекрасно знает, чем будет заниматься. Ведь я уже не смогу за ним приглядывать. Но если что, Люси будет рядом с ним.

– Да, мне хочется как можно скорее уехать отсюда. – Ответил парень.

Посмотрев на часы, я окончательно убедилась, что время подошло к концу. Мне осталось жить недолго. Скоро не придется вспоминать прошлое и раз за разом оскорблять себя.

– Ты надолго? – Забеспокоился Коннор.

– Нет, мы скоро увидимся. – Соврала я.

Когда я встала и открыла палатку, мне захотелось попрощаться так же, как и всегда. Чтобы последняя беседа не отличалась от обычной встречи, но грела душу ярким огнем.

– Удачи. – Искренне сказала я в последний раз.

Я начала широко улыбаться, одаряя Коннора своей любовью. Этот парень сделал слишком многое для меня, чтобы