Вера. Надежда. Любовь? - Мариям ПаТо

Корзинка из кладовки джен быстро заполнилась бутербродами и панкейками, которые я начала любить… Может и от безысходности, потому что джен их готовила каждый день. А сегодня я решила накормить ими герцога. Думаю, он скорее всего и не ел никогда классические английские панкейки.

Взгляд упал на клубнику… Нет, на Земле для дружеской посиделки девушки с парнем это было бы лишним. Не знаю как тут, но рисковать не хотелось. Поэтому быстро схомячила всю тарелку и с корзиной на перевес отправилась в офис.

Знал бы Марк что задумала — оторвал бы голову…

И хоть день не предвещал ничего плохого, отчетов было мало, погода была хорошая и Джен с Лилит меня не спалили…

Было какое-то тревожное чувство.

Но загоняться не стала.

Можем ПМС так влияет, кто его знает.

Вечером, стоило Лилит закрыть дверь офиса, в кабинете снова появился герцог.

Снова довольный, снова с наглой улыбкой.

Пока не увидел картину, которая стояла в углу. Пока там было непонятное темное помещение, чем-то напоминающее кабинет. Но надо было рисовать дальше.

И мне хотелось, но я не понимала, что нужно.

Может и поэтому решила перезагрузку пикником сделать.

Да, точно…

— Что сегодня будем тренировать? — спросил он, листая отчет одной из душ.

Фыркнула. Все равно он ничего не видит. Защита. Но каждый раз упорно пытался что-то вычитать.

Достала из-под стола корзинку, накрытую пледом и торжественно выдала:

— Будем тренировать навык поедания вкусностей на природе, — выдала я, наблюдая за удивлением на его лице.

— А идем.

Демон широко улыбнулся и, подхватив меня на руки, резко перенес уже на родную полянку.

Резко напряглась. И не из-за переноса.

Он ощутил это. Моя реакция ему не понравилась.

Мужчина поставил меня на траву и сделал шаг назад.

— Что произошло? — растеряв все веселье, спросил он, внимательно смотря на меня своими черными глазами сверху вниз. И такой хмурый…

Стало неловко.

Убрала корзинку за спину и опустила взгляд. Оставалось ножкой пошаркать…

Явно всякого надумать успел.

— Вера?

— На самом деле ничего не случилось такого. Просто был один не очень приятный инцидент, от которого я никак не отойду. Все в порядке. Правда.

Кажется, я была не очень убедительна. Но настаивать он не стал.

Молча взял плед и расстелил его, отобрал корзинку и начал доставать все из нее.

На панкейках завис.

— Это что такое? — сев на плед, начал он рассматривать внебрачного сына блинчика и оладушка.

— Это ест народ Джен. Ты ее должен знать… — села рядом, доставая джем и пародию на взбитые сливки.

— Вы же с одного мира…

— У нас живет… Ну, жило 7 миллиардов, когда меня принесли в жертву. Иу нас там более 4000 народов. И у каждого свои особенности, культура. Кто-то ест кузнечиков, кто-то змей…

Его брови дернулись.

— И это на вашей маленькой планетке?

Кивнула, забрав панкейки и приведя их в правильный вкусный вид, после чего одну тарелку передала демону.

— Да. У меня была большая страна, но жила я не в самом большом регионе. Но у нас там кто только не жил.

— О чем ты? — смешно измазавшись сливками и жуя спросил он.

— Народы. У меня вся родня казаки, но бабушка жила среди армян. Лилит Марка, кстати, армянка. Еще у нас там были греки, много цыган, турки… — начала перечислять, уплывая в воспоминания. Одноклассники, поездки с классом…

— Погоди, я не знаю, кто это, но это очень интересно. А это, — он кивнул на надкусанный панкейк в руках, — вкусно.

Улыбнулась. В носу начало свербить, явно намекая на слезы, которые хотели хлынуть, но не дала себе разреветься.

Он ловко перевел разговор с Земли на этот мир, что теперь я с открытым ртом слушала его.

Слушала снова про магию, про живность, которая бегала вокруг нас и пыталась стащить бутерброды, а я в итоге ее начала тихонько подкармливать.

И, кажется, одна ящерица явно мною заинтересовалась, в итоге поселившись на голове.

Бунэ хотел ее убрать, но я не дала. Малявка уснула, а мне не жалко.

С ней на голове и начали тренироваться. Но так как еда разморила нас, то мы медитировали. Он решил научить меня развивать резерв, потенциал. Учил чувствовать его, понимать его состояние и ощущать каналы, по которым течет магия. И по его словам, их можно развивать, расширять.

Этому и учились.

Пикник был очень уместным. Напряжение прошло, мы отдохнули и в хорошем настроении он вернул меня к Марку в кабинет.

И я была благодарна ему, сдержавшемуся и не поцеловавшему меня. Хотя и видела, что как не старалась, но ему просто посиделок на природе было мало.

Может и зря затеяла…

Но попрощавшись как обычно, он исчез. А я…

Картина… С ней что-то не так.

Поставив корзинку на пол, медленно подошла к ней.

Появилась женщина. В темноте. Блондинка…

Женщина повернулась с усмешкой ко мне.

Отшатнулась.

Жуть… Значит будет тут. Может посидеть в апартаментах пока?

Ладно, пора домой.

Повернулась, собираясь забрать корзинку и замерла.

С дивана поднялась она.

Мымра.

— Ну здравствуй, Вера.

Ядовитая улыбка исказила ее лицо. Но стоило мне потянуться к колечку, как яркая вспышка ослепила меня, а после я потеряла сознание.

Глава 58. Вера

Голова болела и сильно тошнило. Но сразу вспомнила, что меня явно вырубила мымра.

Подскочила на постели, от чего боль усилилась, а голова закружилась.

Душа сжалась в маленький комочек…

Я не знаю, что это за место…

Похоже на психушку из техногенных антиутопий. Белые стены, белые потолок и пол, мягкий белый свет словно излучаемый всем… И единственная мебель — белая кровать с белой постелью, на которой я и сидела.

Ни дверей, ни окон…

Может сплю?

Ущипнула руку… Больно, а все это не исчезло.

Господи, Боги… Не знаю, кто из вас меня там слышит, но где я?!

Кажется, услышали…

Стена напротив разъехалась и вошла она.

— Очнулась уже…

— Где я? — перебила я Рауэль.

Та лишь улыбнулась, так мягко…

Не верю я этой милоте.

— Ты дома, сестренка, — выдала она и села рядом, взяв мою ладонь в свою.

Резко вырвала руку и отодвинулась к спинке кровати.

Какой-то бред несет.

— Ты вернешь меня обратно?

Тоже перешла на ты. Вежливости эта мымра не заслуживала.

— Нет, они же тебе не рассказали всего, врали… Мне такого труда стоило тебя забрать, — начала она, но я не верила. Ни слову.

— Где я? — снова перебила ее.

Она начала раздражаться, но эмоции пробились лишь на секунду. А дальше снова приторная улыбка.