Вера. Надежда. Любовь? - Мариям ПаТо

Он замолчал, давая мне время все это переварить.

Теперь понятно, от чего у нее такой мерзкий характер.

Не знаю, осталась бы я милой, доброй и честной, окажись в такой ситуации.

Мои познания о мире этом еще были очень скудны, но я уже знала, что этому миру нужны представители каждого первоначального рода, который создали изначально боги.

Хотя, иногда что-то шло не так и род “выгорал” — у него переставали рождаться мальчики или девочки по разному стечению обстоятельств выходили замуж за представителей других первых родов. А тут еще и какая-то договоренность.

Нет, девочки могли возглавлять род выходить замуж, принимая в род мужчин. Но раз эти двое последние представители своего рода…

Ох, как сложно.

Получается, она надеется использовать меня для сохранения своего рода.

И я бы могла начать злиться, но мне стало жалко Рауэль.

— А за кого она должна выйти замуж? — спросила я, пытаясь понять, насколько все плохо.

— Ей в мужья предназначен хороший малах, Аарин Яэль.

Глаза мои явно стали размером с блюдца. Как же это возможно?

Стоп… Он знал, что должен жениться на Рауэль, но тем не менее проявлял ко мне интерес. Или он с ней заодно?

— А у его рода многоженство возможно? — странная мысль появилась в голове.

— Очень редко, но возможно у всех как многоженство, так и многомужество. А что?

Я не нашлась, что ответить.

Стало очень жалко Рауэль. Чисто по женски. Ведь мало того, что должна выйти замуж за заранее выбранного, так тот явно ее не уважал.

А я… Нет, я хоть и явно была влюблена в Марка… Но, блин, мне хотелось ей как-то помочь.

— И я могу ей помочь? Или никак? И есть ли у вас разводы?

Старик слабо улыбнулся.

— Можешь помочь. Если захочешь. А разводы есть. Но после развода принятый в род остается в нем.

В голове начал создаваться какой-то план, какие-то мысли стали крутиться…

Но вдруг дед снова дернул рукой и его избушка, то есть коляска развернулась в первоначальное положение.

— Беги. Дочка скоро вернется. Тебе лучше быть в своей комнате.

Кивнула и, не прощаясь, отправилась к себе. А сама пыталась все переварить. Вот и что с этим всем делать?

Глава 60. Вера

Рауэль в тот день ко мне не пришла. В последующие периодически заходила, узнать, как я потренировалась, показать что-то новое. Но с каждым днем ощущала себя все слабее и слабее. И до одури хотела мяса.

Но мяса не было ни в каком виде. А к середине недели я уже была как замороженная муха, которой было все равно на все. Даже показалось, кажется, вчера или может раньше, что связи как-то дрожали, но

И во время очередного косплея козла, во время которого я объедалась травой, Руэль во всей красе вплыла ко мне, довольная, словно тысяча слонов.

— Засиделась тут, да? Сегодня пойдем погулять, Верочка, — подпорхнула она ко мне на кровать.

— А куда?

— Да так… Смотри какое платье тебе заказала, — довольно улыбнулась она, элегантно махнув рукой, от чего прямо в воздухе появилось белое с золотыми лентами платье.

И в целом оно было красивым, но совершенно мне не откликалось. Я никогда и дома такое не любила, а тут тем более.

Но снова максимально возможно активно в моем состоянии закивала ей. Поняла уже, что она терпеть не может споры, недовольство… А сил ругаться не было у меня.

Мымра, жалость к которой исчезла, словно ее и не было, довольно улыбалась.

Я хотела с ней все обсудить, но стоило пару раз даже заикнуться… Кажется, она вырубала меня. Потому что потом я просыпалась в ночи с еще и головной болью, в добавок к слабости.

Дождавшись, пока я доела траву, она одним показушным щелчком убрала посуду со столом, а рубаху сменила на платье, которое только что висело в воздухе.

— Красота, — довольно выдала она, оглядев меня. Чувствовала себя кобылой на торгах.

Ассоциация максимально странная. Из-за чего напряглась. Чувствую, не зря она мне в голову пришла.

— Спасибо, — выдавила из себя я, вставая с кровати.

Голова кружилась, но явно лучше не показывать это. Понятия не имею, в чем ее план, но, похоже, она решила меня просто заморить голодом.

Пока я собирала глаза и мозги в кучу, она недовольно поцокала и мягким рывком за руку усадила обратно.

От резких движений голова начала кружиться сильнее, а тошнота подкатила к горлу.

Приоткрыла рот и начала дышать активнее, стараясь ослабить неприятно чувство.

Вроде отпустила.

И только после этого ощутила, как она что-то делала с моими волосами. Замерла.

Она осторожно расчесала меня, после чего стала собирать прическу. Зеркала не было тут, поэтому просто сидела и ждала.

Несколько минут она делала меня красивой, а потом довольно улыбаясь, встала и, подав руку, отвела в ванную.

В зеркале я увидела прямо греческую богиню. Волосы убраны красиво наверх, открывая шею и плечи. И платье, как туника изфильмов, золотые ленты подчеркивали грудь, талию… И нога так кокетливо выглядывала из выреза на юбке.

Я и не думала, что могу быть такой красивой.

Дома были джинсы и футболки за очень редким исключением, хотелось быть похожей на братьев.

Тут Лилит и Гаара одевали откровенно сексуально. Не вульгарно, но очень сексуально и я привыкла к этому. Декольте, подчеркивание изгибов тела… Даже туники в гнезде были слишком открытыми, хотя я и привыкла к этому.

А сейчас… Это было красиво. Женственно… Вот правильное слово.

— Ты настоящая красавица, Вера… — приобняв меня за плечи и заглянув в зеркало, шепнула она. — Знаешь, я всегда мечтала о сестренке. Как заплетала бы ей косы, выбирали бы платья. Может я чувствовала тогда тебя.

Хотелось возразить, но не рискнула. Это все равно бесполезно.

Выведя обратно, она подала мне босоножки, похожие на те, что носила сама.

А дальше мы пошли по дому.

Слуги прятались, а сейчас я заметила, что многие комнаты явно были заброшены.

И хоть дом был явно роскошный по меркам и моего родного мира, и этого, он был пуст.

Упадок…

Жалость снова проснулась во мне.

Пройдя по пустым коридорам, спустились в подвал, где было много дверей. Некоторые светились, какие-то ярче, какие-то слабее… А некоторые словно погасли и покрылись пылью.

— Что это?

— Такое место у каждого первородного рода. Как только войны закончились и были