Улыбка Амура - Ирина Леонидовна Касаткина

Глава 20. Грибная поляна

Муромские Снегиревы проживали в самом центре города. На втором этаже в двухкомнатной квартире панельной «хрущевки» обитал брат Настиного отца Юрий Владимирович с супругой, а прямо над ними в такой же квартире − их дочь Светлана с мужем и сыном, второклассником Мишкой. Старшая дочь Юрия Наталья жила в Петербурге − именно у нее и собирались остановиться наши путешественники по приезде в северную столицу.

Все семейство муромчан с нетерпением поджидало гостей, высматривая их с балкона. Когда долгожданный «Жигуленок» подкатил к подъезду, они дружно заорали, замахали руками и понеслись по лестнице навстречу прибывшим издалека родственникам. Снова начались объятия и поцелуи, затем перетаскивание наверх вещей и подарков. Главным и самым желанным гостинцем были десять килограммов баклажан, купленных Галчонком по дешевке еще на южной трассе. «Синенькие» были любимым лакомством муромчан с тех далеких времен, когда молодые южные Снегиревы впервые посетили Муром, привезя лиловые овощи, и Галчонок научила Нину делать из них «сатэ». Всю долгую зиму по большим праздникам муромчане наслаждались дивным кушаньем, накладывая его по ложечке на блюдечко, − и с тех пор «синенькие» стали для них самым желанным угощением. Зная это, Галчонок не поскупилась: баклажаны заняли почти весь багажник, вытеснив остальные вещи в салон машины.

− Мойте руки, и за обед. − Нина со Светланой принялись проворно расставлять тарелки. − Мы грибов нажарили, Юра с утра на рынок сбегал. Нынче грибы дешевы: год на них урожайный. − И хозяйка поставила на стол огромную сковороду, доверху наполненную жареной картошкой с грибами, посыпанными мелко порезанным зеленым луком. По комнате поплыл густой аромат грибного жаркого, от которого у проголодавшихся путешественников дружно заурчали животы.

− Ой, а мы тоже набрали грибов по дороге. − Настя высыпала на кухонный стол собранное в лесу богатство. − Давайте сейчас переберем и тоже пожарим?

− Не надо, оставь их на ужин, а то все остынет. Еще сосиски есть, а на десерт мы хворосту нажарили. Будем чай пить с медом.

К полному восторгу хозяев Галчонок открыла трехлитровую банку «синеньких» и вывалила содержимое в большую миску. Братцы хлопнули за встречу по стакану водочки, а женщины − по рюмке сладкого домашнего вина, и все дружно накинулись на еду.

После трапезы мужчины направились на Оку, − там покачивалась на волнах новенькая лодка, купленная Юрием к приезду дорогих гостей. Должен же он был продемонстрировать любимому брату приобретение перед предстоящей рыбалкой. А Нина принялась показывать Галчонку с Настей свой «зимний садик»: два десятка разнокалиберных кактусов самых невероятных форм и размеров, украшавших все подоконники в обеих комнатах. Особенно поразил Настю кактус в виде лепешки, с обеих сторон которой росли «заячьи уши» − два длинных овальных отростка. Тетя с гордостью продемонстрировала ей грамоту, полученную на выставке диковинных растений, и газету, где отмечалось это событие.

− А я читала, что спать в комнате с колючими растениями вредно. − Галчонок лизнула уколотый палец. − Вроде бы у них энергетика плохая.

− Ах, это все предрассудки! − воскликнула золовка. − Какой может быть от этих прелестей вред? Они ж мои цветочки, мои сыночки, знают, как я их люблю! Так и тянутся ко мне, когда поливаю. Вот эти через недельку зацветут. А какие у них цветы красивые! − это надо видеть.

Налюбовавшись колючими красавцами, они направились на кухню чистить грибы, привезенные гостями. Настя любила это занятие. Ей нравилось перебирать собранные грибы, обирать с них иголки и кусочки мха, срезать почерневшие места, вдыхая ни с чем не сравнимый грибной аромат, − и вспоминать лесные уголки, снова переживая радость находки. Вечером все с аппетитом уплели большую кастрюлю макарон с тертым сыром и поджаренными на сливочном масле грибами. Всем по ложечке досталось, ни грибочка не осталось.

За ужином состоялось бурное обсуждение планов на завтрашний день. Мнения разделились: половина спорщиков желала отправиться по грибы, а другая во главе с Юрием настаивала на рыбалке. Галчонок придерживалась нейтралитета: ей что рыбалка, что «грибалка» были одинаково «до лампочки». Этим сомнительным, с ее точки зрения, удовольствиям она предпочитала чтение или прогулки по магазинам.

В конце концов, большинство с перевесом в Мишкин голос приняло сторону «грибалки». Вздохнув, Юрий смирился, только потребовал, чтобы послезавтрашний день был целиком посвящен Оке.

− Встаем рано, − распорядилась Нина, − поздняя пташка только глазки продирает, а ранняя уже носик очищает. Нужно часов в семь быть в лесу, а то после восьми местные грибники все подчистят.

Утром, еще затемно все были на ногах. Наскоро перекусили бутербродами, попили чаю и погрузились в машину. Галчонок сонно пробормотала, что лучше займется готовкой, а пока еще поспит с часок, − и ее решили оставить в покое.

− Едем за Оку, − распорядился Юрий, − мы недавно открыли такое место, − закачаешься! На электричке с сотрудниками ездили, а потом еще с полчаса пешком. Красота неописуемая! Чистый сосновый бор, а на земле серебристый мох. А воздух! Можно ложками есть. Грибов тогда набрали несколько корзин.

− А какие там грибы? − поинтересовалась Настя.

− Разные. В самом лесу в основном моховики, но и белые попадались. А в подлеске маслят видимо-невидимо!

Он открыл атлас и принялся объяснять дорогу. Путь оказался неблизким: около часа езды. Зато лес там был действительно сказочный: чистый, прозрачный, корабельные сосны до неба и пружинящий мох под ногами.

− Какой запах! − Выскочив из машины, Настя азартно втянула носом воздух, настоянный на сосновых опилках. − Век бы отсюда не уходила! Вот бы где жить.

− Тогда тебе надо в лесничие, − засмеялся Юрий, − приезжай, у нас есть такой техникум.

− Нет, я уже решила: буду учительницей. Хочу преподавать точные науки. А поступать поеду в Питер.

− Значит, жить будешь у Натальи. Квартира у нее теперь большая, комнату тебе выделит. Ее соседи свалили за бугор, а две их комнаты ей достались.

− Вот повезло! Как же ей удалось? − изумился Настин отец.

− Удалось. Она же бухгалтер в ЖЭКе. Теперь у них на двоих с сыном четыре комнаты. Своего Петра она поперла, совсем спился. И выписать сумела.

− Где ж он теперь?

− Вроде подался на Колыму, на заработки. Давно от него нет вестей. Ну что, потопали?

− Я буду возле машины, далеко забираться не хочу, − заявила Настя, из памяти которой еще не выветрился страх, испытанный накануне. − Какая разница, где искать?